Старуха 4 - Квинтус Номен

– Мы будем очень рады и окажем вам любую необходимую помощь. Вы когда хотите начать свои занятия?

– Завтра к девяти утра мне нужен будет один пустой класс, мы принесем все необходимой для занятий из университета, и послезавтра начнем. Занятия будут идти по два часа в день, где-то в течение месяца… Спасибо за помощь!

Когда Вера ушла и все дети вышли из зала, Рахиль Львовна повернулась с очень недовольным видом к Вере Викторовне:

– Вы чего тут наобещали этой… гражданке? Насколько я помню, директором школы все еще являюсь я и именно мне решать…

– Рахиль Львовна, к нам пришла сама Вера Андреевна Синицкая, и если ей что-то не понравится, то фамилия директора уже завтра будет не Блюман: она все же первый заместитель Председателя НТК. К тому же именно она, лично она обеспечила Консерватории и новые общежития для студентов, и квартиры преподавателям, да и большую часть новых инструментов она за свои деньги туда приобрела. К тому же она в музыке разбирается возможно даже лучше многих преподавателей консерватории: ее композиция на пластинках миллионными тиражами издана…

– Что-то я не помню ее фамилии на пластинках.

– У нее работа… в общем, на пластинке другая фамилия указана. Но главное, что вы должны сейчас понять: с ней лучше не спорить и всячески ей помогать. Так будет лучше и для школы… и для вас…

Верин «эксперимент» продолжался чуть меньше месяца, и внешне результат выглядел плачевно: из примерно тридцати учеников, первоначально отправленных директрисой на «овладевание новыми знаниями», до конца этого месячного курса добралось лишь пятеро. Но сама Вера осталась очень довольна и передала новый учебник в наркомпрос для издания. Тамошние функционеры, изрядно «ускоренные» ненавязчивыми намеками со стороны Лаврентия Павловича, проявили просто чудеса расторопности и учебник был напечатан в требуемых количествах уже к первому сентября. В почти требуемых количествах, все же довольно многие школы получили в свои библиотеки где-то по десятку книг, а на периферии многим и этого не досталось – но книгоиздатели поклялись дефицит устранить уже к октябрю. То есть дефицит книг устранить, а вот с оснащением кабинетов химии все было куда как более грустно. Больше половины школ не смогли получить даже «предельного минимума» по части химической посуды (и хоть с нужными реактивами проблем не возникло – большая их часть производилась промышленностью в промышленных же масштабах). Быстро решить проблему с посудой вообще никак не получалось, по самым скромным прикидкам для этого нужно было вообще новый завод построить и запустить!

– Ну что ты сидишь такая наморщенная? – поинтересовался Витя у жены, когда та медленно и печально за ужином ковыряла ложкой бифштекс. – Ложка же тупая, возьми вилку и нож, тебе сразу и полегчает.

– Это я тупая, а не ложка. Составила школьную программу, а не подумала, где для десятков тысяч новых кабинетов химии в школах посуду химическую взять! В институте-то и на кафедре все просто: нужна посуда, пишешь заявку – и все через неделю получаешь. То есть если через неделю получаешь, то это уже повод снабженцам рыло начистить. Но одно дело – обеспечить посудой пусть даже сотню, пусть хоть тысячу лабораторий – и совсем другое – дать эту посуду сотне с лишним тысяч школ!

– А купить?

– Где?! В Казани завод химпосуды уже лет пять в круглосуточном режиме работает, да и другие производства… купить ты предлагаешь где?

– Ну ты же сама ответ знаешь: если ее невозможно сделать в СССР, то нужно ее купить у буржуев. Я видел твою записку, там по минимуму школе десяток пробирок нужно, бюреток каких-то парочку, мензурки… Производят их в Германии и в США, но из Америки возить больно далеко… Сколько такой комплект у той же Германии стоит?

– Думаешь, что немцы нам согласятся продать химпосуду? После того, как их товарищ Молотов из Норвегии выдавливает?

– Если тебя интересует мнение такого великого знатока внешней торговли, как я, то мнение это таково: продадут они нам вообще что угодно. Насчет посуды точно не скажу, а вот по станкам… нам потребовался станок один довольно непростой, так немцы предложили взять у них уже готовый. Слегка уже поработавший, но из-за этого они и скидку приличную добавили. А все потому, что англичане им нефть не продают, американцы тоже разве что мелкие партии от случая к случаю – а СССР миллион тонн по старому контракту уже отгрузил и новые поставки совсем не гарантирует. Поэтому они в обмен на нефть продают все, что нам захочется, а если эти стекляшки пересчитать на нефть, то получается уже очень для них интересно, ведь румынской-то нефти им даже на гражданские автомобили не хватает!

– За нефть, говоришь… Нет, нефть мы, пожалуй, продавать не станем – но спасибо, ты мне очень помог.

– Всегда пожалуйста. Но нож с вилкой все же возьми: на тебя же дети смотрят, а их плохому учить все же не стоит…

Традиционное уже заседание правительство по поводу готовности учебных заведений к новому учебному году состоялось тридцатого августа, в пятницу. Обычно на таких заседаниях представители наркомпроса рассказывали, как в стране всё хорошо и как в наступающем году будет еще лучше, но на этот раз регламент несколько поменялся. То есть наркомпросовцев на заседание вообще не пригласили, а по основным вопросам докладывали Лаврентий Павлович, Валентин Ильич и, что стало для товарища Молотова неожиданным, Вера Андреевна.

Потому что вопросы касались вовсе не готовности школ к учебному году, с этим всё давно уже решили «в рабочем порядке» и все, того заслуживающие, были качественно попинаны. А сейчас решался главный вопрос: куда направлять детей учиться. То есть старших детей: в стране различных ФЗУ было довольно много понастроено, в них одновременно больше миллиона человек могли обучать разным рабочим специальностям – но для СССР этого было очень мало. И поэтому в центре внимания было предложение товарища Тихонова об учреждении непосредственно на заводах и фабриках курсов подготовки рабочих из выпускников семилеток.

Вроде бы хорошее предложение, но только на первый взгляд: такой подход практически гарантировал