Диверсант. Назад в СССР - Андрей Гросс

а пока пошли с нами! — он махнул рукой и, повернувшись, направился по бетонной дорожке вдоль стены за дом. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. За домом я увидел импровизированное татами, на котором два здоровых парня с голым торсом дрались друг с другом в боксерских перчатках. Рядом стояли ещё семеро таких же накаченных молодых парней, и с интересом смотрели на меня. Некоторых из них я видел в санатории когда пригнал машину в прошлый раз.

— Слушай, Серёжа,ты пойми нас, времена сейчас непростые, — сказал Пётр Сергеевич,. — У тебя случайно нет оружия? Пусть мои ребята проверят. Это просто формальная процедура.

Два спортсмена подошли ко мне и быстро обыскали.

— Слушай, Серега, а ты не против показать мастер-класс моим парням на татами или у тебя ножки затекли по дороге? — спросил с сарказмом Петр Сергеевич, его подручные парни-качки заржали, и один, самый здоровый из них, толкнул меня в грудь, и я почти упал, еле успев среагировать и не потерять равновесие от неожиданности. Тело моё действительно не совсем хорошо слушалось, потому что долго пришлось ехать и я практически не спал сутки. Ещё один из этих амбалов, который стоял сбоку, начал атаковать меня ногой в голову. Я увернулся, а он пытался провести подсечку.

Дела мои были плохи, я попал в ловушку, как последний дурак. Увернувшись от ударов этого парня, я резко подскочил к нему и ударил его кулаком чуть ниже правой грудной мышцы. Парадоксально, но чем сильнее у мужика развита мускулатура, тем проще попасть кулаком в нужную точку, когда проводишь такой удар. Вот и этот амбал упал на задницу, как подкошенный.

Краем глаза успел увидеть движение сбоку, это на меня кинулся другой парень. Я вернулся от этого удара и встретил его кулаком в солнечное сплетение. Это было опасно, можно было убить, но выбора у меня не было, потому что, как я уже понял, скорее всего, убивать сейчас будут меня. Я успел поставить блок, когда еще один из них пытался меня ударить кулаком в голову, я еле успел поставить блок, его рука соскользнула по моему предплечью, и я схватил его за руку и резко бросил через себя обычным ментовским приёмом, вывернув ему руку. Он перевернулся через голову, так всегда происходит, когда проводишь этот приём правильно. Я поднял голову и теперь увидел, что на меня собралось кинуться все, кто был рядом. Дураку понятно, что мне пришел трындец, как только я пропущу пару ударов, и меня просто запинают, по-другому и быть не может. Жизнь — это не кино, и я всё-таки не Брюс Ли!

— А ну стоять, — услышал я крик. Парни встали как вкопанные и все посмотрели на Петра Сергеевича.

— Толпой на одного не велика честь, — сказал он с ухмылкой. — А ну-ка разойдись, сынки!. Дайте-ка я попробую!, — сказал он сняв спортивную куртку и остался в майке и спортивном трико. Судя по лицу ему было явно за шестьдесят, но вот, его телосложение говорило о том, что до старческой дряхлости ему ещё очень далеко и его мышцам позавидовало бы и молодой профессиональный спортсмен.

— Ну что, Серёжа? Или как там тебя?…. Дмитрий Корсаков, если не ошибаюсь, — сказал хитро прищурившись он. Я даже сразу не понял, о чем он говорит.

— Ты притворяешься, что ничего не понял? — сказал он с сарказмом. — Однако теперь я знаю о тебе всё.

Он посмотрел на своих людей и продолжил:

— Вот берите пример, мальчики! Этот парень служил в десанте, потом работал оперуполномоченным в милиции. Его подставили, и он пять лет провёл в тюрьме, а затем снова вернулся в органы, но уже под прикрытием, внедрился в наш дружный коллектив. Про таких героев книжки пишут! Но ты сильно недооценил нас, парень!

Он резко бросился на меня.

Я уклонялся от его умелых выпадов руками. Я совсем не ожидал, что он окажется таким быстрым и ловким, я просто не успевал за ним. Он провёл подсечку, задев меня за ногу, и я едва удержался на ногах. Когда восстановил равновесие, он нанёс мне удар пальцами между рёбер, а затем кулаком в бедренную кость. Там проходит нервный узел, и мои ноги перестали меня слушаться, они подкосились и я упал на землю.

— Вот так, сынки! — сказал Петр Сергеевич, повернувшись к своим людям пока я корчился от боли на земле. — Вам ещё далеко до старой гвардии! И тебе, Серёжа, тоже далеко! — сказал он повернувшись ко мне.

Я с трудом поднялся на ноги, но они плохо меня слушались. Ждать, пока он нападёт на меня первым, не имело смысла. Собрав последние силы, я решил сделать рывок и атаковать его. Но он опередил меня, ударив костяшками пальцев в болевую точку на шее. Я рухнул на землю, как подкошенный. В моих глазах потемнело, я хватал ртом воздух задыхаясь и корчась от боли

— Все, хватит танцевать, — услышал я как сквозь туман голос Петра Сергеевича,. — Связать его!— Я почувствовал, как несколько сильных парней связали руки мне за спиной, и не церемонюсь, поставили меня на ноги.

— Утащите его в подвал… Я с ним позже пообщаюсь!—

Я находился ещё в полубессознательном состоянии, когда меня притащили в подвал этой дачи и кинули на пол. Через некоторое время я пришел в себя, и огляделся. Окна в этой комнате подвала находились почти в районе потолка и были закрыты решетками, света попадало в подвал немного, но я смог разглядеть, что нахожусь в пустой комнате с бетонными стенами и бетонным холодным полом. Я даже начал замерзать, но это как раз позволило мне немного прийти в чувства. Я сидел на холодном полу, наверное, уже полчаса. Сидел и думал — какой же я идиот!. На что я вообще надеялся, когда припёрся в логово таких матерых преступников? Это только в кино какой-нибудь Стивен Сигал или Брюс Ли может играючи захерачить в одиночку целое ОПГ, а в жизни такое не прокатит. Если бандиты точно знают, что ты их враг, то церемониться с тобой они не буду.

За свою жизнь я давно уже почти не боялся, но я теперь не смогу выполнить задание, вот этого себе я простить никак не мог. Я готов был грызть зубами бетон, но это ничего бы ничего не изменило. Оставалась надежда на то, что