Старуха 4 - Квинтус Номен

– Ну кто бы сомневался! Я вообще химик, Лаврентий Павлович – архитектор, товарищ Тихонов… хотя он-то как раз экономист.

– Я читал его диссертацию и тогда мне она показалась, мягко говоря…

– Я слушаю, продолжайте.

– Она мне показалась тогда откровенно антисоветской, но уже спустя каких-нибудь два года имение свое я поменял. Не из-за экономических каких-то деталей, а просто потому, что вдруг оказалось, что поменялась экономическая политика Советского Союза. Он, по сути, предвидел эти изменения…

– Думаю, что вы тут не правы: он просто работал так, как считал нужным и полезным для страны, а политика партии поменялась потому, что многие – в том числе и товарищ Сталин – убедились в том, что его принципы отвечают интересам государства.

– Возможно и так…

Но все это было делом прошлого, а сейчас перед Верой задачи стояли, как она сама считала, куда как более важные. Хороший учебник для школы – что может быть важнее? Можно, конечно, придумать какой-то очень интересный полимер или разработать более продвинутую технологию изготовления чего-то уже имеющегося – но если благодаря школьным учебникам число детишек, решивших себя посвятить химии, вырастет хотя бы на один процент, то через несколько лет эти детишки смогут придумать и разработать куда как больше всего стране необходимого.

Но с учебником все было не просто: первый-то, для десятилетки, Вера попросту «воспроизвела по памяти», а для школьников седьмого класса требовалось что-то принципиально новое. И придумать это «новое» было вроде и нетрудно, но вот понять, как дети учебник воспримут и поймут ли вообще, о чем в нем речь идет, Вера оказалась не в состоянии. Все же она прожила на свете почти восемьдесят пять лет и разобраться в том, как современные дети воспринимают новые знания, ей оказалось делом практически невозможным. То есть как новые знания впитывают дети грудного возраста, она уже поняла – но ждать, пока Женька дорастет до седьмого класса, было, мягко говоря, недальновидно.

Поэтому Вера решила потренироваться на живых людях – и отправилась в ближайшую школу. То есть территориально ближайшую, но туда она пошла вовсе не потому, что до нее пешком можно было дойти за десять минут. Просто в обозримой окрестности это была единственная школа, где занятия и в летние каникулы не прекращались. То есть как бы каникулы и в этой школе объявлялись, но почти все школьники оставались на месте «в летнем пионерском лагере» и продолжали каждый день ее посещать…

Рахиль Львовна – директриса школы – к Вериной инициативе отнеслась резко отрицательно:

– Я вообще не думаю, что нашим ученикам нужна ваша наука.

– А мне, откровенно говоря, плевать, что вы об этом думаете. Решением наркомпроса со следующего учебного года в седьмых классах вводится новый предмет, и ваши ученики тоже будут должны изучать химию в обязательном порядке. Но у вас появляется шикарный шанс эту проблему решить заранее: я за месяц где-то проведу все занятия по программе за год, и в учебном году школьниками не придется тратить на изучение химии много времени. Это выгодно и вам, и мне, и всему Советскому Союзу: в кои-то годы из вашей школы будут выходить выпускники, хоть один предмет из школьной программы как-то знающие.

– Наши выпускники – практически поголовно отличники!

– Ну да, ну да, конечно. Это вы в наркомпросе можете рассказывать, а я прекрасно знаю, что ваши выпускники не в состоянии успешно сдать экзамен по математике даже за пятый класс, практически не знают физику, географию… я уже про историю не говорю. Да и в профильных дисциплинах большинство из них, мягко говоря, не блещут.

– Уж не вам об этом судить!

– Хорошо, давайте проведем эксперимент. Вас не затруднит пригласить Веру Викторовну? Я думаю, что она своих-то учеников знает прекрасно – а у нее, наколько я знаю, занятия каждый день идут и она наверняка сегодня в школе.

Когда подошла Вера Викторовна, Рахиль Львовна невольно задумалась: учительница фортепиано Чертова, увидев Веру, радостно с ней поздоровалась:

– Вера Андреевна, вы пришли с новой музыкой? Вам снова требуется оркестровку сделать?

– Не сегодня. Тут у меня спор возник с Рахилью Львовной по поводу способностей ваших выпускников, а вы своих-то учеников прекрасно знаете. Вы можете сейчас пригласить в зал человек пять-десять наиболее подготовленных?

– Вы хотите подобрать себе пианиста? Я бы порекомендовала… хотя да, конечно, вы и сами выбрать прекрасно сможете.

Спустя десять минут в зале собралось школьников уже человек двадцать, причем пришли не только уже состоявшиеся семиклассники, но и более младшие, класса так до пятого, а то и до четвертого. Вера оглядела этих «бедных детишек», которые молча (и очень как-то дисциплинированно) расселись в зале, и обратилась к ним с небольшой речью. С теми же интонациями, с которыми она обращалась к школьникам «в прошлой жизни», причем к школьникам, впервые переступившим порог кабинета химии:

– У нас сейчас будет небольшое испытание. Я вам кое-что сыграю, причем то, что вы наверняка никогда раньше не слышали. А затем желающие могут повторить эту же мелодию на рояле. И заранее предупрежу: я не жду от вас виртуозного исполнения, мне лишь интересно, насколько вы можете воспринять мелодию со слуха.

Спустя пять минут в зале поднялась лишь одна рука:

– Можно мне попробовать?

Мальчишка, лет десяти, в целом очень неплохо воспроизвел «Аллегрето» Карла Дженкинса, а затем, удостоившись похвалы и от Веры (Андреевны) и от Веры Викторовны, тихо сообщил:

– Мне кажется, что это произведение не для рояля написано…

– Ты, мальчик, абсолютно прав, это вещь для струнного квартета.

– Это школа, – заметила Вера Викторовна, – вообще-то это ученик Инны Исааковны, а у нее дети скрипку прекрасно чувствуют. А у вас уже есть партитура для квартета? Если нет, то Инна Исааковна вам с радостью поможет, она, кроме всего прочего, и блестящий аранжировщик. И она же вам прекрасных исполнителей подберет, не школьников, а уже в консерватории. Вы же эту музыку для записи на пластинку написали?

– Насчет пластинки я пока не думала… но подумать, конечно, стоит. Однако я пришла с другой целью: в музыкальной школе ученики с прочими, не музыкальными, предметами откровенно плавают, да и в музыке особых высот не демонстрируют. Но последнее просто потому, что отсутствие системных знаний по прочим предметам не дает им правильного понимания самого процесса обучения, большинство тут тупо заучивают последовательность нот