Сердце шторма - Руслан Рустамович Бирюшев

- Коля! – позвала она. – Подъём!

- А?! – встрепенулся Дронов, роняя книжку.

- Рыбка клюнула! Идут сюда! – сообщила сыщица. – Полезай в гроб!...

…Когда уже в порту Настя изложила свой план капитану Олдрину, тот лишь молча уставился на майора. Николай в ответ развёл руками, будучи и сам слегка ошарашен:

- Это… авантюра даже по нашим меркам. Даже по… её меркам.

Идея была проста – взять какой-нибудь корабль, набить грузом, повредить так, чтобы выглядел он плохо, но не шёл ко дну, и вывести после шторма в район активности пиратов-призраков. Налётчики увидят судно, решат, что в шторм его бросила команда, начнут грабить – а сыщики проберутся на борт вражеского корабля, и с ним в итоге попадут на остров-базу. Где смогут определить координаты по звёздам – благо, этому учили оперативников в Третьем отделении, а Николай кое-что умел и во времена армейской службы. Ну а уж как выбраться назад или передать весточку флоту – видно станет на месте.

- Если вы продрейфуете в нужном месте с месяц, то какие-то шансы попасться на глаза нашим визави имеются, конечно, - рассудительно сказала присутствовавшая при обсуждении Мира. Разговор шёл в капитанской каюте, при закрытых дверях. – Но мне казалось, вы спешите. И такая засада выключит вас из поисков надолго.

- Я всё же хочу попробовать, - Настя поправила очки и зловеще улыбнулась. – Интуиция говорит мне, что нам повезёт. Прошу, доверьтесь и помогите.

- Ладно… посмотрим, что можно сделать, - капитан Олдрин переглянулся со своим инженером, тот пожал плечами. – Но если вам в голову придут мысли получше – сообщите.

Чуть позже, в их личной каюте, сыщица пересела на койку к Николаю и, прижавшись плечом к его плечу, шепнула:

- Коля, у нас получится. Я хочу испробовать кое-что нестандартное.

- Насколько нестандартное? – шутливым тоном спросил Дронов, внутренне холодея. Зная подругу, он боялся фантазировать на тему того, что ей может показаться «нестандартным».

- Ужасающе, - хмыкнула девушка, кладя голову ему на плечо. – Настолько, что в отчёте начальству мы про это писать не станем. Только между нами двумя…

- Ну-у? – протянул Николай, в равной мере обеспокоенный и заинтригованный.

- Я уже не могу отрицать, что между нашими поисками тут и моей погоней за драконом во снах есть связь, - сыщица провела ладонью по колену. – В последнее время я всё яснее помню и лучше понимаю, что там происходит. Я думаю… оно работает в обе стороны.

- То есть? – Николай повернул голову, но лица Анастасии не увидел – только её тёмно-каштановую макушку.

- Я завела там связи, - сыщица помолчала секунду, прежде чем продолжить. – Я… пущу их в ход. И подброшу главарю пиратов сведения о том, где искать корабль с ценным грузом. Нашу ловушку.

- Подбросишь информацию, - медленно проговорил Николай. – Из сна. В реальность.

- Ага.

- Ну… ладно. – Майор положил ладонь на голову Насте, легонько погладил – чтобы не испортить ей причёску. – Звучит интересно.

- Ха. Вот поэтому я тебе рассказала, а остальным – нет. – Девушка накрыла его ладонь своей.

- А просто узнать у своих друзей там координаты острова ты не можешь? – на всякий случай уточнил Дронов.

- Нет. Теоретически, наверное, можно и такое. Но цена… великовата будет. – Анастасия вздохнула, убрала ладонь с руки Николая, поправила очки. – И потом – какой интерес, если всё принесут на блюдечке?

С кораблём им повезло – не пришлось выкупать какой-нибудь барк, как поначалу опасался Дронов. В порту нашлась шхуна, конфискованная у контрабандистов береговой охраной. Капитан Олдрин реквизировал её, после чего над несчастным кораблём основательно поработали люди энсина Штайнмана. Сорванная оснастка, разбитая рубка, трещина в борту, затопленный отсек, из-за которого парусник получил заметный, но не опасный крен – вполне убедительный образ жертвы шторма. Нагруженную консервами и стройматериалами шхуну «Сорок второй» отбуксировал в область, где, согласно карте нападений, наиболее вероятно было появление таинственных налётчиков. И оставил дрейфовать с двумя агентами на борту. Лейтенант Принс тщательно изучила ветра и течения района операции, потому заверила сыщиков, что через неделю миноносец сможет быстро отыскать парусник-приманку, если план не сработает. Но план сработал – ждать пришлось всего трое суток…

- В гроб, в гроб, живо! – повторила Настя и исчезла из виду.

Николай вскочил, пинком опрокинул стул, и бросился к сваленным в задней части отсека ящикам.

Способ проникнуть на борт вражеского корабля у двух сыщиков был разный – как исходя из их возможностей, так и для гарантии. Николаю предстояло уже испытанным методом сыграть роль груза. Анастасия полагалась на ловкость и набор крюков, чтобы перебраться с корабля на корабль, пока команда пиратов будет занята грабежом. Существовала вероятность, что у одного из них не получится, потому каждый имел при себе полный набор навигационных инструментов, провианта и оружия, чтобы в случае чего выполнить миссию самостоятельно.

«Гроб» Дронова представлял собой прямоугольный ящик с маркировкой «Консервы». Он был придавлен сверху другими ящиками – на случай, если пираты решат вскрыть одну из коробок и проверить содержимое. Внутри «гроб» укрепили незаметным деревянным каркасом, который позволял открыть боковую стенку либо один из узких концов. Через боковину майор и забрался внутрь. Подоспевшая Анастасия, затянутая в облегающий чёрный комбинезон, увешанная компактным снаряжением, быстро поцеловала Николая в губы, подмигнула, и без лишних слов опустила борт ящика. Майор зафиксировал доски парой болтов изнутри. Ещё несколько секунд оказавшийся в темноте Дронов слышал быстрые удаляющиеся шаги – и наступила тишина.

Длилась она недолго – тяжёлые башмаки загрохотали по трапу четверть часа спустя. Раздались голоса. Николай вслушался, но ни слова не понял – говорили, кажется, на испанском. Ещё через полчаса он ощутил, как его «саркофаг» поднимают и несут. Судить о перемещениях майор мог только по изменению звуков и по тому, как ящик наклонялся. Сперва его подняли по трапу, потом пронесли по верхней палубе, затем спустили куда-то вниз. Надо полагать – в трюм пиратского корабля. Хлопнула металлическая дверь и тишина вернулась. Николай, всё это время сжимавший рукоять лежащего на груди револьвера, позволили себе расслабиться. Теперь он смотрел на прикреплённые к крышке часы с люминесцентными стрелками. Час за часом, час за часом.