Гранатовый сок - Гончар

– Что случилось?!

– Слушай, – вдруг осенило меня, – а ты ведь ещё ездишь по детским домам?

– Конечно, родной!

Может быть, её появление – это знак свыше, – подумал я и выпалил:

– Возможно мне понадобится твоя помощь.

– Конечно, дорогой!

– Понимаешь, я попал в очень странную ситуацию…

– Для тебя я готова на всё, что угодно!

– Да не перебивай, – я поморщился. – Мне и так сложно объяснить.

– Извини.

– В общем, тут такая история. Я нашёл маленького ребёнка в лесу…

Пока я пытался рассказать ей о произошедшем, мои глаза привыкли к темноте, и я стал различать очертания деревьев. От одного из них мне удалось отломить крепкую толстую ветку. Вряд ли она поможет открыть капкан – для этого нужно что-то помощнее – но хотя бы ослабить его давление на ногу я смогу, если просунуть её между дугами. Что я тотчас и попробовал сделать, не выпуская из рук телефона.

– …А потом он говорит мне, что не хочет домой, потому что там его бьют, не кормят и вообще – обращаются с ним так, будто он не человек, а зверь какой-то… Ах, вот чёрт!

Я не рассчитал силы: зубец капкана полоснул мне по пальцу и рассёк фалангу. Из глубокого пореза хлынула кровь.

– Только этого ещё не хватало!..

Прежде чем я успел сообразить, чем перетянуть рану, Влад схватил меня за запястье и неожиданно, взяв в рот мой палец, облизал его – да ещё и с таким аппетитом, будто это был леденец или эскимо.

– Нет, малыш, это плохая идея, не делай так, – хлопая себя по карманам, я принялся искать платок.

– Вот это да… – тем временем протянул мальчик тонким голоском. – Какая сладкая! Никогда такую не пробовал!

– Что там у тебя происходит? – вклинилась из трубки Катя.

– Подожди секундочку, – я пытался унять оживившегося Влада. – Пацан, ты чего?.. Ай, куда ты лезешь, мне же щекотно…

Я посадил мальчика на землю и отступил от него на пару шагов, но он вдруг каким-то недетским – я бы сказал даже, нечеловеческим рывком – выдернул ногу из капкана и, подбежав, снова запрыгнул ко мне на руки. Не успел я понять, каким образом ему удалось освободиться, как он отодвинул воротник моей куртки и впился зубами мне в шею.

– Так вот что ты имел в виду, когда говорил, что ты любишь кусаться. Должен тебя предупредить, я несъедо…

Я не договорил. Раздался хруст кожи и мышц, будто что-то острое прошило мне шею до самого позвоночника и тут же вышло обратно. Моя сонная артерия запульсировала. Я инстинктивно открыл рот, чтобы вдохнуть и закричать, но воздух не шёл в лёгкие.

Перед глазами засверкали звёзды и поплыли тёмно-фиолетовые разводы. Словно кто-то уронил в космическую пустоту, как в воду, огромный булыжник, и от него по Вселенной начали расходиться круги галактик. Я видел, как падали откуда-то сверху и тонули в этих галактиках разноцветные шарики планет – мелкие, словно гравий. А потом лёгким взмахом руки невидимый Творец рассыпал над ними молочно-белую пыль человеческих душ. Вселенная впитывала эту пыль медленно. Неравномерно. Какие-то песчинки тонули быстрее – спускаясь на голубую планету, они моментально таяли как снег. Какие-то зависали в атмосфере, словно застревая в желе – будто ждали своего часа. Может быть, где-нибудь среди этого облака живой пыли была и снежинка моей души, но я не чувствовал себя ей. Я наблюдал за всем со стороны.

Вглядываясь глубже в космос, я заметил, что некоторые снежинки, вопреки законам физики, не таяли, а кристаллизовались, превращаясь в алмазы, и навсегда врастали в Землю. Они сияли всеми цветами радуги – синие, сиреневые, лиловые, зелёные, золотистые, серебристые – зрелище было настолько захватывающее, что я невольно забыл обо всём на свете и залюбовался им. А потом один из этих алмазов вдруг увеличился до огромных размеров и вонзился в мою грудь, разодрав в клочья сердце.

Слёзы брызнули из моих глаз. То ли от боли в груди, то ли от оргазмического удовольствия, которое я в этот момент получил. Телефон выскользнул из руки и упал в траву. Я всё ещё пытался скинуть с себя ребёнка, хотя и вяло – я почти не ощущал своего физического тела, словно находясь под каким-то наркотическим трипом. Влад же продолжал мёртвой хваткой висеть у меня на шее как гигантская саблезубая пиявка. И не просто висел – он жадно пил кровь, которая быстрыми толчками лилась из моей артерии ему прямо в рот.

Вскоре мои ноги подкосились, и я упал. Едва ли я понимал, что происходит. Просто не успел за такое короткое время ничего осознать. «Какая нелепая смерть», – единственное, что саркастически пронеслось у меня в голове сквозь шум в ушах.

И вдруг где-то совсем близко воздух прорезал собачий рык. Тишина леса содрогнулась от свирепого лая, а следом за ним детский голосок воскликнул:

– Ой, пусти!!!.. Больно!!! Ааа!!!

Два рваных отверстия на моей шее оголились, и теперь кровь, бьющая фонтаном, заливала мне одежду. Я плотно прижал к шее руку, стараясь унять кровотечение. Не то чтобы надеялся, что смогу выжить. Скорее просто инстинктивно.

Дальше события развивались стремительно. Соседский пёс – а это был именно он – вступил в недолгую схватку с Владом, вцепившись ему в предплечье, но малыш ловко выкрутился, подсунув ему в пасть вместо себя свой рюкзачок. Линкольн, свирепо рыча, начал мотать трофеем из стороны в сторону в попытках его разорвать, а мальчик юркнул в кусты и был таков.

– Стой! – хотел крикнуть ему я, но из