Холодильник - GarrisonKaz

— Мою сестру спецслужбы дёргали много раз, спрашивая про тебя, — неожиданно продолжила Оксана. — Поэтому Ленка категорически запретила мне общаться с человеком, который назовёт себя Александром. У неё не будет проблем? Что ты натворил? — Оксана уставилась на меня тем же привычным мне взглядом, только её глаза были не голубые, а просто карие.

Ничего себе быстрый переход с «вы» на «ты», подумал я. Хотя по темпераменту Тамары я был к этому готов.

— С полицией и военными у меня нет сейчас никаких недоразумений, поверь мне, Оксана. — У меня заработал режим нейролингвистического программирования, и я загрузил девушку убеждениями.

Теперь она уже явно успокоилась.

— Можно ли отправиться к Мише прямо сейчас?

Скажи «да», скажи «да», думал я про себя ожидая ответ.

— Да, — просто ответила Оксана.

Я не поверил своей удаче.

Мы ехали за город. Оксана позвонила и отменила послеобеденный приём, сославшись на своё плохое самочувствие.

Приехали в дачный посёлок, Оксана попросила остановиться около невзрачного старенького мансардного дома.

Я сразу заметил мощное трёхфазное питание со столба для этого мелкого домишки.

Открыв калитку и по-хозяйски щёлкнув замками, девушка вошла в дом. Тут внутри ничто не говорило о присутствии Михаила, только поле от работы огромного количества радиоэлектронной аппаратуры мне явно выдавало его возможное наличие.

Она пошла к лестнице, ведущей наверх, видимо, в спальню, открыла дверь под лестничную кладовку и щёлкнула тумблером. Темноту вниз разорвал свет ярких ламп.

Неужели в этом подвале прячется Михаил?

Этого не может быть, это какая-то ловушка.

Мы спускались. Пошёл слабый, но довольно неприятный запах человеческих испражнений.

Наконец дошли вниз по каменной лестнице и попали в большой объёмный подвал, напичканный стеллажами с приборами.

То, что я увидел там, потрясло мою душу до самого сердца.

Глава 59

Моему взору открылась страшная картина: среди этого безумного вороха аппаратуры на старенькой кушетке лежало безжизненное тело.

Конечности были давно иссушены контрактурой, правая нога чуть выше бедра была когда-то изуродована и неаккуратно заштопана грубыми стежками.

Наличие жизни в этом человеке выдавало лишь его дыхание: слабое, редкое движение худых рёбер.

Этот с трудом узнаваемый человек был Миша.

Он был одет только в один памперс.

Тихо жужжал компрессор антипролежневого матраса.

Обойдя кушетку, я увидел проплешину на бугре за правым ухом. Там был ожог, будто его пытали паяльной лампой.

Посмотрел на когда-то красивое лицо. Оно сейчас было безжизненным, будто восковым, впавшие глазницы говорили о том, что эти глаза давно уже не открывались.

Я положил пальцы обеих рук на активные точки головы, попытался заглянуть к нему туда, внутрь.

Пустота.

Ужас.

В его голове когда-то прошла большая война. Была и выжженная пустыня, и яркие росточки пока ещё живых нейронов. Я чувствовал наличие биочипа, но часть его функций была утрачена.

Вернуть способность двигаться этому живому трупу, я думаю, не смог бы даже Бог.

Вдруг внутри его головы мне показалось, что на грани своих рецепторов я ощутил маленькую вселенную.

Её едва видимое свечение в центре было окружено миллиардами маленьких точек.

Я убрал руки с головы — наваждение исчезло.

— Извини меня, Оксана, я обманул тебя. Я уже ничем не смогу ему помочь, — сказал я, и слёзы потекли из моих глаз.

Оксана зарыдала. Вдруг позади меня сам собой включился старенький плазменный телевизор.

На экране появился Михаил. Такой энергичный, шустрый, каким я его всегда и видел. На этот раз он был одет в спортивную майку и шорты.

— Привет, Саша. Я рад, что у тебя прошла инициализация, — бодро сказал он.

Тут я понял, что, несмотря на полную обездвиженность, мозг Миши работал на высочайшем уровне производительности.

— Как же так случилось, друг? Я не смогу поставить тебя на ноги. Уничтожены все периферические синаптические связи мозга. Из них осталась только совсем малая часть рефлексов. — Я пытался оправдаться за свою неспособность помочь человеку, который так в меня верил.

На экране появился стул, Миша сел на него и опять продолжил наш разговор:

— Я не говорил тебе, что хочу оживить эту уже ненужную мне оболочку, и не договорил тебе тогда, что за победу над биочипом я расплатился полным параличом. Мне нужно было твёрдо знать, что ты получил абсолютный контроль над своим мозгом, а если нет, то не хотел вызывать у тебя страдания своим ужасным видом. Оксана всегда была рядом со мной, я общался с ней через телефон, телевизор и компьютер, ведь я теперь могу контролировать огромное количество информации. Но у меня осталось совсем мало био-энергии. Пополнять её я к сожалению не умею.

Оксана перестала хныкать и просто наблюдала за нашим диалогом.

— Ты был прав, — продолжил Михаил, — всё-таки существует возможность создания следующего, восьмого поколения интеллекта. Но это будет уже полностью биологическое существо, ребёнок с врождёнными суперспособностями.

— Мне надо помочь тебе перенести сознание в ребёнка? — Это прозвучало из моих уст фантастически.

— Нет, ты понял меня неверно. Есть только один человек на планете, который может создать такое существо. Это ты. Такой ребёнок родится от тебя естественным путём, без всякой алхимии, а мне ты должен помочь уйти в другое пространство, измерение… — Михаил, видимо, не мог подобрать для меня нужных слов.

— Разве дети наследуют гениальность? какое пространство ты имеешь ввиду? Я при всех своих обретённых знаниях не могу понять то, о чём ты говоришь, — честно сказал я ему.

Михаил продолжил:

— Оксана, ты так хотела познакомиться с человеком, имеющим невероятные способности. Он перед тобой! Первый полностью удачный образец полной ассимиляции киберинтеллекта с обычным человеческим мозгом.

И он махнул с экрана в мою сторону.

— Но ты, Саша, не думай, что достиг предела совершенства. У тебя всё только начинается. Не останавливайся на достигнутом, развивай свои таланты. Поэкспериментируй с воздействием на неживые предметы без электроники. Разберись в этой биоэнергетике.

Оксана посмотрела на меня будто бы заново, удивлёнными глазами, и спросила:

— Так это ты, а не Миша, писал мне строку в телевизоре кафешки?

— Это для меня совсем несложно, — я утвердительно махнул головой на её вопрос и показал рукой на экран.

Я представил себя так же, как и Миша, одетым в спортивный костюм, и вышел к нему визуальным образом на экране с теннисной ракеткой.

— А давай сыграем матч, как в тот