Глубь: 1 том - Артем Белов

Сняв с ее плеча медстаб, накинул на нее комбез и принялся просовывать руки в рукава, и если с целой рукой проблем не возникло, то с раненной пришлось повозиться. Несколько раз я замечал болезненные гримасы на лице девочки, когда ткань костюма сдавливала культю, но та стоически переносила боль, лишь с шипение выпуская воздух сквозь стиснутые зубы.

Закончив с одеванием, застегнул молнию на комбинезоне и тут же он начал подстраиваться под тело девочки. Левый рукав, обволакивая травмированную руку полностью, покрыл ее слоем ткани, защищая от внешних повреждений.

В конечном итоге Лире оказалась одета в нечто похожее на тонкую толстовку с капюшоном, длиной почти до колен. Судя по всему, комбинезон еще мог служить и корсетом, так как поврежденная рука согнулась и приняла максимально безболезненное положение без видимых усилий со стороны девушки.

– Неплохо у вас тут технологии развиты, – присвистнул я, глядя на все это, – даже удивительно, как вы еще не зачистили всю эту станцию.

– Каждый хочет урвать кусок побольше, даже если пирог этот гнилой, – ответила мне Алин.

– Лирэ! Лирэ! Где моя сестра, ублюдок?! – голос раздался из скафа, и я не сразу сообразил, кто это говорит.

Девочка, же которая не могла увидеть брата из-за меня и брони, которая заслоняла ей обзор, сначала замотала головой из стороны в сторону, а затем, спрыгнув на пол, зашагала в сторону костюма.

Сделав пару шагов, она споткнулась и начала заваливаться вперед. Я, примерно и ожидая, что так будет, успел подхватить почти невесомую малышку и под руки повел ее к брату.

– Кстати, Алин, заметила, что искин даже ругательства переводит? Или это он от себя добавляет? – хмыкнул я.

Ответа так и не услышал, так, как только девочка увидела лежащего на полу брата, оттолкнула меня в сторону и бросилась к нему. Упав возле него на колени, она попыталась развязать, узлы, сдерживающие парня. Парень же, увидев сестру, стал еще яростнее дергаться, и без того мешая той сделать хоть что-то.

Подождав минут пять, давая возможность как искину пополнить словарный запас, так и успокоиться парню, я вслушивался в его речь, почти полностью состоящую из ненормативной лексики и угроз. Лирэ же сидела подле него, тихонько плача то ли от счастья, что ее брат жив, то ли от страха за их жизни.

– Так ты друзей точно не заведешь, мелкий! – решив, что с первого раза такой объем ругательств не запомню, да и Алин уже на мозг начала капать, призывая не издеваться над детишками, я обратился к парню.

Тот, услышав знакомые слова, замер, открыв рот:

– Лирэ, ты тоже понимаешь их?

– Если бы ты не орал, то уже давно бы это понял, – опередил я с ответом девочку, – и, между прочим, сидел бы развязанным и, возможно, даже с порцией еды в руках.

– Вик, да развяжи ты его, наконец-то, и дай им поесть и попить нормально! – не выдержала напарница. Голос ее прозвучал для всех, и парень начал выкручивать шею, стараясь разглядеть Алин.

– Не мучайся, это моя виртуальная совесть, так что фактически ее здесь нет в осязаемом виде, – догадавшись, что ищет парень, сообщил я ему.

Подойдя поближе, присел перед ним на корточки:

– Давай так. Ты обещаешь не делать глупостей, и я тебя отпускаю. Как видишь, сестра твоя цела, настолько, насколько это возможно было. Так что веди себя нормально и останешься целым. Договорились?

– Договариваться с Медными? Ты смеешься над нами? Ваши палачи напали на нас, убили дядю! – извернувшись, пацан попытался плюнуть в меня, но, видимо, организм был сильно обезвожен, и у него ничего не получилось.

Только я хотел уже высказаться по этому поводу, как тут же услышал голос Лирэ:

– Рэф, он действительно спас меня. И видимо, это он же вытащил нас из спрута, – голос девочки был тихим, но его хватило, чтобы пробиться сквозь ярость брата.

– Но они же напали на наш дом, – нотки печали, перемежаемые с гневом, сквозили в голосе Рэфа, – Лирэ, как ты не можешь понять?

Опять опередив девушку, обратился к парню:

– Если тебе станет легче, то, судя по всему, я какой-то эксперимент Медных, – очень сжато пересказав свои приключения, опустив некоторые подробности, мне все же удалось немного успокоить Рэфа.

– Так что как-то так, – закончив рассказ, принялся освобождать мальчишку, развязывая узлы. Пришлось повозиться, так как дергаясь и извиваясь, этот паршивец еще сильнее затянул их.

Судя по выражению их лиц, брат с сестрой хоть и поверили в мой рассказ, но все равно до конца не расслабились, постоянно ожидая с моей стороны каких-нибудь неприятностей.

Окончательно освободив Рэфа, оставил его с сестрой, а сам пошел за едой и водой для этих бедняг. Поковырявшись в контейнере с запасами, я с прискорбием обнаружил, что это не скатерть-самобранка и не волшебный горшочек, так что из-за возросшего количества нахлебников скоро придется озаботиться вопросами пропитания. Не на сухпайках же они тут постоянно сидят, в конце концов.

Закончив с сервировкой стола, то есть вскрыв упаковки и расставив их на той части стола, что была наименее заляпана кровью и мусором, погромыхав чутка стульями, чтобы ребятишкам не пришлось есть стоя, я пошел к ним.

Парень уже стоял на ногах, кривясь от покалываний, вызванных притоком крови к связанным до этого конечностям. Увидев меня, он инстинктивно встал между мной сестрой, защищая ее.

– Успокойся, мелкий, и для начала штаны надень все-таки, – указал я кивком на предмет одежды, валяющийся на полу.

Рэф, подхвативший штаны, попробовал их надеть стоя, но, не удержавшись, упал на пятую точку, чем вызвал у сестры смешок и улыбку на лице. Парень же, натянув штаны, поднялся на ноги, отказавшись от протянутой руки Лирэ, и с вызовом посмотрел на меня.

– Да накорми ты их, наконец, – Алин опять подала голос, – они же вон какие худые, кожа да кости.

– Пойдемте к столу, гости дорогие, – не стал дальше тянуть время и, повернувшись к ним спиной, махнул рукой, призывая идти за мной.

Дети, расположившись на креслах, увлеченно