Триумф крови - Андрей Сергеевич Абабков

дверь камеры открылась, и на пороге возникла молодая женщина в бело-красном мундире. Неспешно подойдя к застывшему в середине комнаты Вольдемару, она легким движением руки снесла ему голову и той-же рукой подхватила начавший падать артефакт. Следующим движением гостья просто сожгла остатки и кровь вурдалака оставив в камере лишь легкий аромат жареного мяса.

— Хороший вурдалак — мертвый вурдалак.

— Тетя Настя! Зачем? — заныла Марина, увидев, что сотворила гостья.

— А нас спросить? — почти одновременно с юной вампирессой строго произнес высокий следователь.

— Эта падаль наша добыча, чего вас спрашивать, — отмахнулась от людей Анастасия и повернулась к брату и сестре.

— Моя добыча! А ты ему голову оторвала! Я его тете Маше подарить хотела.

— С тетей Машей я сама объяснюсь, а за порчу твоей добычи отдам тебе одного человека из тех, что моя собственность.

— Нужны они мне, — насупилась Марина, пытаясь не обращать внимания на довольного брата.

— Раз не нужны, то и претензии на добычу не предъявляй. И хочу напомнить тебе, что убийство вурдалаков это закон, нарушение которого карается, и избежать наказания тебе даже отец не поможет. А тетя Оля еще и от себя добавит.

— Тетя Маша его бы разобрала на запчасти. Закон был бы исполнен.

— Тогда чем ты недовольна?

* * *

— Признание всех новых границ Элура, поставки крови по цене назначенной вампирами, особое торговое соглашение сроком на век, отказ от военного флота, отвод войск от границ Элура и, наконец, изменение законов в отношении любой нелюди.

— Церковь никогда не пойдет на подобное.

— Только Церковь? — ехидство так и сочилось из уст мужчины.

— Да, наши интересы тоже пострадают, но при достойных компенсациях на них можно будет закрыть глаза.

— Тебе уже что-то предложили?

— Контракты на укрепление крепостей по северной границе.

— Вкусно, — мужчина задумался, — Но ведь это всего на пять-шесть лет. А что дальше?

— Дальше Комиссия, которая определит важные для империи города, после чего последует укрепление обороны этих городов за счет государства.

— Ты один это не потянешь!

— А мне одному и не надо.

— И что я буду должен?

— Ты это только что перечислял. Плюс лояльность. Мне тут шепнули, что вампиры очень это ценят.

— Я могу подумать?

— Можешь, друг мой, можешь. Но не затягивай. Сам понимаешь, стоит мне только заикнуться о перспективах — и желающих стать моим другом будет больше чем много.

— Понимаю. А Роз не будет против?

— Мне обещали, что Роз будет с нами.

* * *

— Откровенно говоря, ваше величество, нам всем просто крупно повезло, — на этой фразе все присутствующие в зале вампиры как по команде посмотрели на скромно стоявшего у стены Бориса, — что на пути нападавшего оказалась уважаемая Марина, которая и смогла его остановить. В противном случае, столь малой кровью мы бы не обошлись.

Подлизнуть — это дело святое для любого придворного. В Женеве все почти так же, за тем исключением, что лесть из уст людей не столь явная. В остальном королевский дворец мало отличается от императорского. За это суждение Колет готова была поручится головой.

Реально неожиданное и совершенно непредсказуемое нападение местного вурдалака на императорский дворец, как ни странно, сыграло на руку вампирам, потому как внезапно выяснилось, что местная охрана, скажем так, немного не в форме. В королевском дворце Женевы любой безумец, будь он хоть архимаг, был бы остановлен прямо в дверях. Жертв было бы много, но дальше парадной никто бы не прошел. Правда стоит отметить, что в императорский дворец архимаг бы тоже не зашел. Тут защита против магов может даже получше, чем в Женеве. А вот вампиры и их младшие родичи вурдалаки, которых в столице не видели уже очень давно, внезапно оказались теми, кто может не просто войти в императорский дворец через парадную дверь, но и подняться по лестнице на жилые этажи, устроив там небольшую бойню. К противодействию им банально не готовы.

И тут выступающий перед императрицей придворный ничуть душой не кривил. Местным действительно повезло, что на пути безумца случайно оказалась дочка Евгения, в самый последний момент вместе с братом близнецом включенная в состав посольства в качестве охраны. Тут и правда будешь посматривать на Бориса и думать, он или не он виновник столь удачного стечения обстоятельств, благодаря которым вампиров в императорском дворце теперь считают спасителями целой кучи придворных, а некоторые болтуны дошли и до того, что приписывают им спасение самой императрицы Виктории.

Кстати, последняя сейчас пытается прилюдно «выпытать» из докладчика причину, по которой ее дворец оказался беззащитен перед вурдалаками. Хотя чего спрашивать, если и так понятно, что все было украдено, вот только докладчик никогда этого не признает и будет лучше как уж на сковородке извиваться, пытаясь высказать гипотезы одна глупее другой, чем озвучивать правду. Другие придворные, вон, стоят и с умным видом на его чушь головой кивают. Круговая порука чистой воды. Украдено явно было немало, и всем хватило. Разве что архимаг Роз стоит с хмурым видом, и по глазам видно, что он бы всех присутствующих с удовольствием отправил бы на алтарь.

Впрочем, у дурного настроения архимага есть и другие причины помимо казнокрадов. Ведь оказалось, что Гор тут столько разных паутин сплел, что стоит ему пожелать — и в них угодят буквально все значимые люди не то что столицы, всей Империи. Правда, пока никакого шантажа или компромата — пока принято решение договариваться с людьми по-хорошему. И внезапным проигравшим от этого решения стал именно архимаг Роз, которому придется делиться. Нет, не своим, а тем, что он пока лишь посчитал своим в будущем. Но даже так старый козел считает, что его обокрали. Гор говорит, что Роз отойдет, все поймет и примет ситуацию, с которой он ничего не может сделать, как должную, но Колет все равно вынуждена особо контролировать древнего архимага, и доверия к нему теперь ноль. А ведь, когда летела в столицу людей, почитала его чуть ли не союзником вампиров и своей главной опорой на грядущих переговорах. Но золото, как обычно, всех рассорило.

Правда, это же самое золото открыло вампирам такие двери, о которых Колет даже и не подозревала. Вон, сразу десяток придворных смотрят на нее преданными взглядами и даже не скрываются. Могли бы даже вылизать, ринулись бы на перегонки, дабы использовать такую редкую возможность,