Хищный клан 4 - Виктор Молотов

— О чём? — неуверенно спросил парень и поправил съехавшие на нос очки.

— Ты же в курсе, что я наследник своего клана?

— Конечно. Об этом, мне кажется, все в академии знают.

— Тогда расскажи мне, какая тебе выгода породниться с нами.

— Ну, — парень замялся. — Хочу стать сильнее.

Этот ответ мне мало, о чём говорил. Стать сильнее можно по-разному. Можно развиваться самому, а не пытаться примкнуть к сильному клану. Однако мне самому было выгодно, чтобы парень выбрал второй вариант. Только сделал это более грамотно.

— Тогда ты поступаешь крайне нелогично. Ведь исходя из твоего письма моему отцу, тебя и столетняя вдова устроил.

Вербенов вздрогнул. Видимо, понял, что не подумал о главном. О невесте.

— Нет, оно совсем не так. Я бы хотел стать частью вашего клана.

— И сменить тотем? — нахмурился я.

Ведь такое решение свело бы к нулю все его усилия в изучении целительского дела. А это всё усложняло в сотню раз.

— Нет, — замотал головой парень.

— Тогда мне кажется, что ты крайне плохо представляешь, как работает система перехода из клана в клан. У нас три главенствующих тотема: Акула, Скорпион и Белладонна. И есть один союзный, но я его тебе не предлагаю.

— А сохранить тотем нельзя?

— Если Вербена это слышит, то она точно негодует.

— Почему?

— Потому что никому не понравятся подобные метания туда-сюда. Когда ты сам не понимаешь, чего хочешь.

— Хочу быть с теми, кто сильнее, — чётко и уверенно выдал Вербенов.

— Тогда, если у тебя нет в планах создание отдельной ветви твоего рода среди наших союзников, то тебе придётся сменить тотем. И выбрать невесту из этого тотема. Свободных девушек у нас предостаточно, поэтому это меньшая из проблем.

— И ты так просто примешь меня в клан?

— А почему бы и нет? Ещё один боеспособный целитель нам не помешает.

— Разрешишь мне подумать и посоветоваться с семьёй?

— Конечно. Но думаю, что твоя родня будет в ярости от такого решения. Доводилось мне раз с ними сталкиваться, ничего хорошего. Это не в обиду тебе сказано, а лишь для того, чтобы ты оценивал риски.

— Да, я это прекрасно понимаю. Скорее всего, отец перестанет платить за моё обучение.

— А вот это серьёзная проблема. Хочешь совет?

— Давай.

— Жениться ты можешь уже сейчас, пока наш клан предоставляет выгодные условия.

— Да, слышал от твоей сестры. Она прямо-таки компанию по сводничеству проводит.

— Хах, да, у неё это хорошо получается. Так вот, о чём я. Стать последователем тотема своей супруги ты можешь в любое время.

— Звучит, как хороший план, — улыбнулся Вербенов.

— Да. И если захочешь познакомиться с нашими красавицами из Белладонновых, то на каникулах отец организует бал, где будут все незамужние и неженатые.

— Обязательно приду, — кивнул парень. — Слушай, а можно вопрос?

— Конечно, — по-дружески ответил я.

Ведь все наши разногласия остались в прошлом, ещё у клетки со сбежавшим монстром. Вербенов усвоил свои ошибки, и больше не пытался соревноваться со мной в чём бы то ни было.

— Вы проводите довольно своеобразную политику расширения влияния клана. С чем это связано? — спросил он.

— С тем, что скоро мы перестанем быть опальным кланом.

Я ответил честно. Ну, частично. Не говорить же парню заранее о готовящемся массовом прорыве. Тогда точно сбежит от нашего клана подальше, даже сверкания пяток не увидим.

В аудиторию зашёл преподаватель. Иван Иванович был сегодня в крайне хорошем настроении, что сразу насторожило меня.

— О! Акулин и Вербенов, первые пришли на экзамен! — провозгласил магистр.

И сразу стало понятно, почему он так улыбался. Ведь сегодня один из двух дней в году, когда он мог отыграться с зазнавшимися студентами.

Если бы я вчера не отсутствовал, то знал бы об экзамене. А так придётся импровизировать.

— Да, нам не терпелось поскорее отстреляться, — с иронией отметил я.

— Стреляться не надо. Я вам другое задание найду. Подходите.

— Занятие же ещё не началось, — оглянулся я на пустую аудиторию, в которую медленно заходили студенты.

— Так, раньше начнём — раньше закончим, — ответил магистр, в предвкушении потирая ладони.

Я сомневался, что он завалит меня после всех наших индивидуальных занятий, поэтому смело встал.

— Только к манекену не приближайтесь, — предупредил учитель.

— А как же мне экзамен сдавать? — развёл я руками. — Вроде тут нет больных.

— Да, потому что целители сами себя прекрасно лечат.

— Но тогда не логичнее ли нам переместиться в лазарет?

— Отнюдь, Сергей Александрович, я для вас приготовил нечто особенное, — интригующе протянул Иван Иванович.

Он говорил таким тоном, словно полгода готовил шутку, и вот наконец-то у него появилась возможность вдоволь посмеяться. Жаль, что это было не так.

— Так что же мне делать? — спросил я, недоумевая.

— Секундочку. Вербенов, тоже вставайте.

Была у Ивана Ивановича забавная особенность. Во время экзаменов и зачётов он начинал большинство студентов называть по фамилиям. Хотя обычно старался всегда говорить по имени и отчеству.

Но сегодня был его день.

Поэтому мы с Вербеновым встали рядом, совершенно ничего не понимая.

— Надеюсь, вы не собираетесь использовать меня вместо манекена? — уточнил парень, снова поправляя очки.

— О, нет. Это было бы слишком просто, — ответил магистр. — Сейчас подождём, пока побольше зрителей соберётся и приступим.

Иван Иванович стал поторапливать медлительных студентов, чтобы скорее занимали свои места. Ему прямо-таки не терпелось начать экзамен.

Минут десять мы ещё ждали, пока все соберутся. Но больше меня настораживало поведение Ивана Ивановича, который то и дело оказывался у меня за спиной.

Если бы я плохо знал магистра, то уже ожидал бы какой-нибудь подлянки.

Когда все собрались, преподаватель наконец-то объявил:

— Дорогие студенты, сегодня у нас предстоит крайне необычный экзамен. Для двоих из вас. Остальные будут показывать навыки исключительно на манекене.

Всем своим нутром я ощущал подвох. И оказался прав, о чём гласили следующие слова магистра:

— В тела этих двух студентов я поместил по болезни. Их задача будет найти её и устранить. В этом и будет заключаться экзамен. Остальные же будут проделывать то же самое с