Неправильное число - Денис Кащеев

Варшава, 5 июля 20… г.

– Дождь закончился, – проговорила Настя, выглянув в окно гостиничного номера. – Ну что, едем?

– Что? – переспросил лежащий на кровати поверх покрывала Артем. После истории с самолетом он стал хуже слышать, но если специально повышать голос – начинал жаловался на боль в ушах. Врач, осматривавший юношу в аэропорту, прописал ему какие-то капли и обещал, что через несколько дней все должно прийти в норму.

Но вообще-то, это они еще легко отделались. Да что там говорить, выжили чудом! Лети самолет в момент получения пробоины в борту на обычной для такого рода рейсов высоте, не уцелел бы никто, ни пассажиры, ни экипаж – человеческая кровь мгновенно бы вскипела, наглухо забив сосуды мозга, а это мгновенная смерть. Об этом Насте рассказала стюардесса Лейла – та самая азиатка, оказавшаяся российской узбечкой, – пока они ждали своей очереди к врачу в развернутом поляками в аэропорту мобильном медпункте. Как удивительно это ни прозвучит, спасли их пресловутая зона турбулентности и не менее пресловутые польские чувства к России. Опытный пилот, обнаружив по курсу опасный участок, заранее запросил разрешение на смену эшелона полета. Обойти неблагоприятный район можно было либо сверху, либо снизу, и польские диспетчеры, в зоне ответственности которых находился в это время самолет, велели ему снизиться – как считала Лейла, из чистой вредности: чем ближе к земле летит воздушное судно, тем больше у него расход топлива. В результате трагедия произошла на высоте, где спасение уже было возможно, а дальше все решили грамотные действия экипажа. Пилот бросил самолет вниз – это, оказывается, было не падение, а экстренное, но контролируемое снижение – и успел опуститься на безопасную высоту прежде, чем в аварийной системе закончился кислород – пассажирские маски, по словам той же Лейлы, рассчитаны всего на 12 минут работы. Этого времени, впрочем, экипажу вполне хватило.

Без жертв, увы, не обошлось: помимо без вести пропавшей пани Горска, у двоих пожилых пассажиров отказало сердце и еще одному пробило голову. Переломы, синяки, обморожения и прочие мелочи никто и не считал. У самой Лейлы была сломана рука и рассечено лицо – девушка очень переживала, что на лбу и щеке останутся безобразные шрамы и работать бортпроводницей она больше не сможет.

Единственное, чего не могла понять стюардесса, это как кто-то сумел открыть в полете аварийный люк. Как ее учили, из-за разницы давления внутри самолета и за его бортом усилие здесь требуется такое, что справиться с этой задачей смог бы разве что Супермен, да и то если с противоположной стороны ему стали бы помогать пара Бэтменов. И это еще не считая встроенной «защиты от дурака»!

На этот вопрос, впрочем, ответ имелся у Артема, наблюдавшего все своими собственными глазами. Ну как ответ… Как утверждал юноша, полька достала из своего портфеля тюбик ярко-красной губной помады (уже странно: насколько помнила Настя, на губах у пани Горска был совсем другой цвет), провела линию по контуру люка, после чего та ослепительно вспыхнула – и дверца открылась.

Дальше, по словам Артема, было так. Блондинка, вероятно возомнив себя птицей, вознамерилась нырнуть за борт, а он, просунув руку между спинками сидений тринадцатого ряда, попытался ее схватить и удержать – зачем он это сделал, юноша толком объяснить не мог. Сошедшую с ума пассажирку Артем, однако, не поймал, зато вцепился в ее портфель. Полька-самоубийца рванулась, металлические кольца, которыми крепилась ручка портфеля, разогнулись, и тот достался юноше в качестве трофея, а блондинка исчезла в люке. Видимо, в ходе этой борьбы Артем и отморозил себе руку, замотанную ныне толстым слоем бинта.

Все это время юноша оставался пристегнут ремнем к креслу, что, очевидно, и уберегло его от того, чтобы разделить участь пани Горска. Однако увлекшись своей эпической схваткой за портфель, Артем пропустил момент, когда сверху появились кислородные маски. К счастью, сосед юноши по ряду, пожилой серб, заметил это, поймал вторую маску и нацепил Артему на лицо – к этому моменту тот уже начал терять сознание, задыхаясь (не отсюда ли, кстати, растут ноги у занимательной истории о лазерной губной помаде? Бедный Артем…). Портфеля из рук при этом юноша не выпустил.