Чингисхан. Пядь земли - RedDetonator

Куриоси снял с пояса мешочек и положил его на стол.

– Это к делу о сенаторе Гае Эбуции Барбуле, – сообщил он.

– Что там? – поинтересовался Флавий Аэций.

– Ты просил родовую печать в качестве доказательства, но пришлось отрезать палец, потому что печать никак не слезала – больно уж он заплыл жиром, – ответил куриоси.

– Покажи.

Агент ин ребус достал из мешочка окровавленный палец, на котором была родовая печать Эбуциев.

– Убери это подальше, чтобы больше никто не нашёл, – с некоторой брезгливостью потребовал консул. – Но благодарю за работу.

Куриоси кивнул.

– Переписка у Эйриха есть? – спросил консул.

– Нашли пергаменты с записями на готском языке, – ответил на это Климент. – Но это не было похоже на переписку, скорее, обычные записи. Возможно, тоже путевые заметки. Увы, но владеющих готским письмом среди моих людей нет.

– Это большое упущение, – отметил Флавий Антемий. – Я бы постарался устранить это скорейшим образом.

– В чём смысл проверок этого варвара? – недоуменно спросил куриоси.

– С каких пор у тебя появилось право задавать мне вопросы? – недобро усмехнулся консул. – Ладно, так и быть, на этот раз прощаю. Претор Эйрих Ларг. Варвар – да. Живёт в примитивном племени – да. Выдающийся предводитель – да. Тупица, как остальные варвары – нет. Он очень умён и опасен, Климент. Будь другие времена, я бы постарался его уничтожить, всеми доступными способами или приложил все усилия, чтобы. Но сейчас он мне нужен.

– Понимаю, – кивнул куриоси. – По Египту пока никаких действий?

– Слишком рано, – покачал головой Флавий Антемий. – Пусть всё успокоится и уляжется. И мы ещё не знаем, что об этом скажут Курции. Как только поступит ответ от них – начнём ворошить это осиное гнездо самой длинной палкой из доступных.

Нужно было выбить у основных оптовых торговцев зерном почву из-под ног. Пока есть Рим – будут перебои с зерном. Нужно искать альтернативы, но их, пока что, не видится.

Сасаниды слишком настороженно относятся к римлянам, поэтому настоящая торговля будет возможна только после заключения надёжного мирного договора. Сейчас торговцы с обеих сторон опасаются заходить слишком глубоко в чужие земли, ведь в любой момент может начаться активная фаза этой всё никак не затухающей и вялотекущей войны, что будет означать крах любого торгового предприятия.

Но зерно нужно. Очень нужно.

«Где ещё можно получить такие же объёмы зерна?» – в который раз задал себе вопрос консул. – «Да нигде больше. Надо слать к Йезигерду Iпослов с щедрыми дарами и поручить им всеми силами намекать на необходимость мирного договора».

– А что с этим мальцом? – поинтересовался Климент.

– Никаких активных действий, но выбери надёжного агента, пусть приглядывает за ним, – решил консул. – Свободен.

Куриоси отворил дверь, после чего пошёл к тайной нише за занавеской.

– И последнее… – произнёс Флавий Антемий ему в спину.

– Да? – повернул к нему голову Климент.

– Чтобы тихо было, – предупредил его консул.

Глава пятнадцатая. Мечи и копья

/3 ноября 408 года нашей эры, Восточная Римская империя, г. Константинополь/

На Халкопратии, медном рынке, где сейчас торгуют не только медью, но и различными ингредиентами, начиная северным янтарём, заканчивая ртутью.

– А с какой целью ты покупаешь это, юноша? – спросил Эйриха неизвестный человек в плаще с капюшоном.

Эйрих держал в руках иудейскую смолу.

– А с какой целью ты спрашиваешь у меня это, старче? – вместо ответа спросил Эйрих. – И кто ты такой?

– Меня зовут Агафоном, – представился старик. – Я изучаю суть вещей в коллегии философов Востока.

Эйрих скупил уже три таланта иудейской смолы и четыре таланта чистой серы. Возможно, эти покупки привлекли чьё-то внимание. Возможно, что не один Эйрих догадался применять смесь серы и иудейской смолы для смертельного оружия. Правда, он ни разу не слышал и не читал о применении дыма римскими легионами – ни старыми, ни новыми.

– Ты всё ещё не сказал, зачем ты спрашиваешь у меня причину покупки иудейской смолы, – нахмурил брови Эйрих.

– Мне просто интересно, – ответил Агафон.

– Интересуйся в другом месте, старик, у меня нет времени отвечать на вопросы праздно любопытствующих, – отмахнулся от него Эйрих, после чего обратил взгляд на торговца. – Уважаемый, мне нужно очень много иудейской смолы, точнее – всё, что у тебя есть.

– Всё же, я вынужден настаивать, – не отставал Агафон.

– Кто наделил тебя правом настаивать в чём-то предо мной? – резко развернулся к нему Эйрих.

– Прошу тебя, юноша, отойдём ненадолго и недалеко, – попросил старик.

– Альвомир, за мной, – скомандовал Эйрих.

Они отошли от лавки и встали у небольшого фонтана, где местные жители обычно берут воду.

– Я хочу знать, зачем ты тратишь моё время, – требовательно произнёс Эйрих. – Зачем?

– Иудейская смола – это важный ингредиент одного тайного оружия, – ответил Агафон. – Но ты это, как я понимаю, прекрасно знаешь.

– Допустим, – Эйрих начал напрягаться. – Ну и что?

– А то, что ты задеваешь интересы империи… – загадочным тоном произнёс Агафон.

– Покупать иудейскую смолу и серу запрещено? – уточнил Эйрих.

– Нет, но… – начал отвечать Агафон.

– Тогда какие у тебя претензии ко мне? – перебил его Эйрих вопросом.

– Никаких, – развёл руками Агафон. – Но я мог бы тебе помочь.

– Всё, что мне нужно, я могу получить и сам, – отмахнулся Эйрих.

– У тебя есть поставщики громового камня? – сильно удивился Агафон.

– Тебе до этого какое дело? – недовольно спросил Эйрих, в душе не представляющий, что такое «громовой камень».

– Готов покупать унцию громового камня по четыре унции серебра, – сразу сделал предложение «изучающий суть вещей».

Что за «громовой камень», почему он так важен для «тайного оружия»? На этот вопрос у Эйриха ответа нет, но лицо держать он будет.

– Делаю тебе встречное предложение – шесть унций серебра за унцию громового камня, – сделал контрпредложение Эйрих.

– Значит, у тебя нет поставщика, – констатировал Агафон.

– Громового камня много не бывает, – усмехнулся Эйрих.

– Истина, – слабо улыбнулся грек. – Мы вернёмся к этому разговору позже. Где я могу найти тебя?

– Ищи Эйриха Щедрого в Большом императорском дворце, – ответил ему Эйрих.

– До встречи, Эйрих Щедрый, – изобразил поклон Агафон и пошёл прочь.

Странная встреча, странный разговор. Эйрих пожал плечами и пошёл дальше, искать иудейскую смолу, которой тоже не бывает слишком много.

/6 ноября 408 года нашей эры, Восточная Римская империя, г. Константинополь/

– Ну, как тебе? – Эйрих проверил баланс сабли и взмахнул ею несколько раз.

– Очень лёгкая, я полагаю? – предположила Эрелиева.

– Верно, но это не всё, – улыбнулся