Ограбление Харон - Юрий Иванович

«Ну кто бы сомневался! – досадовал Ландер, замахиваясь в очередной раз оружием из платины. – Куда она рыпнется без своих помощников? Их первыми и запустит. Наверное, надо браться за пистолет…»

При этом в последний удар вложил максимум своей силы и сноровки. И острый металл все-таки победил уникальную древесину. От лопасти словно специально откололась почти такая же щепка, как и от лоди. Даже, пожалуй, чуть длиннее получилась и массивнее.

В следующий момент весло рывком скрылось в дыре, на несколько секунд повисла звенящая тишина, а потом обозленный голос Харон ударил словно из концертных динамиков:

– Что ж ты творишь, смертный?! Что же ты за урод такой, который осмеливается порчу мне творить?!

На что Роман тоже недолго кривился в изумленном молчании:

– Не понял! Это кто кому и чего портит?

– Зачем весло повредил, волчара позорный?! – Причем голос вначале казался просто ревом каким-то и только потом до сознания доходил перевод. Причем странный перевод, видимо подбирающий аналоги и синонимы в имеющемся русском словаре.

– Что за наезды, тетя?! – не стал лезть за словом в карман мистер Рубка. – А ты сама по какому праву мне тут стены ломаешь?

– А как иначе я экран для общения в твое измерение втиснуть смогу?! – продолжала возмущаться так пока и невидимая тетка. – Баран ты стоеросовый! Недоумок решетчатый! Ты хоть иногда своими тупыми мозгами думаешь?!

– О-о ты как?! За оскорбления-то ответить придется!

– Слова – это ветер! А вот порча легендарного имущества – это кара страшная на веки вечные!

– Ветер, говоришь? Тогда ты вешалка голозадая! – еще больше озлобился Ландер. – А кто мою порчу оплачивать будет?! Почитай полдома мне развалила своей оглоблей!

– Ну точно недоумок! – уже стенала Харон. Но в дыре что-то стало понемногу светиться. – Или совсем дикий и ничего не знаешь?

– Чего тут знать-то? Сейчас заброшу в дыру к тебе тактический заряд, вот сама и будешь знать!

– Да нет на твоей стороне ничего взрывного…

Но последнее утверждение прозвучало неуверенно, скорей напоминая вопрос. Тогда как свечение в дыре становилось все ярче.

И этой короткой паузой воспользовался Трофимыч, с самого начала событий помещенный на шею своего носителя:

«Ром! Тут что-то не так… Ты бы с ней не переругивался, а спросил: чего надо?»

«Как чего?! Прибить она меня хочет! И тебя до кучи!»

«Думаешь?.. Зачем тогда про какой-то экран заливает? И не он ли уже так ярко светится?»

В самом деле, по всей площади дыры свечение постепенно стало уплотняться, превращаясь не во что иное, как в подобие мерцающего экрана. Затем и голос недовольный послышался несравненной Харон:

– По твоей вине канал общения будет выглядеть жалким обломком! Потом сам жалеть будешь.

– Уже жалею, – не остался Роман в долгу, – что вообще весло не сломал! Ходють тут всякие… Чего надо-то?

Ворчание перевозчицы стало напоминать рокот валунов в речном потоке:

– Не везет так не везет! И почему я тогда тебя не добила? Как только ты увернулся от багров и от весла?

– Кишка тонка! Не отковали еще багра для души мистера Рубки! – Тогда как мысленно советовался с Трофимычем:

«Не нравится мне эта болтовня. Не иначе как зубы заговаривает?..»

После чего принял должные маневры, оказавшись сбоку от экрана, но как можно ближе к двери. Все ему казалось, что из светящейся субстанции сейчас если не сама Харон ввалится, то уж точно своих коротышек воевать отправит.

Но вместо атаки прозвучало нетерпеливое:

– Ну что ты там затих? Начинаем сеанс общения?

Мысленно переглянувшись с Дедом, да перекинувшись с ним несколькими недоуменными вопросами, Ландер поинтересовался:

– Тетя, а мы разве не общаемся?

– Нет, идиот, не общаемся! – взревело со стороны загробного мира. – А только переговариваемся! И перестань называть меня тетей, ублюдок! Ко мне положено обращаться только «несравненная Харон»!

– Слишком много чести для какой-то голозадой бабки, – дерзил Роман, с неожиданно взявшимся откуда-то азартом. – Но если хочешь взаимной вежливости, обращайся ко мне мистер Рубка.

– Червяк! Ты еще пожалеешь о своем поведении!

– Да сколько можно повторяться с глупыми угрозами? Давай-ка ближе к делу! Последний раз спрашиваю: че надо?

– Прикоснись к экрану…

– Сейчас! Только багром размахнусь как следует!

– Не смей! Кощунство – даже думать о таком!.. Прикоснись ладонями и подержи их так десяток ударов сердца.

Роман постоял, пожимая плечами и гримасничая в полном непонимании. После чего фыркнул и поинтересовался:

– Тетя, а вот скажи мне честно: зачем мне касаться экрана?

Вначале послышалось злобное рычание, лишь потом ответ прозвучал:

– Наличие информатория обязательно для каждого карзарина.

– Мм?.. А кто это такой?.. Не информаторий, конечно, хотя и он для меня загадка.

– Карзарин – это ты!

– Это ты меня сейчас обозвала? Или испытываешь мое терпение?

– О боги! Дайте мне силы! – взмолилась Харон. – И как только этот смертный дожил до своего возраста? – Показалось, что она шумно несколько раз выдохнула, прежде чем продолжить, чуть ли не по слогам: – Карзарин – это разумное (хоть и не в данном случае!) существо, являющееся хозяином дельтангов. Понятно?

– Скажем так, до утра усвоим! – ерничал Роман. – Ну а дальше что?

– И каждому карзарину предоставляется информаторий, через который он получает инструкции, подсказки, советы по использованию дельтангов. А также узнает последние новости из Хателлона.

Трофимыч среагировал на это тут же нецензурными словами:

«Ой свистит, ой свистит!.. Или ты ей веришь?»

«Ага! Как себе! – пошутил Ландер. – Но мне кажется, что она не столько… хм, свистит, как просто не говорит всю правду. Причем самую важную ее часть».

«Так что нам мешает ее засыпать нужными вопросами? Приступай!»

Ну и новоиспеченный карзарин приступил, несколько сменив тон:

– Дорогая тетя! А вот некоторые вопросы мне позволено задать еще до момента касания экрана?

– Только несколько. Потому что время для нашей беседы подходит к концу. А я тебя еще не проинструктировала… Спрашивай?

– Какова тема и суть только что упомянутых инструкций?

– Доведу до твоего сведения, когда, где и как передать мне утраченную частичку лоди. А также… чтоб тебя разорвало! – Последние три слова она вроде прошептала, но человек пожелание расслышал. – …также и обломок весла мне передашь.