Испытание на прочность - Алексей Ильин

Когда он бежал через двор, с направляющих рванул в небо беспилотник.

В штабном микроавтобусе уже стояла у входа Су Мин, на которую оглядывался один из связистов.

— Повтори сообщение, — попросила его кореянка, выглядевшая абсолютно спокойной.

Связист щелкнул кнопкой на панели.

— Внимание! Говорит корпус карателей корпорации «Виндзор». В южной зоне двести четвертого сектора проводится спецоперация! Кто не влезет, тот не огребет. И не говорите, что вас не предупреждали. Благодарим за внимание. Всем хорошего дня, — разнесся по салону равнодушный голос.

— Каратели — это хуево. Но реально где они сейчас? — уточнил Крупняк.

— Стычек нигде пока нет. Радиообмен на их частотах и их кодом — только на юге. От центровой бонзы — тоже никаких сообщений. Так что, похоже, не врут.

— А с чего тогда так резко сорвала? — спросил старшую озадаченный Крупняк.

— Туда уехала Мэрилин, — ровно сообщила Су Мин. — И с ней нет связи, — закончила она.

После этого кореянка прошла к тактическому голостолу и уселась. Ошарашенный Крупняк опустился на стул рядом.

— Готово! — на столе появилась картинка с беспилотника.

Электроника подсветила ключевые детали и выдала рядом увеличенные планы. Сразу стали видны дистанты, неспешно двигающиеся к большой круглой площади на самом юге сектора, а также двое мужчин, бегущие навстречу одному из них. Чуть дальше двигался по дороге до боли знакомый джип, уже подъезжающий к площади, где выстроился заслон корпов. Беженцев, выскакивающих из домов и импровизированных укрытий, Су Мин выкинула из слежения одним коротким жестом.

— Мэрилин что, спятила? — на выдохе спросил Крупняк.

— Нет. Я, кажется, понимаю, что она задумала. Сумасшедшая, — все так же безэмоционально отозвалась Су Мин, а потом добавила: — Плохо, что не было связи.

В этот момент в микроавтобус влетел Умник — один из резервных операторов, всклокоченный латинос средних лет.

— Подойди, — сказала ему старшая. И когда спец приблизился, кивнула на транслируемое изображение, выделив двух мужчин, бегущих навстречу дистанту. — Прорвутся?

Умнику хватило одного взгляда, чтобы ответить:

— Нет. Эту модель не пройти.

— А если уничтожим?

— Тогда, — собеседник внимательно всмотрелся в изображение, промерил дистанцию до соседних дистантов, неторопливо ползущих по ближайшим радиусам, — тогда не знаю. В движении… Какие частоты… Какую мощность дадут, неизвестно. Застройка опять-же… Как интерференция ляжет — не угадаешь.

— Но шансы будут?

— Да, — кивнул он.

— Крупняк!

— Не достанем, далеко, — тут же отозвался зам. — Если только с допзарядом, но по точечной цели не попадем.

— Активно-реактивной достанем, и они у нас все наводятся по подсветке, — женщина вперила в зама пронзительный немигающий взгляд, пресекая все возможные возражения. — Я знаю, сколько они стоят, и я знаю, что у нас их всего три. Вводи в дело миномётчиков, координируй с операторами и возвращайся. Ты мне нужен.

Су Мин откинулась на стуле и посмотрела в потолок. Затем спохватилась, повернулась к оператору беспилотника.

— Как разнесем дистант, проследи, чтоб они вышли. Крупняк, отправь дежурное звено их встретить, — и снова уставилась в потолок.

Крупняк, естественно, не стал срываться с места и мчаться. Отдал короткий приказ по коммуникатору, чтобы старший расчета поднимал своих, разворачивал автоматический миномет и координировался с оператором беспилотника. Отдав команду, зам вошел в сеть отряда — старшие групп уже получили сигнал, сделали рассылку, значит, народ собирается еще пять, максимум — десять минут и отряд будет полностью готов действовать. Теперь дать задание одной из дежурных троек. Ну и последнее — отправить одно из заранее подготовленных сообщений Эрне: «Пока все мутно, но здесь и сейчас опасности нет. Не дергайся».

Когда зам оторвался, наконец, от коммуникатора, Су Мин уже сидела ровно и неотрывно на него смотрела:

— Где они будут проводить сортировку?

Мужчина перевел стол в режим карты, уменьшил масштаб и вгляделся.

Итак, каратели… как проходит сортировка — известно. Сколько у них машин? Одно движение, и информация всплывает над столом. Сколько они захватят пленных? Можно прикинуть. Какую дистанцию их командир сочтет достаточно безопасной? Аналогично. Куда они пролезут на своей технике?

— Здесь, — на карте вспыхнула отметка.

— Странное место, — Су Мин всмотрелась. — Штурмовать, конечно, будет непросто, но заблокировать их там легко. Внутри практически нет укрытий: полчаса минометного обстрела, и… что я не так понимаю?

— Ты забыла, что это корпы, — отозвался Крупняк. — Любого, кто их попытается блокировать, сроют вертушки. А еще… оттуда не сбежать захваченным.

— Понятно, — старшая подобралась. — У нас приблизительно час до того как они снимутся с места. Я свяжусь минут через тридцать-сорок, и мне будет нужен готовый план. Надеюсь, ты не ошибся с местом. Если ошибся, мои шансы резко упадут.

— А ты куда? — слегка напрягся зам.

— Кто говорил, что я уже не младшая бонза? Есть еще одна возможность. Может, сработает. Увидим. А пока слушай основной вариант действий.

* * *

Первые метров пятьсот дались двоим беглецам легко. Дейл даже пожалел, что так легко повелся на авторитет Мэрилин и позволил ей уехать. Да, было страшновато, да, сосало под ложечкой. Но терпимо же, не до судорог! Да, постепенно мандраж усиливался, так ведь не до одури же. Если зубы стиснуть и сосредоточиться на беге — вполне можно игнорировать. Ну, то есть как… нельзя, конечно, зато взбадривает, ускорения придает. Бля, вот зачем он ее послушал? Ну да, ну старшая, попробуй не послушай, с другой стороны — женщина ведь, а они легче мужчин поддаются эмоциям. Мэрилин, конечно, раньше не впадала в панические атаки, но эта хня, наверняка, на нее сильнее действует. Вот же он мудак… Телохранитель хуев. За такое гнать надо…

Тут-то Дейл и поймал себя на том, что страшно ему становится просто до одури. Необъяснимый дикий суеверный ужас, ничем не подкрепленный, но сводящий с ума, путающий мысли. Казалось, воздух вибрирует, отжимая назад. Руки тряслись, бежать становилось все тяжелее, ноги подгибались! Внутри все мелко-мелко дрожало, но при этом каждый орган — на свой лад. А потом оглушающая тишина, будто накрыла весь мир. Исчез даже звук собственного надрывного дыхания. Всё исчезло.

Страх поднимался впереди, тяжелой волной стремился навстречу. Хотелось развернуться и бежать, бежать, бежать, пока ноги не подогнутся от усталости. Однако упрямый посыл «только вперед» еще кое-как удерживал разум от истерической паники. Тело трясло, дрожь все сильнее колотила изнутри, даже взгляд оторвать от дороги было страшно, и это ему — телохранителю, привыкшему смотреть по сторонам и видеть любую мелочь!