Волшебник-юнлинг - E. ea I

— Извините, что без спросу жахнул. Извините, пожалуйста. Извините, что без предупреждения. Простите, это всё упало нечаянно.

— Ничего-ничего… — Всё хорошо… — Да ладно… — Какое счастливое колдовство…

Всех оббежать он не успел, разумеется, зато Телекинезом «прощупал» все эти запрещённые к покупке тотемы, идолов и кумиров. Действительно, есть нечто схожее с живыми портретами, но как обращаться с этими артефактами — покамест загадка.

Огромный дух шпорцевого гуся при возвращении с неба выглядел как призрак, проглотивший группу людей. Магглы не могли его заметить, зато увидели шаманы, стягивавшиеся к месту происшествия узнать, что да кто.

Никакого ветра призрачные крылья не подняли при приземлении точно над белокожим мальчишкой, выбежавшим в пространство между навесами, чтобы тоже поглазеть в небо. Находящийся у основания шеи Омар выглядел всклокоченным — внезапное экзаминирование прошло напряжённо, зато успешно, познавательно и бодро. Возбуждённые гриффиндорцы сияли восторженными лицами и тыкали пальцами в разные места, даже Сириус выглядел довольным и улыбался, ведь сам он во время полёта оставался человеком, сидящим на метле, потому никакой странной собачьей фобии не проявлялось, тем более это же он в юности зачаровал мотоцикл для полётов.

Окомо мудро дождался, когда дети выплеснут эмоции, захлёбываясь словами. Африканец оглядывался по сторонам и ловил невербальные обращения шаманов, вроде бы никакого гнева не проявлявших и претензий не предъявлявших. Наставник счёл нотации излишними, когда отрок после общения с друзьями всё-таки извинился перед ним за непредвиденное катапультирование духа. Отозвав гуся и в позитивном ключе пообщавшись с продавцами, Омар повёл подопечных в одну из забегаловок — самое время разделить еду и дать англичанам высказаться о чарах Экспекто Патронум перед несколькими живо заинтересовавшимися шаманами, смущающими своими отрезами тонкой ткани вокруг талий у мужчин и от подмышек до колен у женщин, у одной из которых оказалась столь же пышная копна кудрей, как у одной из девочек, только чёрных, а не каштановых.

Посиделки затягивались, начавшись раньше запланированного. Это никого особо не смущало, тем более навес давал тень, а колдовство дарило прохладную свежесть, избавляя от запаха пота от более чем семидесяти человек, к обслуживанию которых подключились владельцы двух соседних забегаловок. Хотя детские Патронусы вовсю летали, служа залогом добропорядочных отношений, появление ещё одного духа в магически-ленточном облике привлекло всеобщее внимание.

— Привет, Гарри. Подтверждаю. Да. Цена по две крутые ягодки каждого противоядия, животворящего и крововосстанавливающего сорта. Будут оба. Жду, — короткими предложениями и голосом Билла Уизли заговорил знакомый детям лев.

— Я же говорил! — Рон первым торжествующей воскликнул.

— А никто…

— … и не спорил! — близнецы заулыбались.

— Букля! Извините, можно стол немного освободить? — Поттер засуетился, быстро сунув руку по локоть в свою поясную сумку.

Питьевые тыквы с соком и выеденные да окаменелые дыни в виде блюд со странными персиками были живо отодвинуты, а Сириус, безопасности и тренировки ради вертевший палочку меж пальцев, наколдовал на стол Скорджифай, убирая капельки мёда и крошки от десертной выпечки. Вскоре на столе появилась чернильница с прытко-пишущим пером и несколько листов, которые начали подписываться. Поттер откровенно рисовался перед публикой, когда левой рукой доставал по две клубнички, кажущимися обычными, одновременно правой заколдовывал лист на сворачивание кульком и одновременно же управлял писчим артефактом для подписи. Когда прилетела полярная сова, все чернокожие и несколько светлокожих взрослых африканцев ахнули после превращения Букли в феникса. Ягоды, реально нужные и полезные разрушителю проклятий, отправились в специальную совиную переноску, с которой феникс вскоре взлетел над столами и без какого-либо вреда для легко воспламеняющейся крыши исчез в огненной вспышке, чтобы через минуту вновь появиться и доставить в лапке срочный заказ.

— Омар, билет в Каир, — передавая какую-то косточку, напоминающую остаток от обгладывания куриной ножки. Поттер справедливо рассудил, что сотрудник Уагаду должен иметь при себе порт-ключ к горе так же, как все ученики.

Окомо с важным видом принял порт-ключ и на понятном, но незнакомом наречии традиционным образом поблагодарил хозяина заведения, соблюдя вежливость и предупредив об окончании посиделок. В ответ такой же поклон с пожеланием приходить ещё.

— Сириус, я провожу тебя с детьми до верхней купальной зоны на речке. Освежайтесь и там дожидайтесь прилёта своих, — вставший со скамьи Омар продолжил на английском.

— Окей, — просто ответил Блэк, собранный и внимательный.

— Фу-ух, — Деннис облегчённо выдохнул, оказавшись за пределами тесной компании чернокожих людей, говоривших на нескольких языках, которых он совершенно не понимал.

— И не говори, — поддержал его Колин, державший младшего брата за руку вместо того, чтобы щёлкать своим колдофотоаппаратом, болтавшимся у тощей груди.

— Мда уж, было страшновато как-то… — поддакнул Гарольд по правую руку от белобрысого приятеля.

— Ага. Гарри, научишь Лингвитика Реципрокус?

— И меня тоже, — напросился Дин следом за Симусом.

— Конечно, но позже, друзья.

Барни оказался более скромным и шёпотом попросил Перси о том же, а следом к старшему брату без стеснения подмазались Фред с Джорджем, замолвивших словечко за своего друга Ли.

По обходящей город тропинке идти пришлось порядка двух миль. Приблизилась махина в четыре с лишним километра высотой — отдалился всё ещё растревоженный муравейник Ндаг с его длинными общественными купальнями.

Полудиким пляжем на востоке горы активно и практически ежедневно пользовались школьники средних курсов и старших. Вдоль речной ленты крупные камни давным-давно раздробили, их острые края скруглили, дабы приятно ходить босиком и лапами. Вокруг магическая растительность опасностью лишь до ХХ, но если придерживаться каменистого русла, заполняющегося водой в дождь, то можно избежать всех проблем. Речка бежала по склону, потому облагораживание сделало её ступенчатой: из одного купального углубления в другое. С головой только Денниса скрывало, да и то не во всех каменных чашах. Подобный переток вызвал у Гермионы лёгкий приступ брезгливости, и она сподвигла пропустить всех девочек повыше — мальчики не возразили, оставив девочкам заботу о подогреве холодной воды. Подвесить полотенца и переодеться в огороженном ими закутке — пара пустяков.

Убедившись, что дети принялись плескаться и обсуждать окружающую их флору, Омар Окомо переглянулся с остающимся одетым Сириусом Блэком и применил порт-ключ, с хлопком исчезнув.

— Гермиона, ты даже в дикой ванной не можешь расстаться с учебниками! Хотя бы для всех вслух почитала, — весёлым голосом выкрикнул Поттер, заметив, как Грейнджер уложила