Грехи отцов - Тимофей Грехов

Я пришёл в себя в больничном крыле, где рядом остался Михаил. Он мне рассказал, что увидел меня лежащим на земле, а рядом со мной находились люди из разведки и к ним бежал директор школы, который набегу отправлял патронусом сообщение. Пришел целитель, который сообщил, что у меня истощение, вызванное магическим откатом.

Узнав, что я пришёл в себя, в больничное крыло зашел директор.

— Я написал твоим братьям в Москву о произошедшем. В своем ответе они написали, что к твоему состоянию не причастны. Я сделал запрос в университет, они подтвердили, что Билл и Чарли ни при чем. Остаются твои родственники, живущие на острове. Если так пройдёт и дальше, то ты или умрешь, или останешься сквибом. Обычно магические откаты переходят на старшего в роду, разделяя откат с провинившимся, с камнем рода, а также в некоторых случаях со всеми представителями рода. Но в твоем случае, ты получаешь откаты один за всех. Тебе нужно думать или отсекать твоих родственников от рода, или быстрее снимать печать, — после последних слов директор выразительно на меня посмотрел и покинул больничное крыло.

Вечером того же дня мне написал Билл, он сообщил что отправил письмо домой. И как только получит ответ, сразу мне сообщит. А я стал думать, что возможно мне придется раньше возвращаться домой. Но я был до сих пор не готов.

***

Замок Кощеевых.

Директор на завтраке подошёл ко мне и сообщил, что будет ждать меня и Артема в своем кабинете откуда мы камином переправимся к Кощеевым.

Собрав все вещи в рюкзак с расширением пространства, пришёл в кабинет. В нём нас встречал Станислав Кощеев.

— Рон, мы долго ждали нашей встречи, поэтому я дам тебе три дня на привыкание к обстановке и подготовку вопросов ко мне, а потом я думаю, что мы сможем наконец-то ответить друг другу на интересующие вопросы, — сказал, глядя на меня Станислав. — В связи с военным положением в нашей стране, я вынужден до вечера отсутствовать дома. Но в замке живет много людей, и ты не заскучаешь. А также я от лица рода Кощеевых обязан заключить непреложный обет, об информации которую мы получим друг от друга пока ты находишься у нас в гостях.

Меня устраивал такой подход к делу, ведь я сразу понимал, что каникулы я проведу не как у Шуйских, и мне предстоит принимать серьёзные решения. В кабинете мы заключили обет и наконец-то отправились к Кощеевым.

Меня встречали у камина три женщины: ранее мне знакомая Кристина, которая увидев меня сощурила глаза, показывая, что меня не ждет ничего хорошего. Вторая представилась Викторией, она была супругой Станислава. Она сказала, что по всем вопросам я могу подходить к ней и у меня есть карт-бланш задавать вопросы, но не на все я смогу получить ответы. Третью женщину звали Натали, она была женою Игоря и мамой Кристины. Она была очень красивой, с распущенными черными как смоль волосами, яркими красными губами, синими глазами, кажись я влюбился… Эх, а мне всего-то одиннадцать лет. И без разницы, что она замужем.

Артем проводил меня до моих комнат и сказал, что через час зайдет за мной. Вещи мне поможет разложить домовик по имени Нафаня, который сразу появился в комнате.

— Ну здравствуй, Нафаня, обращайся ко мне просто по имени — Рон, Рональд. Ни сэр, ни мистер в обращении добавлять не нужно. Помоги мне разложить мои вещи и можешь быть свободен.

Домовик мне понравился, он выглядел как маленький человечек, но с маленькими заостренными ушками. Ещё он был кругловат, поэтому при передвижении бегал несколько забавно. На домовых эльфов в Британии он ничем похож не был. Было бы неплохо домовиков перевести к себе домой в Британию.

На кровати лежала небольшая книжка с названием История рода Кощеевых. Рядом находилась записка: «Прочти книгу и на многие вопросы найдёшь ответы. С. Кощеев».

Книга была мной прочитана за одну ночь, после чего мне пришлось пить бодрящее зелье. Но, как и говорилось в записке, мне стало многое понятно. Однако появились и вопросы.

История рода Кощеевых

Первая запись в книге была Анастасии Дмитриевны Рюриковны (её отец Дмитрий Донской).

Дневник Анастасии Кощеевой.

В 1365 году мой отец Дмитрий Донской, восхвалял своих подданных, что нет на Руси сильнее воинов чем они и им нужно снять Монголо-Татарское Иго. И стал собирать под свои знамена воинов и магов. На этот зов на совет князей явилась иллюзия Павла Кощеева, который сообщил, что готов помочь, если гонения на его род окончатся. Его предложение было отвергнуто и сам он был осмеян.

Спустя три дня меня похитил сильнейший маг, который рождался на Руси, Павел Кощеев. Через три месяца он напоил меня зельем, провел обряд по принятию меня в род на правах младшей жены и консумировал брак, взяв меня силой. После чего я забеременела. Кощеев не был сумасшедшим, каким его стали описывать позже. Он был ученым, я даже могла бы сказать, что он был гением. Понимание магии, те чары, которые он создавал, ничего подобного я раньше не видела.

Больше близки мы не были, он игнорировал меня, хотя я могу признаться себе, мне нужна была близость, но его слова, что он это сделал только для того чтобы отомстить моему отцу, меня отрезвили. И моя ненависть к нему вспыхнула с новой силой. Во время моей беременности у нас стала проживать старая женщина со странным именем Ягуня. Со мной она почти не разговаривала, но следила за бытом в доме, в котором мы жили. Дом был небольшим по моим меркам. Но учитывая, что я видела за всю жизнь, то могу сказать, что у меня было всё. Места нам троим вполне хватало.

Со временем Павел стал меня оставлять одну с бабкой в доме, а сам отлучаться на несколько дней. Мне разрешали читать литературу, которую оставлял Кощеев. Спустя время мне открылся тайник в стене. В нём были книги и дневники Кощеева.

В одном из дневников Павел рассказывал, что он убил Князя Бориса Рюриковича, с которым не поделил женщину. Оба любили её, а она ушла к Ярославу Рюриковичу.

Он не собирался выжить после убийства князя, но его поймали и заключили в