Страна Беловодье - Марик Лернер

— Жуть, — высказался с чувством Отто.

Ничего удивительного. Местность, раскинувшаяся внизу, именно такое чувство и вызывала. Старатели разворотили всю долину на двадцать верст в ширину и шестьдесят в длину. Трудно представить, что года три назад здесь был такой же лес, как и по соседству. Уцелела, не иначе случайно, всего парочка еле живых, с обрубленными ветками. Вся немалого размера долина, окаймленная холмами, превратилась в одну бесконечную пустыню, где видно только множество больших и малых глиняных куч вынутой почвы и кусков камней.

Желтую глину столько топтали, что она превратилась в огромное болото. Чтобы нормально ходить, между участками выкладывали доски. Даже не будучи здесь раньше, можно было определить, что прежде тут находилось много больше народу. Виднелись дыры, ведущие в глубину, и возле них никто не суетился. Так и стояли, никому не интересные. Над рабочими шахтами торчали странные сооружения, отдаленно похожие на шибеницы. Скрип лебедок смешивался с глухим гулом ударов лопат и кирок, криками старателей, стуком бадей.

— Совсем мало народу, участки без хозяев остались, — без особого удивления произнес Данила.

— Это мало? — пораженно переспросил Отто.

— Ага. Когда только нашли золото, иные копальщики в день добывали на полторы-две тысячи гривен. И оно лежало прямо на поверхности. Сюда шли буквально тысячи, от безденежных аристократов до сбежавших холопов, и остановить их было невозможно.

Делиться, сколь много их семья приобрела на этом нашествии, продавая в первую очередь продовольствие и оказывая всевозможную помощь, он не стал. Отец тоже изрядно просчитался. Мастерские, станки, приютный дом, помощь брату. Живи чуть скромнее — хватило бы надолго, а так все утекло меж пальцев. К сожалению, пророком он не оказался. Но тогда никто не догадывался, как быстро иссякнет золотой дождь, пролившийся на округу.

Кстати сказать, из их поселка многие удрали на прииски. Повезло одному, и то случайно. Продал участок за серьезную сумму и вернулся. А многие так и сгинули безвестно. Кто погиб в недрах земли, кто исчез неведомо куда, может, кости его где-то белеют, нарвался на грабителей, готовых убить за сущую ерунду, а кое-кто в шахтах продолжает трудиться за жалованье.

— Каждого не убьешь, тем более что населения в Новом Смоленске тогда было сотни три всех возрастов. Князь просто стал брать пошлину в десятую часть добытого.

— В смысле, вон те парни на дороге с оружием — стража? — показал гот на заставу, окруженную мощными стенами, запирающую выход из долины.

— Наверное. Целый форт замутили, чтобы не воровали. Только кто проверит проверяльщиков?

Отто хохотнул.

— Ну не наше дело. Зато участок за тобой закрепляется официальной бумагой, и отобрать его независимо от результатов гридни не позволят.

Просто года три был большой фарт, а потом с поверхности все выбрали. И здесь, и еще в парочке месторождений легкое золото закончилось. Все знают, надо идти в глубину, но это тяжелая работа, требуется уметь правильно крепить стенки шахты, иначе обвалится. Масса случаев, когда люди гибли. А овчинка выделки не стоит. В лучшем случае на десяток гривен наберешь за день, маша киркой в глубине. Это неплохо, но не сравнить с прежними рассказами о величайших удачах.

— Так почему все не уходят?

— Ой, сколько ходило рассказов об участках, брошенных отчаявшимися владельцами, где первый же новый старатель, едва копнув землю, находил кучу самородков. Я даже знал таких счастливцев, которые возвращались с набитыми золотом карманами домой. Сорок тысяч, двести тысяч, мешок размером с нашу телегу. Они, не считая, швырялись самородками за что угодно и больше запрошенного, вроде знай наших. Только таких в последние годы почти нет. Оставшиеся — неудачники. Их сводит с ума несбыточный шанс потерять целое состояние, оставив участок. Может, еще один взмах кирки — и станешь миллионером. Только большинство зря возится. Жила проходит глубже.

— А ты откуда знаешь?

— Сегодня это знает любой здешний…

— С чем пожаловали? — прерывая повествование, обратился стражник.

Совсем молодой парнишка, но при полном вооружении. В короткой кольчуге, с начищенным до блеска шлемом, на который Отто покосился откровенно-завистливо, с копьем в руке. Вид гордый, а опыта и без расспросов никакого. Видать, папа из гридней, и сам пошел по той же стезе. По юности опасен скорее желанием показать, кто здесь главный, чем фактически. Дать по шее, и все.