Союз нерушимый - Влад Савин

— Будем считать, что мы друг другу представлены, товарищ Ольховская — первым заговорил Кук — я же осмелился побеспокоить столь высокую персону лишь потому, что, скажем так, по службе, очень хорошо знаю нашу Украину, и чаяния ее народа. И я хотел бы вас предупредить, чтобы вы довели до сведения тех, кто вас послал. Украинский народ не примет ни низведения себя до какой-то "автономии", ни искусственного отделения Галиции, наиболее европейски культурной части, как и Донбасса, промышленного сердца. Все уже на грани восстания — нужен ли Москве бунт?

— А вы верите в его успех? — спрашиваю я — и что товарищ Сталин это стерпит?

— Мы очень свободолюбивый народ — усмехается Кук — не буду говорить про легендарные времена, но лишь в этом веке нас не смогли сломить австрийцы, поляки, немцы, думаете, получится у москалей? Будут конечно, жертвы, но нам не привыкать. А борьба продолжится, так было всегда. И будет!

"Мафия бессмертна" — вспоминаю я слова из какого-то неснятого еще фильма — это мы знаем, чем кончится бандеровская война, а он уверен, так будет вечно. Что проиграть эту партию невозможно, и при любом исходе этой битвы он и дальше будет строить планы, лишь при лучшей или худшей позиции на доске. И своя же схроновая пехота для него не больше чем пешки, которые и должны погибать, чтобы позиция была лучше. Ведь ты уверен, что тебе лично умирать не придется! И к сожалению, окажешься прав.

— Ходят слухи, что бежавший к англичанам Бандера по их наущению подбивает украинцев поднять восстание против Сталина — говорит Кук — но я думаю, что разумные люди могут найти общий язык без перевода на английский?

А вот это новость! Кто ж поверит, что о таком говорят среди потребкооперации! Это он мне открытым текстом сообщает, что даже бандерошвали неохота быть чужим расходным материалом, и они даже своих новых хозяев готовы предать, если им кто-то пообещает больше!

— Украина должна быть ССР — диктует Кук — никаких "автономий". И кажется, нам прежде обещали и место в ООН с положенным представительством, и собственные наркоматы обороны, иностранных дел, внешней торговли, не говоря уже о НКВД и НКГБ. Прекратить всякие гонения на потребкооперацию, вернуть отобранное. И само собой разумеется, Донбасс должен быть украинским. И вы не находите, что и Крым, чисто исторически и географически больше тяготеет к Украине? Взамен же Москва получит полное спокойствие и порядок. Отчего вы смеетесь?

— Вспомнила какое-то из польских восстаний — отвечаю я — когда паны бунтовали против русского царя, требуя не самостийности, а расширения административных границ. Панам просто нужны были холопы — и плевать на Польшу!

Мне вдруг становится легко. В чем разница между мафией и государством — а вы Ленина прочтите, что он говорит о разных задачах, сражаться за захват власти, и удержать взятую власть, строя государство. Этот путь сумела пройти ВКП(б) — а ОУН так и застряла "в яслях". Победа для них, это не больше чем "прекрасное далеко", стимул для собственных пешек умирать за политическую значимость своих главарей. Если же победа каким-то волшебным образом свалится им в руки (что и случилось в 1991 году), то все равно ничего не будет кроме Руины. Они опасны — но никогда не смогут победить.

— Знаете, в чем отличие украинцев от русских? — говорит Кук — москали все время рвутся переделывать мир, не замечая грязь на собственном дворе. А у украинского хозяина на подворье все ухожено — но то, что за оградой, интересует лишь постольку поскольку это можно присвоить. Так что, соглашусь с друже Кириченко, что и Ростов, и Воронеж, и Белгород — этим землям было бы лучше под украинской рукой; необходимость учить мову, это малая плата за процветание. Учтите, что ваше продвижение в Европе не нравится влиятельным Державам — так что мы не останемся без союзников. Передайте все тем, кто вас послал — и пусть они решают, что им выгоднее, мир или война. В которой, очень может быть, товарищ Пономаренко получит ваш труп. О чем лично я буду жалеть: красивая женщина должна быть кому-то ценной наградой. Но на войне как на войне. Вам рассказать, что в некоем селе под Станиславом сделали с одной комсомолочкой, попавшей не в те руки? Это не для вашей прекрасной головки — довольно будет, если вы запомните и передадите все, что я сказал. И после будете думать, какое счастье, что вас не постигла судьба той комсомолки. Впрочем, все еще впереди.

— Впереди — соглашаюсь я — и у меня, и у вас. Вы все сказали, пан … Сидоренко, или как вас там? Если все, то я с вами прощаюсь — устала.

И встаю с дивана, не дожидаясь ответа.

— Минуту! — слышу в спину — и напоследок, товарищ Ольховская, я просил бы вас, во избежание недоразумений, отдать мне ту штучку, что вы вертели в руках в кабинете. Хочу оставить у себя память о нашей встрече.

— Вынуждена отказать — отвечаю я — эта вещь и мне дорога как память.

Слышу сзади, даже не шаги, а какое-то движение воздуха. Резко оборачиваюсь, Кук уже рядом. Если он сейчас попробует отнять у меня сумочку… он поопаснее, чем пан Троль, но и я с тех пор поднатаскалась, вот сейчас будет сцена, как я приемом русбоя валяю по полу генерала ОУН, в приемной Первого Секретаря Компартии Украины! Секунду мы смотрим друг на друга, в упор — затем Кук отступает.

— Что ж, после получите урок — говорит он — а сейчас, идите!

И усмехается, глядя на меня холодными змеиными глазами. В которых я читаю — не хочешь, дело твое, сами после возьмем, и тебе еще "урок" дадим. Ну да мы тоже опыт имеем, и предусмотрено кое-что!

А главное — Киев не Львов! На западе, в бывших польских землях, ОУН сильна, сеть свою плела с времен даже не Польши — Австро-Венгрии! Сюда же вы проникать начали лишь при немцах, все эти кооперативы и "просвиты" — и потому, здесь вы гости, а не хозяева, отчего и притворяетесь "защитниками украинской народности", благодетелями и просветителями, а не давите террором — пока лишь отдельные акты, и то, маскированные под уголовщину, волки вы тут пока что в овечьей шкуре, которую сбросить не решаетесь. Даже факт, что пришлось вам влезать в несвойственную вам роль, тоже о многом говорит — это ведь ОУН(М) делали упор на легальные структуры, а у вас, ОУН(Б), все эти кооперативы изначально были не больше чем кормовой базой. Но тут вам немцы невольно подыграли — не понравилось им, как "мельниковцы" лезли на все возможные посты в оккупационной администрации, усмотрели попытку покушения на свою власть, и стали ОУН(М) давить! В одном Ровно несколько десятков видных "мельниковцев" было расстреляно. А вот бандеровцы действовали тихой сапой, проникая аж в Мариуполь — и как-то оказалось, что для них побочная деятельность тут стала основной, не было по нашу сторону границы 1939 года в той истории бандеровской войны, а вот куда сети делись, а вросли в социализм, как мина замедленного действия! И рвануло это позже.

Но, пан Кук, вернее друже Кук, а еще точнее, друже звирхник, как у вас принято к генералу обращаться (вот было бы, если бы я к нему так обратилась — нет тогда бы он точно меня убить попытался, вот сомневаюсь я, что даже Кириченко знает его подлинное имя и чин в иерархии УПА), напрасно ты считаешь себя здесь всесильным! Тебя тут терпят, принимают даже в ЦК КПУ — но сила и уважение эти, заемные, а не твои! Вызванные тем, что некоторые товарищи, как Первый Секретарь Кириченко, наркомвнудел Рясной, замнаркома ГБ Слонь, командующий войсками Герасименко (список продолжить) считают, что спокойствие дороже, и вообще, "нам из Киева виднее, чем из Москвы", да ведь и в той истории была линия, не воевать а войти в согласие с националистами, по крайней мере с их умеренной частью — то же самое, что до войны было в республиках Средней Азии и Кавказа. Так ведь там и на Украине было по сути то же самое, щупальца пообрезали, а головка вся осталась.