Тайга - Лина Кэрл

Я поняла и, глядя на устрашающий взгляд хищника, поверила в реальность угрозы.

Темные переулки города менялись освещенными кварталами. Люди двигались в разных направлениях, словно насекомые. У каждого из них была своя жизнь, заботы, надежды, а у меня — огромная рана в душе…

— Милана… Прости, что напугал. Знаю, тебе нелегко. Но ты должна запомнить: оборотни… да все мужчины могут быть опасными. Не надо их провоцировать.

Я запомнила, поэтому сидела и молчала. Глядя на уличные фонари, проскальзывающие за окном, я опять вспоминала родителей.

* * *

Когда мне было семь лет, мы прилетели в Москву и решили отправиться на автобусную экскурсию по ночной столице. Мне хотелось спать. Я положила голову папе на плечо и под монотонный голос экскурсовода провалилась в дрему. Мама с Катей сидели впереди и о чем-то тихо болтали. Вдруг мама повернулась и восхищенно протянула:

— Смотрите, как красиво…

Папа улыбнулся и кивнул, а я, стряхнув сон, уставилась в окно.

— Где, где красиво?

Я смотрела на огни мегаполиса, подсвеченные высотки, неоновые вывески и никак не могла понять, что же так сильно привлекло их внимание? Разве могло это сравниться по красоте с пышной березой, которая разрешала легкому ветру расчесывать густые косы своих ветвей? Или с горной рекой, чье бурное течение разрезало каменные выступы и уносило потоки детских переживаний? Или с таежным разнотравьем…

— Папа, — шепнула я, — где красиво?

Он прижал меня к себе и тихо ответил:

— Красота многогранна, но главное, чтобы она была у тебя в сердце.

— А что еще должно быть в сердце?

Мама услышала вопрос, повернулась и сказала:

— Конечно, любовь!

Ее добрый взгляд окинул отца, меня. Обняв Катю, она поцеловала ее в висок.

* * *

У меня была отличная семья… Как жаль, что все в прошлом. Я даже не успела попрощаться с родителями…

Слезы вновь выступили на глазах.

— А кто та девушка, которая выдавала себя за меня и шла в похоронной процессии? — спросила я, не глядя на Марка, чтобы не показать свою слабость. — Катя восхищалась моей сдержанностью и стойкостью во время похорон.

— Мария, волчица. Лицо спрятала под вуалью, — пояснил он. — Ваши фигуры немного похожи. Твое отсутствие на похоронах вызвало бы ненужные вопросы. Надеюсь, не возражаешь?

Я покачала головой, незаметно вытирая слезы.

Глава 18

Через полчаса мы сидели в ресторане. Бордовые полузакрытые портьеры скрывали наш столик от посторонних глаз, но не мешали обзору. Я осмотрелась. В центре просторного зала журчал изящный фонтан; стены украшали живописные полотна. Подсвеченные ступени массивной лестницы отражались в многочисленных зеркалах, окутывая все вокруг таинственным серебристым свечением.

— Надеюсь, моей спутнице нравится итальянская кухня? — спросил Марк, изучая меню.

Над нами склонился официант в длинном бордовом фартуке. Белоснежное полотенце на сгибе руки, сутулые плечи, услужливое выражение лица… Всем своим видом он излучал покорность и желание угодить. Официант принимал заказ и почти не сводил глаз с Марка. Тот выглядел элегантно: темный кашемировый костюм, шелковое кашне. На мизинце блестит перстень с головой волка.

— Мне все равно, — ответила я, глядя на парня в фартуке. В своем рвении заработать чаевые он не знал меры. Слава богу, мне никогда не приходилось заискивать. Хотя кто я такая, чтобы осуждать? Все мы зависимые люди. Я, например, даже очки не могу снять, чтобы не очаровывать окружающих…

— Ты не видел маленькой заколки? Она была на моих волосах в день аварии родителей.

— Видел. На ней интересный камень, что это?

— Не знаю, но она нужна мне.

— Заколка на верхней полке комода возле твоей кровати. — Марк достал сотовый, отключил звук и снова положил его в карман пиджака. Взглянув на меня, он улыбнулся: — Сними очки, здесь полумрак, к тому же меня радует вид твоих глаз. — Он протянул руку, снял с меня очки и швырнул их в сторону.

— Моей кровати? — повторила я его слова и, возмущенная выходкой, недовольно скривила лицо. — Марк, спасибо за все, что делаешь для нас, но по приезде в город я буду жить в своей квартире и ходить в школу.

Он покачал головой.

— Исключено. Как только тигры и Власова узнают о твоем местонахождении, снова попытаются убить. Не хочешь рассказать, что произошло между вами?

Я не хотела, но понимала, что должна спросить о медальоне.

— Мы поссорились с Кирой… серьезно поссорились… скорее, стали врагами. У каждой из нас был медальон, ничего особенного, так, обычная бижутерия, — на ходу придумывая ложь и стараясь казаться равнодушной, ответила я. — Но этот кулон очень нравился мне, и к сожалению…

— Милана, — перебил Марк, внимательно наблюдая за моими попытками утаить правду, — я знаю, о чем речь. Медальон не просто украшение. Тебе известно, что означают отметки на нем?

Я покачала головой.

— Это каббалистические символы. Кулон — сильный амулет. Я сразу заметил знак защиты, а потом рассмотрел символы света, огня, мужчины и женщины. Не пойму, если Хранителем должна стать ты, при чем здесь мужское начало? Может, расскажешь? — Марк стал предельно серьезным и не отрывал от меня взгляда.

— О чем рассказать?

— Не прикидывайся.

— Не понимаю, о чем ты? Марк, не хочу обидеть…

Нас прервал официант: подошел с бутылкой белого вина и соком на подносе, аккуратно поставил напитки на стол и непроизвольно посмотрел в мою сторону. Я подняла взгляд. В этот момент его глаза округлились. Парень застыл.

— Обидеть? Ты? Меня?! Не забыла, кто я? — Марк второй раз за день сжал кулаки. — Полагаешь, он жив? — Закипая от непонятной мне злости, Велозаров перевел взгляд на официанта, заметил, как тот зачарованно смотрит в мою сторону, и зло брякнул: — Пшел вон.

— Я не знаю, что означают эти символы. Мне всего лишь надо вернуть кулон. Если тебе известно, где он, просто скажи.

— Для чего тебе медальон?

— Какая разница?

— Надеешься, что он до сих пор жив?

— Кто он? Ты о ком?

Официант опять оказался возле нас и поставил блюдо со спагетти перед Марком. Затем снял фартук, швырнул его в тарелку и протянул мне руку.

— Пойдем, — предложил официант и кивнул в сторону вожака. — Таких, как он, не интересуют женщины.

Нелепость, комичность и опасность этой ситуации повергли в шок. Я открыла рот и ахнула, глядя на ярость в глазах Велозарова. Зрачки оборотня окрасились в стальной цвет. Молниеносно схватив парня за кадык, Марк пригвоздил его голову к столешнице