День Суркова - Александр Лебедев

— Зачем? — изумился Отморозов.

— Я бы тебе объяснил, но ты все равно не поверишь.

— И не надо. Лучше скажи, если из него все вытрясти, он совсем плоским станет?

— Абсолютно.

— Здорово. Будет у меня трофей. Повешу на стену рядом с медвежьей шкурой — пусть гостей пугает. Или нет, лучше коврик возле двери — пусть спрашивает: «Кто там?»

— Убежит, — предположил Сурков.

— От меня не убежит. А еще можно в качестве обогревателя в машину, или коврика под мышь, надувного матраса, ортопедического…

Сурков подумал, что воображения Отморозова хватит надолго, и, чтобы его друг не сильно увлекался, напомнил:

— Это ведь душа. Хотя и темная.

— Душа? — удивился Савелий. — Надо же! Кстати, мы тут с тобой совсем о земном забыли.

Савелий достал желтую чековую книжку и, написав единицу с шестью нулями, лихо расписался:

— Держи. Обещал тебе лимон? Вот!

— Спасибо, — сказал Сурков, не делая попытки чек получить.

— Что значит спасибо? Я же обещал.

— Савелий, тут такое дело, если верить предположениям Эльзы, то нам грозит реальная опасность. Я хочу попросить у тебя помощи.

— Так проси, — засмеялся Отморозов, посмотрел на испуганную Эльзу и добавил, — ладно я все понял. Что нужно?

— Для начала совет, — сказал Сурков.

— Неожиданно, — удивился Отморозов. — Ну, давай попробую.

— Представь себе ситуацию, — начал Сурков. — В городе есть два крупных мафиозных клана, которые враждуют между собой. Они ведут войны, устраивают разборки, и это противостояние превращается в хаос. В конце концов кланы устают от неразберихи и назначают третий клан «смотрящим». Чтобы никто из первых двух не беспредельничал.

— А третий клан — больше первых двух? — спросил Отморозов.

— Нет, а почему ты спросил?

— Понимаешь Игорь, в жизни такого не бывает. Если третий клан, так сказать, «смотрящий», сильнее первых двух — то он рано или поздно уничтожит враждующие кланы и займет их территории. Если же он слаб, то получается, что «смотрящий» назначен формально, так сказать, для галочки. И скорее всего, ангажирован одной из сторон. Если один враждующий клан понимает, что вот-вот потерпит поражение, но в перспективе готов выиграть войну, он придумывает повод для перемирия, привлекает «смотрящего», а тем временем производит перегруппировку и меняет тактику, это понятно?

— Да, — согласился Сурков. — Но что нам делать, ведь мы перешли дорогу клану «смотрящего»?

— Если я прав, — ответил Отморозов, — то нужно обратиться к самой сильной стороне. Заручиться поддержкой того, кто в перспективе одержит победу.

Сурков и Эльза переглянулись.

— У тебя есть телефон? — спросил Сурков.

— Разумеется, — Отморозов с готовностью протянул сотовый.

Сурков несколько секунд разбирался с необычной трубкой, но вскоре сообразив, как это работает, набрал короткий номер и вежливо попросил:

— Господа, пожалуйста… Сурков… Да… По личному… Хорошо, подожду…

Он несколько секунд молчал. Затем нервно вздохнул и быстро заговорил:

— Господи, извини, что беспокою по пустякам, но я тебя никогда ни о чем не просил. А сейчас мне нужна твоя помощь… Уже знаешь?.. Как же быть?.. А если?.. А они там?.. В любом отделении?.. Понял, понял, Господи. Спасибо… Извини, что побеспокоил. Да нет, ничего… Хорошо… Пока.

Сурков передал Савелию трубку, от которой, как от горячего пирожка в морозную погоду, шел белый парок.

— Смотри, не обожгись, — предупредил Сурков.

Савелий даже не обратил внимания на раскаленный телефон. Его челюсть безнадежно отвисла, глаза были мутными, а зрачки невероятно широкими.

— Ты кому звонил? — с трудом выговорил он.

— Да есть тут один старик, — улыбнулся Сурков, — влиятельный парень.

— Вот это крыша у тебя, — присвистнул Отморозов. — Мне бы такую.

— Это наша общая крыша, — заметил Сурков.

— И моя?

— И твоя… Слушай, Савелий, опять понадобятся смелые ребята. Поможешь с командой? И если не возражаешь — я Вялого возьму на прокат.

* * *

Вялый не хотел работать бесплатно, в Ад он возвращаться не собирался, надуваться гелем не желал. Самым непреодолимым обстоятельством было то, что его невозможно было купить. Сначала Сурков запугивал плоского товарища и обещал влить в него водки, полить святой водой, погладить горячим утюгом и просверлить дыры — это не помогло. Тогда Сурков призвал к лучшим чувствам Вялого. Его сострадание, хотя и имело совершенно незначительные размеры, все же размещалось в душе. Уронив плоскую слезу, Вялый пообещал выполнить просьбу Суркова. Он послушно закатался в газету и полез в тубус.

Команда Отморозова была в полной готовности, и Сурков не нашел причин откладывать задуманное.

Еще в Аду он читал, что на поверхности каждая церковь является своеобразным представительством Господа. Дьявол же имел сразу две сети филиалов Ада — это Сбербанк и Почту России. Однако про ККнВ не упоминалось вовсе. Более того, о представительствах Комитета ходили самые разные слухи, по сути являвшиеся дезинформацией. Но стоило лишь немного подумать, чем на самом деле занимаются коммунальные службы, и особенно — за что они собирают деньги, все вставало на свои места. Откровенно говоря, Сурков имел не двусмысленную подсказку вследствие телефонного разговора.

Именно поэтому два микроавтобуса остановились у обычного подъезда кирпичной пятиэтажки. В разные стороны от машин метнулись пятнистые фигурки. Легко и бесшумно они перемещались к подъезду, отличавшемуся от других разве что небольшой табличкой с надписью «ЖЭК № 15».

Последним из машины вышел Сурков. Он сделал вид, что завязывает шнурок, взял под мышку тубус и направился к сорванной с петель двери.

— Здравствуйте, — приветствовал он полную немолодую женщину, сидевшую за конторкой.

— Здоровее видали, — ответила она, не пытаясь быть вежливой.

— У меня кран потек.

— У всех течет, сынок.

— Сантехника бы.

— Ох, и не говори. А лучше электрика. С сантехником без бутылки делать нечего, а… — женщина долго рассуждала, чем электрик отличается от сантехника, а Сурков благодарно слушал и косил глаза по сторонам.

От его внимания не ускользнула новейшая система видеонаблюдения, педаль тревожной сигнализации, и на какое-то мгновение ему даже показалось, что он видит в полуоткрытом ящике письменного стола ребристую рукоятку пистолета.

— Я, наверное, пойду, — Сурков нагло прервал рассказ женщины.

— Ты слушай сюда, я тебе еще про плотников ничего не говорила. Ты знаешь, чем плотник отличается от столяра, а, сынок?