Биврёст - Ирина Итиль

несмотря на дуло смерти, решила, что ярость ее вызвана глубоким и безнадежным отчаянием. Конечно, она не станет принимать помощь. Конечно, она никогда не признается самой себе, что хочет спасения. Ее рука с пистолетом дрожала, пальцы стиснули воротник куртки Каге. Ангейя понимала, что если он не подберет верные слова, то отправится в Утгард. А она должна жить.

- Прости, сестра. Я так хотел снова увидеться. Думал, ты запуталась. Думал, что-то значу для тебя. Ты бросила меня тогда на него, бросила маму…

- Заткнись! – взвизгнула Рейвен.

- Я всегда слушался тебя, но не получал взамен ничего.

- Значит ты за него. Такой же!..

- Нет! – рыкнул Каге. – Ты разве не понимаешь, что Джон Смит тебя использует, чтобы подобраться к Эгиру? Рейвен, я больше не твоя тень. И не отца. Я – Кагерасу Гиафа, хель тебя возьми!

- Хмм, - она медленно перевела пистолет с Ангейи на Каге.

Локи скрипнула зубами, выдохнула и нащупала то самое состояние открывающего внешние двери. Толкнув Каге ногой, она очутилась по колено в снегу и увидела перед собой снежную равнину, изрезанную горами. Вопль разъяренной Рейвен и выстрел подхлестнул как плеть и резко оборвался.

Нащупав камень поострее, Локи начала пилить веревку дрожащими пальцами. Несколько раз роняя камень, она хихикала, хлюпая носом. Не потому, что было смешно, а от пережитого ужаса. Даже Каге представить не мог, что его сестра так изменилась. Локи, рыча от злости, разодрала последние волокна и обернулась. Гиафа лежал, где приземлился, и вставать не собирался, поджав ноги как раненый олень.

- Эй, поднимайся. Нельзя долго здесь торчать. Нужно идти. – Локи осторожно прикоснулась к его плечу, но Каге дернулся, увязая лицом в снегу, который уже потихоньку начал холодить. – Некогда разлеживаться. Вставай, - повторила она, начиная злиться.

Это Ангейю нужно успокаивать после такого, а не сына Эгира. Это она должна рыдать, размазывая по лицу сопли и слезы вместе с талым снегом. Она хотела заорать, ударить его и привести в чувство, но не смогла. В хель оно все! Рывком Локи подтянула его к себе и уложила голову на колени. Смаргивая слезы, она убрала с его лица волосы и как могла вытерла воду. Ойкнула, когда Каге обнял ее за талию, утыкаясь носом в живот, в молнию на куртке.

- Я ведь хотел помочь, - забормотал он, всматриваясь в ее окровавленное лицо. – Я… не знаю, что делать. Рейвен не была такой. Она всегда меня защищала, она была старшей сестрой, лучшей, моей семьей. Я думал… Ох, хелев сын! Думал, могу вернуть ее.

Это признание заставило Локи расслабиться.

- Знаешь, я на секунду поверила, что ты  меня сдал. Но теперь ничто не заставит усомниться. Ты Гиафа, но это не значит, что ты плохой. Мы дети своих матерей и отцов. Но мы – не они. Мы – другие. Попробуем исправить, что они натворили.

- Но как?

- Вместе. – она пожала плечами. - Разве не то суть работы Балора и Копья?

Каге медленно сел, изумленно изучая ее лицо. Локи покраснела под пристальным взглядом, как монашка церкви Девяти в баре «Цербер».

- Но, если я и тебя не смогу защитить? Я ведь не смог бы спасти тебя. Ее не спас и тебя бы не спас.

- Маршала ты уже спас. Пытался помочь людям в поезде. Помогал своей маме. – она показала ему три загнутых пальца.

Каге сурово кивнул, хмурясь и уже больше напоминая того Каге, которого она знала.

- Обещаю, что меня не придется спасать. – твердо сказала она. – Но ты должен попытаться еще раз. Она твоя семья. Кроме тебя у нее никого нет.

Морщинка между бровей разгладилась, и его лицо прояснилось.

- Ты права, - его зеленые глаза блеснули в решимости. – Идем. Закончим начатое.

Он подскочил и протянул руку, помогая подняться, и повел вперед, не разжимая ладонь. Локи еле поспела за его размашистым шагом, чувствуя, что сердце бьется как бешеное. Холод просачивался под одежду, отнимая драгоценное тепло, и вскоре у Ангейи застыло лицо и перестали гнуться пальцы на руках. Место, отмеченное почерневшими растениями Даану, они нашли с трудом. Рогатый дух, истосковавшийся по теплу, уже ждал. Его шкура, пятнистая, как у оленя, сияла и искрилась. Его рога раскинулись на десяток метров, его запах дохнул им в лица как сырость осеннего леса. Он ступал, не оставляя следов, он смотрел мудрыми дикими глазами без белков. Он прошел мимо, не обратив внимания на двух подростков, и вышел в трещину, разрывая ее рогами. Каге схватил Ангейю за плечи и поволок почти на себе вслед за духом, потому что ворота закрывались.

Они выскочили следом, дрожа от холода, и в глаза и уши ударило солнце, зелень травы, свежий ветер, запах железа и земли. Дух стоял перед Маршалом, внимательно глядя на копье, которое он выставил перед собой в защитном жесте. Потея и дрожа, он смотрел не на духа, а на альва.

Ки, раненый, с трудом приподнял голову, приходя в себя. Даану, стиснув зубы, продолжала медитацию.

 - Встань рядом, - приказала сварта. – Дай ему имя.

Альв издал заинтересованный звук.

- Кернун, - не колеблясь, сказал Маршал.

И дух преклонил голову и коснулся рогами острия копья, и топнул копытом. Земля ощутимо шаталась и смертельно бледная Даану, покрытая с ног до головы инеем, облегченно выдохнула. Напоследок Кернун издал глубокий мощный рев, от которого у стоящих рядом заложило уши, и растворился в печати из коры Вседрева, выкованной лучшим мастером Херна. Маршал покачнулся от отдачи, но устоял.

- Топни, Кернун, - прошептал Маршал, крутанув копье над головой. Печать вспыхнула, и в отдалении раздался глухой мощный взрыв – то обрушились расшатанные Даану кости земли, отрезая Псам Кулана дорогу в Херн через перевал. Им потребуется много дней, чтобы обойти его, а к тому времени их встретит ближайший отряд ВСБ.

Все стихло. Сварта сложила веер и встала, разминая затекшие ноги. С нее полились растаявшая вода.

- Поздравляю, варден, - она чуть улыбнулась бледным ртом.

- Но как так вышло? Почему именно я? – тупо спросил Маршал.

- Потому что ты воплощение Херна-охотника, - съязвила сварта. – Откуда я знаю? В Биврёст поступишь и почитаешь в учебнике. Вы двое где шлялись?

- Что с твоим лицом, ас?

Каге поднялся с земли, деловито отряхивая коленки и галантно подавая Локи руку. Проигнорировав помощь, Ангейя встала,