Игрушка судьбы - Клиффорд Саймак

— Как видите, — сказал Смит, — я совершенно слеп и только потому не встал, как только вы вошли. Прошу прощения.

Несколько смущенный такой ненужной декларацией, я пожал его безвольную, почти неживую руку, и он тут же тяжело рухнул в кресло.

— Присаживайтесь! — радушно воскликнула Сара, — Сейчас подадут напитки. Что вы предпочтете, капитан?

— Скотч, если можно, — сказал я и уселся в определенное мне кресло.

Хозяйка тоже села, и теперь мы все четверо пребывали в одинаковом положении, перед величественным камином, окруженные головами инопланетных существ.

Заметив, что я разглядываю эти диковинки, Сара встрепенулась.

— Простите! — всплеснула она руками. — Я совершенно забыла! Вы же ничего не знаете обо мне!

— Увы…

— Я баллистический охотник! — сообщила Сара с излишней, по-моему, для такого заявления гордостью.

Видя, очевидно, мое недоумение, она принялась терпеливо объяснять:

— Я пользуюсь только баллистическим ружьем. Таким, которое стреляет пулей, приводимой в движение взрывчатым веществом. Только этот вид охоты сопряжен с настоящим риском. Он требует значительного мастерства в обращении с оружием и зачастую — незаурядного самообладания. Если вы не попали в жизненно важную точку — объект охоты может растерзать вас.

— Понятно, — кивнул я. — Что-то вроде спортивной игры. И у вас первая подача.

— Не всегда…

Робот принес напитки, и какое-то время мы рассматривали содержимое наших бокалов.

— У меня такое чувство, капитан, — продолжила Сара, — что вы решительно против такого рода увлечений.

— Ваше чувство ошибочно. У меня нет никакого мнения на этот счет. Я не располагаю необходимым объемом информации…

— Но ведь вам приходилось убивать диких существ?

— Приходилось, — согласился я. — Когда иссякали запасы пищи или когда нужно было спасать свою жизнь. Азарт при этом отсутствовал начисто. Я не рисковал, а просто жег их лучом своего лазерного ружья — жег столько, сколько требовалось в каждом отдельном случае.

— Да, вы не спортсмен…

— Совершенно верно, — согласился я, — Ни с какой стороны. Я просто охочусь за планетами — вернее, охотился, потому что отныне с этим покончено…

Для чего меня сюда заманили — оставалось по-прежнему непонятным. Не захотелось же этой спортсменке просто поболтать со мной! Я не вписывался ни в эту комнату, ни в этот дом — как, кстати, и те двое, что сидели рядом со мной. Вот уж с кем не хотелось бы иметь никаких дел!

— Вам, капитан, очевидно, не терпится узнать, для чего же мы тут собрались? — спросила Сара.

— Да, мэм. Вы просто читаете мои мысли.

— Скажите, доводилось ли вам слышать что-либо о Лоуренсе Арлене Найте?

— О Страннике? Да, конечно. Массу историй о нем и тех далеких временах.

— Каких историй?

— Обычнейших космических баек. Людей, подобных Найту, хватало и будет хватать всегда. И неизвестно, почему рассказчики так набросились именно на него. Возможно, их привлекла звучность его имени. Что-то вроде Джонни Яблочного Семечка или Ланцелота.

— Значит, вы знаете…

— Что он за кем-то охотился? Конечно. Все они за кем—то да охотятся.

— А его исчезновение?

— Если вы задержитесь в космосе на достаточно продолжительное время и будете углубляться все в новые и новые неизведанные пространства — вам обеспечено такое же исчезновение. Рано или поздно вы напоретесь на то, что вас уничтожит, — объяснил я.

— Но вы-то…

— Я вовремя завязал и, кроме того, был всегда достаточно осторожен. Мои интересы ограничивались лишь новыми планетами. Таинственное Эльдорадо и экстатические поиски высшего Духа не занимали меня никогда.

— По-моему, вы издеваетесь над нами, — пробурчал Тук. — Не люблю насмешников.

— Да не издеваюсь вовсе! — с досадой воскликнул я, по—прежнему глядя на Сару Фостер. — Поймите — космос нашпигован выдумками, подобными той, что вас так взволновала! Слушать их — довольно приятное развлечение, но не более того! И еще… Не терплю, когда липовые монахи с грязными ногтями учат меня хорошему тону, — Поставив бокал на столик, я резко поднялся, — Спасибо за угощение, мэм. Возможно, когда-нибудь мы еще…

— Подождите! — испуганно перебила она. — И сядьте, прошу вас! Если угодно, я даже могу извиниться за Тука! Но выслушайте же мое предложение! Думаю, оно заинтересует вас.

— Я отошел от дел, мэм!

— Вероятно, вы видели корабль, стоящий на поле, — как ни в чем не бывало продолжала она. — Рядом с вашим.

— Да, видел. Даже любовался. Он ваш?

Сара кивнула:

— Капитан, мне нужен человек, способный управлять этим кораблем. Может быть, согласитесь?

— Но почему я? Неужели нет других кандидатур?

Она посмотрела на меня с сочувствием:

— Сколько, по-вашему, на Земле квалифицированных астронавтов?

— Думаю, что немного.

— Их нет вообще! Во всяком случае, таких, которым можно доверить мой корабль.

— Так, — решительно сказал я и бухнулся в кресло. — Только давайте начистоту. С чего вы взяли, что этот драгоценный кораблик можно доверить мне? Как вы узнали, что я прибыл на Землю? Что еще вам известно о моей персоне?

Она смотрела на меня, слегка прищурившись, будто целилась.

— Доверяю, потому что вы никуда не улизнете. Потому что в космосе вы — дичь, и корабль будет вашим единственным убежищем.

— Достаточно откровенно, — заметил я, — Ну, а как мы выберемся в космос? Патруль…

— Перестаньте, капитан! Догнать мой корабль совершенно невозможно! Если они даже попробуют это сделать, то вымотаются в два счета. И мы продолжим свой путь — неблизкий, между прочим, — уже без сопровождения… Можно даже сделать так, что о нашем полете не узнает ни одна живая душа.

— Все это крайне любопытно, — сказал я, — но нельзя ли наконец узнать, куда вы собрались?

— Мы не знаем, — ответствовала она.

Вот это уж была самая настоящая чушь собачья. Никто не отправляется в полет, не выяснив предварительно, куда же он отправляется. Если тут какая-то тайна — так и нужно говорить.

— Мистер Смит — вот кто знает об этом, — добавила Сара.

Повернувшись к Смиту, который расплылся в кресле всей своей нешуточной массой, я снова увидел его белые глаза и одутловатое лицо.

— В моей голове — голос, — изрек Смит, — Я контактирую.

Ну просто прелесть, подумал я. Контактируем мы. Голос у нас в голове.

— Осмелюсь предположить, — нежно сказал я Саре, — что мистера Смита привел к вам присутствующий здесь глубоко религиозный джентльмен.