Претор - Василий Горъ

Мирославу Михайловну интересовало, не поднялся ли я, наконец, на третью ступень, а Александр Всеволодович Зыбин, невесть откуда узнавший о «ЧП», пытался выяснить, не пострадали ли его девочки. В общем, покидая покои «любимой тетушки», я был почти уверен, что Наоки меня не дождалась и ушла спать. Или — в самом лучшем случае — ждет, у нас, но в компании с Цербершами, которых я, увы, так никуда и не пристроил. В общем, переступив через порог своей прихожей и не услышав девичьих голосов, расстроился по полной программе. Когда дошел до спальни и увидел, что пуста и она, в сердцах сорвал с себя футболку, швырнул в угол и убито поплелся в ванную. По дороге ушел в себя. Причем настолько сильно, что не сразу понял, что интимный полумрак, еле слышный музыкальный фон и тонкий аромат восточных благовоний не могли появиться сами по себе.

Не заметил и Онна-Бугэйси, как выяснилось чуть позже, нежившейся в джакузи — снял штаны вместе с трусами, метнул в сторону корзины с грязным шмотьем, вломился в душевую кабинку и бездумно выбрал любимый режим работы. Когда из потолочных форсунок хлынула теплая вода, уперся руками в прозрачную стенку, закрыл глаза и потерялся в безвременье… до ласкового прикосновения к левой грудной мышце и тихого шепота спереди-снизу:

— Что, умотали, да?

— Наоки⁈ — ошалело выдохнул я, узнав голос и уловив «тот самый» резонанс энергетик.

— А ты надеялся, что к тебе придет кто-то еще? — «удивленно» спросила девушка, грозно нахмурилась, потянулась ко мне ноготками и… вместо того, чтобы доиграть сцену ревности, внезапно вжалась в меня обнаженным телом!

Усталость? Неважное настроение? Сомнения? Ха!!! Как только японочка приподнялась на цыпочки и потянулась ко мне влажными зовущими губами, из моего сознания вымело все, кроме желания и… страха ее разочаровать. Вот я и расстарался. В смысле, сдвинул практически все внимание на «петли» линз-камертонов и, как сказала бы Варя, подарил Наоки «эталонный» поцелуй. Не дал себе волю и после того, как почувствовал, что девушке понравилось — помог ей сделать первые шаги по более-менее освоенному Пути именно так, как в свое время настоятельно рекомендовала строгая «наставница». Кстати, небезуспешно — на два первых пика удовольствия Наоки вознесли мои руки и губы. Само собой, останавливаться на этом она не захотела — провернулась в моих объятиях, выскользнула, сделала шаг вперед

уперлась ладонями в стенку душевой кабинки, прогнулась в пояснице, посмотрела на меня через плечо и выдала настолько возбуждающую формулировку просьбы продолжать, что я чудом не сорвался с нарезки. Но страх разочаровать Личность, которая мне по-настоящему нравилась, никуда не делся, поэтому я отрицательно помотал головой и хрипло выдохнул три коротеньких предложения:

— Не тут… И не так… Ладно?

Восточное воспитание дало себя знать даже в этот момент — девушка кивнула, не задумываясь. Впрочем, это не помешало ей шарахнуть по моему сознанию просьбой-провокацией:

— Бери где хочешь и как хочешь. Только побыстрее, а то я вся горю…

Взял. В спальне. Куда отнес на руках. В процессе удивился скорости и легкости, с которыми эта девушка в свой первый раз «улетела» снова. А после того, как остановился и предложил перенести продолжение хотя бы на сутки, услышал еще одну провокацию:

— Мне приятна твоя забота. Но ты забыл о подаренной регенерации и о том, что я хочу тебя с середины весны. В общем, бери снова… и так, как хочется тебе…

Глава 10

Часть 2

…В шесть с минутами утра я страшно разочаровался. Собой-любимым. Ибо понял, что неутомимость в постели, которой я так гордился, появляется только благодаря Валиным обновлениям! Нет, Наоки я все-таки умотал. За счет опыта и того, что отдавал в разы больше, чем брал. Поэтому она пребывала на седьмом небе от счастья и не проваливалась в сон лишь из-за стремления воздать сторицей за полученное удовольствие, а мне… мне все еще хотелось, но уже не моглось. Да, «не моглось» временно, но это «бессилие» действовало на нервы.

Создавать себе комплексы, отказываясь принимать очевидное, я был не готов, так что в какой-то момент мысленно признал свою слабость и нашел неплохой способ от нее абстрагироваться — перевернул японочку на спину, лег рядом и залюбовался воистину совершенным телом. Естественно, одними взглядами не обошелся: немного потеребил мочку аккуратного ушка, ласково провел подушечкой указательного пальца по всей длине грудинно-ключично-сосцевидной мышцы, задержался в ямочке между ключиц и начал описывать постепенно сужающуюся спираль вокруг правой груди. При этом на светло-коричневый сосочек, окруженный совсем небольшой ареолой, старался не смотреть — наслаждался шелковистостью идеально белой кожи, удивлялся упругости полушария, почти не проседавшего под своим весом, знакомился с крошечными родинками, изредка попадавшимися на пути, и никуда не торопился. Вот девушку и проняло. Вернее, пробило на хи-хи:

— О-о-о, ты, наконец, заметил, что у меня есть сиськи⁈

— «Наконец»⁈ — возмущенно воскликнул я и, тем самым, развеселил ее еще сильнее:

— Ну да: почувствовав, что меня сводят с ума поцелуи в шею и ласковые прикосновения к верхней части спины, животу, внутренним поверхностям бедер и попе, ты перестал экспериментировать и сосредоточился на них. Я понимаю, что ты не хотел подтверждать слухи о своей любви к большой груди, но мои близняшки обиделись! Ибо внимания хотелось И ИМ!!!

— Вредничаешь? — с улыбкой спросил я, заметив в ее глазах искорки сдерживаемого смеха.

Японочка отрицательно помотала головой:

— Неа — вымогаю вполне конкретную ласку… с риском для жизни!

— Не понял?

— Заведешь меня снова — сдохну от истощения…

— … а не заведу — обидишься? — имея некоторое представления о женской логике, продолжил я и, как ни странно, ошибся:

— Не-не-не, сильных впечатлений получилось многовато. А внимания к груди и нежности все еще хочется. Впрочем, их мне хочется всегда.

— А почему «их»? — заинтересовался я.

Онна-Бугэйся расфокусировала взгляд, несколько секунд невидящим взглядом смотрела в потолок, а потом забавно сморщила носик и заговорила:

— Проблема с катастрофической нехваткой нежности возникла года в три, сразу после того, как мои родители решили, что меня пора готовить к взрослой жизни в правильном ключе, передали толпе очень добросовестных воспитателей и практически перестали баловать — я быстро поняла, что такое долг перед родом, но тосковать по нежным рукам матушки так и не перестала. А со второй проблемой чуточку сложнее, и я, пожалуй, начну объяснения с