Знак - Вероника Рот

Акос склонился над тиглем, установленным на горелке, и вдохнул желтоватые пары. Перед глазами все поплыло, голова тяжело опустилась на стол.

Спустя секунду Акос пришел в себя.

Довольно сильное, подумал он. Годится.

Акос попросил у Кайры листья сендеса, чтобы зелье получилось покрепче и подействовало быстрее.

Накануне Акос проверил его на себе. После одного-единственного глотка он отключился так быстро, что книга вывалилась из рук.

Акос потушил горелку и оставил снадобье остывать. В дверь постучали, он вздрогнул. Поглядел на часы. На планете он всегда знал время суток: если темно – значит, пришел Мертвящий час, если светло – Зоревой, быстрая смена дня и ночи была похожа на движение век. Но в космосе не было ни закатов, ни рассветов, поэтому Акос постоянно сверялся с часами.

Сейчас, кажется, было пять вечера. Час встречи с Йореком.

В коридоре маячил стражник с недовольной физиономией. Из-за его плеча выглядывал Йорек.

– Керезет, этот тип утверждает, что пришел к тебе.

– Верно, – кивнул Акос.

– Неужели ты имеешь право приглашать гостей? – хмыкнул стражник. – Он ведь из другой секции, да?

– Мое имя – Йорек Кузар, – заявил Йорек, упирая на фамилию. – Давай, проваливай.

Стражник скептически оглядел комбинезон механика.

– Будь с ним поласковее, Кузар, – обронил Акос. – У парня – самая скучная работенка на свете. Он охраняет Кайру Ноавек.

Каюта пропиталась запахом прелой листвы. Акос окунул кончик пальца в тигель и попробовал отвар. Он еще не остыл, но его уже можно было перелить в пузырек. Акос поспешно вытер руку о штаны. Не хотелось, чтобы зелье впиталось в кожу. Поискал в шкафу чистый флакон. Йорек стоял в дверном проеме. Наблюдал за Акосом, привычным жестом потирая шею.

– Чего уставился? – буркнул Акос, доставая пипетку и опуская ее в зелье.

– Ничего. Не так представлял я себе каюту Кайры Ноавек.

Акос фыркнул, переливая желтый отвар в пузырек.

Не так он себе представлял, видите ли! Но и Акос вообще-то тоже.

– То есть вы действительно не спите вместе? – продолжил Йорек.

– Нет, конечно, – Акос скривился и покраснел. – С чего бы?..

– Люди вечно болтают. – Йорек пожал плечами. – Вы ведь живете в одной каюте. Здесь тесно, и вы, наверное, часто дотрагиваетесь друг до друга.

– Я помогаю ей избавляться от боли.

– Угу, а твоя судьба – умереть за Ноавеков.

– Спасибо за напоминание. Я чуть было не забыл, – процедил Акос. – А тебе, кстати, нужна моя помощь или нет?

– Извини, – Йорек откашлялся. – Наш план не изменился?

Один раз они уже это проделали. Йорек подлил Сузао снотворное, и тот свалился прямо за завтраком. Теперь Сузао рвал и метал, пытаясь разыскать того, кто его опоил, опозорив на глазах у шотетов.

Акос рассчитывал, что они быстро доведут Сузао до белого каления: он окончательно рассвирепеет и итоге вызовет Акоса на поединок. Чем-чем, а рассудительностью Сузао не отличался. Однако Акос не хотел рисковать и попросил Йорека снова подлить отцу снотворное, просто на всякий случай. Надеялся, что Сузао придет в ярость. А после возвращения из Побывки Акос признается, что за всем этим стоял он – и сразится с Сузао на арене.

– Влей зелье в его лекарство за два дня до высадки, – сказал Акос. – И оставь дверь в каюту приоткрытой, чтобы все выглядело так, будто туда кто-то проник. Иначе подозрения падут на тебя.

– Хорошо, – Йорек взял пузырек, проверил пальцем пробку. – А потом…

– Все под контролем. После Побывки я заявлю, что пытался его отравить, он меня вызовет, и я… В общем, все будет кончено. Дуэли уже будут разрешены. Лады?

– Лады, – Йорек закусил губу. – То есть хорошо.

– Как обстоят дела с матерью?

– Она… – Йорек отвел взгляд, уставившись на разобранную постель Кайры и гирлянду горюч-камней над кроватью. – Думаю, она справится.