Егерь - Евгений Астахов

Субстанция мгновенно липнет к телу бедолаги, испаряя плоть с его костей. Он умирает от болевого шока раньше, чем успевает осознать, что с ним происходит.

Защитникам нечего противопоставить саламандре. Примерно треть вооружена огнестрелом, но пули, как и картечь, отскакивают от прочной шкуры зверя. У остальных в руках строительный инструмент — молотки, циркулярные пилы, кирки, бензопилы. Последние при контакте кое-как взгрызаются в плоть ящерицы, но та не стоит на месте, а её хвост и лапы с силой отшвыривают людей.

На земля валяются уже несколько чёрных костяков, попавших под огненное дыхание, а ещё один везунчик стонет от боли, схватившись за переломанную ногу.

Почему же люди не разбегаются прочь? А потому что рядом с церковью находится куча жилых трейлеров, и там явно засели их семьи. Я вижу выглядывающие из окон женские и детские лица.

Чудовище пытается раздавить подвернувшегося ей крепыша с бензопилой, но откуда-то сбоку прилетает белоснежная молния и вонзившись в тушу, растекается по ней болезненными разрядами. Саламандра шипит, дрожа всем телом.

Нахожу источник снаряда — мужик в чёрной униформе священника. Он сжимает помповый дробовик, чьё цевье и ствол обмотаны католическими чётками.

Накомис тем временем ухватывает всё происходящее и открывает огонь. Чёртова торопыга! Очередь стучит по затылку ящерицы, заставляя её раздражённо зашипеть и повернуть голову к нам.

Рывком отдёргиваю полицейскую назад, и угол церкви вспыхивает от прилетевшей в нашу сторону огненной смеси.

— Хочешь быть полезной? Тогда не мешай! — рявкаю я.

Стремительно вылетаю на простор и дважды спускаю курок Карателя. Пули сминаются о харю монстра и безвредно падают наземь. А тот фыркает и ударом хвоста отбрасывает очередного зазевавшегося человека.

Хорошо. Рубрика эксперименты.

Ловлю в прицел горло твари и активирую Усиленный выстрел.

Пуля в полёте вспыхивает синим и пробивает шкуру саламандры. Кусочки, похожие на горную породу, стучат по земле, а из раны толчком бьёт оранжевая раскалённая кровь, близкая к магме.

Ящерица шипит от боли и целиком фокусируется на мне.

— Я добился твоего внимания, да, уголёк? — скалюсь и шустро смещаюсь вокруг врага, не замирая на месте ни на один миг.

Зажав под мышкой ружьё, вытряхиваю из револьвера в ладонь оставшиеся патроны и загоняю в барабан разрывные.

— О, сейчас мы с тобой повеселимся, старик!

Какой-то придурок разряжает магазин своего пистолета по саламандре слишком близко к моей тушке.

— Нахер все отошли! — рычу я во всё горло.

Индианка орёт командным голосом:

— Держать дистанцию! Мы из полиции!

— Назад! — приказывает всё тот же священник.

И окружающие его слушаются, отступая.

Ящерица скачет за мной, шустро переставляя лапы, а я стелюсь над землёй и в последний момент резко меняю направление, попутно активируя Спурт. Реальность тормозится. Толчок от вскинутой монстром передней лапы возносит меня над раскрывшейся пастью. Миг, и я у него на затылке.

Вепрь упирается в бугристую шкуру прямо меж рогов.

Усиленный выстрел.

Бронебойная пуля с грохотом дробит окаменелый покров, оставляя после себя отверстие больше моего кулака. В глубине виднеются кости, быстро исчезающие под выплёскивающейся огненной кровью.

Саламандра вскидывается на дыбы, вереща от боли. Теряю равновесие, но отталкиваюсь от её тела, бросая себя прочь параллельно земле.

И трижды жму на спусковой крючок Карателя.

Усиленный выстрел.

Усиленный выстрел.

Усиленный выстрел.

Все полыхающие арканой пули ложатся точно в яблочко. В дыру, оставленную дробовиком.

Короткий миг ничего не происходит, а потом башка твари взрывается изнутри ошмётками мяса, костей и кипящей крови. В ту же секунду её лапы теряют устойчивость, и развороченная туша валится с грохотом вперёд.

Земля бьёт по спине, ухожу в кувырок и замираю, держа оружие наготове.

От головы саламандры практически ничего не осталось. Кажется, я перестарался. Три разрывные пули, да ещё усиленные, буквально испарили материю.

Пока из трупа вырастает зелёное кристаллическое деревце, выжившие пытаются организовать процесс тушения постройки. Водная скважина и ведра, передаваемые по цепочке, не могут совладать с бушующей стихией. Через десяток минут церковь с грохотом складывается внутрь.

Какой-то белобрысый парень начинает рыдать, стуча ладонями по земле. Тут же к нему подходит электрический батюшка и кладёт руку на плечо. Глухим голосом он говорит:

— Майкл, не стоит лить слёзы. Это всего лишь здание.

— Но святой отец!..

— Вера не в досках. Вера в сердце, — назидательно отвечает он. — Лучше позаботься об усопших.

Мужчина в летах, лысый, как коленка, в больших круглых очках. Лицо мрачное и предельное серьёзное. Он не расстаётся с дробовиком, под цевьем которого на чётках болтается крестик.

Кёртис «Пастырь» Хойт[2]

Класс: Боевой жрец

Редкость: Серебро

Ранг: Ноль

РБМ: 41 единица

Статус: Переживает духовный кризис

Заметив мой пристальный взгляд, священник отдаёт несколько приказов собравшимся и подходит ко мне.

— Спасибо за помощь, незнакомец, — с теплом говорит он. — Если бы не вы, пострадало бы гораздо больше моих прихожан.

— Лучше скажи спасибо ей, — киваю на подступающую индианку. — Это она уговорила меня вмешаться.

Накомис всё это время перевязывала кровотечение одному из раненных.

— Спасибо и вам, офицер, — кивает Кёртис. — Отрадно видеть, что не все слуги правопорядка позабыли свой долг.

— Это вы о ком? — щурится девушка.

Священник поджимает губы.

— Шериф Пирсон и его помощник Браун. Они проезжали здесь вчера. Мы пытались их остановить, кричали, что нам нужна помощь. Однако они сделали вид, что не видят и не слышат нас.

— Знаю этих скотов, — скрипит зубами Накомис. — Приходилось сталкиваться с ними. Не повезло Уайтклэю с полицией, что тут скажешь.

— Не ожидал увидеть священника с дробовиком, — хмыкаю я. — А как же «не убий» и всё такое?

Кёртис переводит на меня взгляд и в его глазах за стёклами очков отражается внутренний жар.

— «Не мир пришёл я принести, но меч» — набирающим силу голосом произносит он. — Так сказал Господь. Евангелие от Матфея, Глава 10-я, стих 34-й. Настал конец времён. Грядёт Второе Пришествие, незнакомец, и праведники живьём вознесутся на Небеса. В этот час невзгод, испытаний и страстей будут проверены наши души на прочность и чистоту. Бороться же со слугами дьявола не просто право, а наша прямая обязанность!

— То есть это не пришельцы, а демоны из ада? — с улыбкой уточняю я.

— Истинно так. Посмотри на это исчадие, — кивает он на тушу саламандры, — разве не пламя и сера следуют за ним по пятам?

Накомис округляет глаза.

— Э-э, падре, вам нужна ещё какая-нибудь помощь?

— Позвольте отблагодарить вас, — отвечает Кёртис. — Вода, пища, одежда? Вам что-нибудь нужно?

— Я в порядке, — отмахиваюсь.