Целитель - Роман Романович

Задумавшись, я пропустил, когда с Игорем очередная метаморфоза случилась. Как-то он умудрился в короткий срок от обиды перейти к новой волне энтузиазма. Причем с таким видом, будто и не было этой неприятной части разговора.

— Олег, а если ты реально шаришь, так возьми меня в ученики, — выдал он.

— А? — всё ещё думая о своем, я не сразу понял, что он сказал. — Ученики?

— Да, — сказал парень.

— Это что ещё за новая идея? — удивился Петр.

— Так а что тебя удивляет? — посмотрел на него Игорек. — Уверен, Олег нам и десятой части своих навыков не показал. Разве тебе самому не интересно поучиться?

— Тебе ведь уже сказали… — начал было Петр, но его перебили.

— Ну, эту часть про внутреннюю гармонию мы опустим. — Игорек легко нашёл решение для себя. — Что там про тренировки?

— Если ты забыл, то у нас тут проблема есть поважнее, — напомнил Петр.

Проблемы аппетит ему не портили, это уж точно. На часах двенадцать дня, а едим уже третий раз. И не перекусываем, а основательно едим. Всегда бы так.

— Так я об этом и толкую, — не сдавался Игорь. — Новые трюки нам не помешают.

— Это да, — нехотя согласился Петр.

— Вот я и спрашиваю. Может, ты что более прикладное расскажешь? — посмотрел он на меня.

Ясно с ним всё. Вместо того чтобы воспринять мои слова серьезно, он их обесценил для себя. Решил думать, что я так шучу или подкалываю его.

Но идея-то здравая в целом. Если бы не целый ряд нюансов. Как быстро обучить плохо обученных парней, да так, чтобы они полноценно какие-то трюки освоили, — это из разряда глупых и наивных мечтаний.

Если уж на то пошло, то нам лучше, раз вместе драться решили, над боевым слаживанием поработать. Только если я им прямо об этом скажу, это совсем уж палевно будет. Надо как-то попроще завернуть.

— Так мы уже собирались потренироваться, — ответил Игорю. — Напомнить, чем это закончилось?

— Игорек снова обосрался, — грубовато сказал Петя, с недовольством покосившись на парня.

— Да ладно вам, чего сразу начинаете. Тебе бы, Петя, тоже девушку не помешало найти.

— Сам как-нибудь разберусь, — насупился парень.

Какое-то время сидели молча. Игорь, видимо, решил дальше Петра не раздражать. Сам же Петр вскоре оттаял и вопрос мне задал.

— Олег, а ты ведь, говоря про внутреннюю гармонию, не пошутил над Игорем, всерьез сказал?

Было бы лучше, спроси он потом это наедине. Без Игорька. Который в моих глазах совсем доверие растерял.

Впрочем, кое-что я ответить могу. Даже особо не боясь засветиться. Много уже показал, поэтому, если под это дело кое-какие секреты выдам, то из образа не выйду.

— Петя, вот скажи мне, — посмотрел я на него, — в какой дом лучше гостей приводить, где порядок или где беспорядок? А на кухне какой лучше готовить? Где порядок или беспорядок?

— Так понятно, какой ответ, — хмыкнул парень.

— Хорошо. А вот представь, что кто-то ресторан открыл, но человек он жадный. Продукты подешевле покупает. Если пропали они, то не выкидывает, а специями посыпает побольше. Всё время смухлевать пытается. Вкусная еда у него будет?

— Может, и вкусная, — вставил Игорь, — если ловкий.

— Ну, — глянул я на него, — с твоими ценностями всё понятно. Обмануть не так уж и зазорно, да, Игорь?

Игорь огрызнуться хотел, но снова на мой взгляд напоролся. Разозлился уже на это, задумался о чем-то.

— Я тебя понял, — сказал Петр, — моя бабка то же самое говорила. Порядок должен быть везде. На работе, дома, на кухне, в мыслях — везде. Слово держать надо, людям помогать. Мне про это миллион раз говорили.

— Твоя бабушка сильной целительницей была?

— Одной из сильнейших, — с нотками гордости ответил парень.

Я не удивлен. Петя сейчас простыми словами описал идеалы служения.

— Ну так, — развёл я руками.

Мол, сам мои слова подтверждаешь. Точнее, не сам, а через бабушку, которая авторитет.

— Это всё хорошо, но конкретика есть какая-то? Прием хитрый? — спросил Игорь.

Чес слово, мне его стукнуть захотелось.

— Тебе лишь бы что-нибудь хитрое, — осуждающе сказал Петр.

— Так нет времени на долгие расшаркивания.

— Это да, — согласился Петр и поник.

Есть он закончил и тарелку в сторону отодвинул.

— Прикладное... — сделал я вид, что задумался, — могу вам сказать и прикладное. Не против, если по тебе пройдусь, Петя?

— Давай… — неуверенно ответил он.

— Для начала попробуй внутри себя определиться. Ради чего живешь, ради чего драться собираешься. К правде внутренней прислушайтесь. Голос внутренний ведь никогда не обманешь. Вот взять тебя… — указал я на Петра, — очевидно же, что ты между разными желаниями мечешься. Это как картошка и рис в одном блюде. Вроде есть можно, но кто так делает?

— Ну у тебя и сравнения, конечно, — развеселился Игорь.

Понравилось ему, что не по нему проходятся.

— Так и что с этим делать? — спросил Петр вроде спокойно, но видно, что напрягся, кулаки сжал, но спрятал их под столом.

— Говорю же, определиться. Ты либо вообще не дерись, либо реши, ради чего драться будешь. Ради амбиций своих, в угоду злости. Я ведь видел, как ты заводишься, когда к драке дело идет. Упиваешься тем, что побить кого-то можешь.

— Это да, Петя любит других укладывать, — сдал его Игорь.

На его слова я только вздохнул устало и проигнорировал этого… ребенка.

— Твоя бабушка ведь не Масло грязное притягивала, так? — я точно знал, что это так, никогда не видев бабушку Петра. — Что-то куда более чистое. Так, если помыслы чисты, чему удивляться?

Чтобы мои слова не прошли в пустую… Если на Игоре я уже крест поставил, то Петр не выглядел безнадежным… Я создал над ладонью шар Крови, чистый и светящийся.

Два парня синхронно вперед подались.

— У бабушки как-то так же было, — сказал Петя. — Но у неё шестьдесят лет практики за плечами. А у тебя? Каким идеалам ты следуешь, что настолько чист?

— Чист — не чист,