Принц мародеров - Артемис Мантикор

Колодец заливал тусклый сине-лиловый свет, источник которого хранитель так и не поняла. По началу, когда она поняла это, вновь сдалась от предчувствия беды. Темно-лиловый давно стал символом проклятой стихии. Но к счастью, явление имело сугубо естественную, а не магическую природу, да и оттенок самую малость больше нужного отливал синевой.

Наверное, поэтому девочка и решила, что она просто хвалится, призывая огонек света.

— Ладно, твое светит дольше. Но смотри! — похоже девочка сочла погасшее пламя окончанием демонстрации, и тут же поспешила ответить вновь.

— Ниэ’Эгнис.

На этот раз пламя принялось собираться из маленьких язычков, словно конструктор, формируясь в тонкую сферу, агрессивно пульсирующую на ее ладони.

Ну-ну.

— Дай лапу, оберег моей радости. – тихо прошептала архонка.

Так-то! Выкуси, мелкая вредина!

Брови девочки поползли вверх, а хищные складки в уголках губ сменились на восторг, присущий любому нормальному ребенку при виде милой зверушки.

Сотканный из света маленький пес разогнал мрак вместе с печальными мыслями. Давно она не пользовалась этой способностью и радовалась, что вспомнила о ней сейчас.

Призванный пес весело мотылял крохотным хвостиком и фыркал, как самый обычный пес его породы. Ну, если не обращать внимание на то, что обычно мопсы не светятся.

— А как ты это сделала? Этому можно научиться? У меня стихия ветра, но она слабая, а огненные штуки я могу делать с помощью чертика. Но это, кажется, магия света? Или контракт с духом? А твой дух не подерется с моим чертиком?.. — обрушила девочка целый швальный град вопросов на архонку.

Кажется, соревновательная часть быстро была забыта.

— Это… личная магия. Такой нельзя научить, — наконец, ответила бывшая богиня, подбирая слова. Хотя были в ее словах и определнные сомнения. Теоретически, будь она настоящим жрецом, могла бы посвятить ее в послушники. Но может ли такое делать она сама? Чьим именем посвящать? Своим старым? Но ведь такого бога больше не существует. Что же до всего остального… стоп, с чего она вообще сейчас думает об этом?

— Откуда у тебя магия бездны? Это ведь очень опасно. Ты можешь стать одержимой и сойти с ума.

— Ну да, — легко согласилась Тара. — Зато я сейчас очень сильная с чертенком внутри. А вам что, завидно?

«Тетенька» и обращение на «вы» стало неприятным ответом на чтение нотаций. С одной стороны, она, конечно, была в своем праве, но как можно заключить контракт с нечистью в столь юном возрасте? Ради чего?

— Нет, что ты. Просто беспокоюсь, — поспешила исправить положение архонка. — У меня друг заражен хаосом, так что я знаю, о чем говорю.

— Так то хаос, он противнее. А чёртик просто любит гадости делать. И меня просит иногда. Весело же. Но я все равно главная.

— Понятно. А где ты взяла такую силу?

— Мой папа — очень сильный демонолог! Он и помог заключить контракт.

— А он сам, тоже заключил контракт с чертом?

— Нет конечно. — ужаснулась Тара. — У него контракт с инкубом.

Рин тяжело вздохнула. Что может быть не так с миром, в котором отец вселяет в ребенка чертей, чтобы… чтобы что? Выжить?

— Это черт помогает тебе так хорошо бегать?

— Неа, — девчушка продемонстрировала браслет на левом запястье.

Браслет элитного боевого труса.

Редкость: Редкий.

Материал: крысиная сталь.

Вы не устаете, если спасаетесь бегством.

Забавная вещица. Создатель был не лишен чувства юмора.

— Спасибо, что спасла меня, — решила архонка перевести тему. Нельзя вот так просто прийти в чужую жизнь и начать менять устоявшиеся там правила. В конце концов, даже у странных вещей всегда есть причины.

Просто так сеет зло лишь бездушный бог. У смертных же ничего просто так не делается.

Вот только эти слова неожиданно поставили Мельтару в тупик. На какое-то мгновение архонка даже подумала, что девочка сейчас снимет свой огромный арбалет или метнет адское пламя, но странное чувство исчезло так же быстро, как и явилось, не успев оформиться в связную мысль.

— А почему я спасла тебя? — осторожно спросила девочка.

— Это я у тебя хотела спросить, — улыбнулась архонка. — Но в любом случае, спасибо.

— То есть ты правда не знаешь? — задумалась Тара. — Хм.

— А что не так?

— Обычно я никому не помогаю. Но тогда я даже не задумалась, что можно поступить иначе. Тетенька, а вы ведьма?

Самое забавное и в то же время жуткое было в том, что Рин поняла по глазам, напряженным мышцам и чему-то темному в голосе — ее и вправду могут убить.

Мельтара, рейнджер/демонист 26 уровня.

— Нет. На самом деле я — супергерой. Только это очень большая тайна.

Увы, своеобразную манеру бывшей серафимы говорить о себе девочка оценила плохо, или же просто не слышала такой термин в своей населенной чертями и похитителями имен, жизни.

Но огонек радости еще никогда не сдавался, тем более — унынию и печали.

— Скорее всего, тебя привлекла моя стихия, — выдала Рин самую правдоподобную теорию на счет произошедшего. Сама она до этого момента была уверена, что девочка помогает ей из чистого альтруизма, а тут вдруг такая подстава.

— Свет? — недоверчиво уточнил слишком рано повзрослевший ребенок.

— Почти. Очень редкий его аспект, ты вряд ли слышала о… таком, — в конце архонка запнулась, вдруг осознав, как двусмысленно будет звучать его название в таком контексте.

— Что за аспект? — настаивала Тара. Похоже, что и о таком термине она слышала.

На этот раз ниточка, ведущая пытливые умы в ненужную сторону была куда значительней, а потому Рин вняла совету, и сперва потребовала:

— Поклянись, что никому не расскажешь.

— Клянусь именем Мортис, — без запинки отчеканила малолетняя демонистка, от чего архонке снова стало не по себе.

— Аспект Радости. Ко мне тянется всё, у кого по жизни недостает этого. Должно быть…

— Все, понятно уже, — прервала её Тара. Она глядела исподлобья, пытаясь скрыть наливающиеся румянцем щеки. — Убери своего пса. Он бьет на башку, да?

Рин не сразу поняла смысл всех слов, но призванное существо стало таять, и озеро труб вновь погрузилось во мрак.

— Ладно, ты дура, но вроде бы хорошая. Если еще раз попробуешь на меня ведьмовать, сразу пущу стрелу. У меня меткость не хуже гоблинской элиты,