Укротить молнию - Кэтрин Азаро

— В таком случае немедленно посадите ваш корабль и отпустите заложников. В случае неподчинения мы имеем все основания предположить, что ваши намерения враждебны по отношению к этой стране. Или даже планете.

В моем мозгу замелькали сообщения — это Эльтор обменивался данными с Джагом. Большая их часть была на иотическом, но встречались и отдельные куски на английском. То ли Джаг специально переводил для меня, то ли автоматически приспосабливался к моему мозгу, я не знаю. Но из знакомых мне слов и образов, производимых кораблем, ситуация была более или менее ясной — «зонтик» истребителей упорно не давал нам вырваться на свободу. Мы кружили на небольшой высоте, а Джаг пытался нащупать в этом зонтике слабое место.

— Если я сяду, то окажусь вашим пленником, — возразил Эльтор.

— В наши намерения не входит причинять вам вред, — ответил голос с базы.

— Почему я должен вам доверять?

— Доверие должно иметь отправную точку. Вы настаиваете, что у вас нет враждебных намерений. Докажите.

Эльтора душила злость, я услышала, как он произнес на родном языке: Я не обязан вам ничего доказывать. Однако он не дал словам сорваться с языка, а вместо этого произнес:

— Отзовите ваши машины.

— Но вы нарушили наше воздушное пространство, — отвечал ответственный за переговоры, — к тому же на боевой машине. Если вы откажетесь произвести посадку, чтобы остановить вас, мы будем вынуждены применить все необходимые в такой ситуации средства.

— Если вы откроете огонь по моему кораблю, — отвечал Эльтор, — я буду рассматривать это как враждебные действия по отношению к Сколийскому Имперскому Командованию.

Затем в эфире раздался другой голос. Этот второй был возбужден, он едва себя сдерживал:

— Мы не желаем вам зла! Нам бы хотелось вступить с вами в переговоры! Кому вы подчинены? Следует ли ожидать высадки на Землю ваших представителей? Откуда вы так хорошо владеете английским?

Эльтор отвечал медленно, старательно подбирая слова, то и дело сверяясь с псиберпереводчиком:

— Моему командованию известно мое местонахождение. Если вы будете продолжать удерживать меня, они интерпретируют ваши действия как враждебный акт.

В эфире снова раздался первый голос — холодный и бездушный:

— В околопланетном пространстве нами не обнаружено базового корабля. Ваш корабль был поврежден и брошен на орбите.

— Я уже связался с базовым кораблем, — возразил Эльтор.

— Нами не зафиксировано никаких радиосигналов с борта вашего корабля.

— Это потому, что ваши радиолокационные устройства примитивны, — отвечал Эльтор.

Я понимала, что он тянет время.

— Немедленно садитесь, — настойчиво повторил первый голос, — или мы открываем огонь.

На протяжении всего диалога с землей Джаг посылал Эльтору сообщения о состоянии их дел. Большая часть вооружений и навигационных систем были недоступны псиберсети. Но благодаря помощи Эльтора сеть постепенно восстанавливалась, хотя и с трудом. Пока корабль был не в состоянии отправить куда-либо сигналы связи. И на Йейгеровской базе это понимали.

— Им стоит больше опасаться того, что произойдет, если они тебя добровольно не отпустят.

— А случись им перехватить «МиГ», как, по-твоему, они бы его отпустили? — спросил Дэниэл.

— Но ведь это не самолет Восточного Блока. Он вообще из другой звездной системы.

— И его пилот почему-то говорит по-английски. И вид у него вполне человеческий. Он бросает корабль на орбите, а сам шпионит себе на планете? Где первым делом похищает женщину и совершает убийство. Да они там от страха уже, наверное, обделались.

— Ты согласился помочь.

— Помню. Я просто пытаюсь показать тебе, как это выглядит с их стороны. Почему они готовы открыть по нам огонь.

— Дэниэл, мы ведь можем погибнуть, — тихо проговорила я.

— Знаю, — выдавил он.

— Но ты хотел прокатиться.

— Хотел. Когда еще мне подвернется такая возможность? Кроме того, они приложат все силы, чтобы заполучить его живым.

— Наверное, ты прав, — согласилась я.

На капитанском мостике Эльтор пытался продолжить переговоры.

— Вы повредили мой корабль. Возможно, я не сумею произвести посадку.

— Вы можете катапультироваться? — спросил первый голос.

— Только я. Остальные нет.

Джаг попытался что-то ему передать. В это же самое мгновение что-то больно вдавило мне в грудь, буквально приплюснув к Дэниэлу.

— Ни хрена себе! — вырвалось у кого-то — Джаг определил этот голос как голос пилота одного из истребителей. — Ты только посмотри, что вытворяет этот сукин сын!

Давление сделалось невыносимым, грозя в буквальном смысле раздавить нас. Затем стало темно, затем опять посветлело и потемнело вновь.

Перегрузка прекратилась столь же неожиданно, как и возникла. Дэниэл подался вперед, ударившись об меня лбом, и мимо поплыл красный пузырь наподобие мыльного. Кое-как обернувшись, я увидела, что глаза Дэниэла закрыты, а из носа вытекает струйка крови. Оторвавшись, капли красными сферами невесомо парили в воздухе.

Я обернулась в другую сторону. Эльтор оторвался от кресла и подплывал к нам. В его движениях было нечто жуткое, словно он двигался под водой. Галстук на нем извивался угрем. Я попыталась отдышаться, а затем перевела взгляд на голографический экран — на нем виднелась картина того, что происходило снаружи. И потеряла сознание.