Дикарка. Чертово городище - Александр Бушков

– Спасибо, я учту, – кивнула Марина. – Какогоплана сотрудничество было у вас с Вампиром? Что за информация ему понадобилась,и какой помощи он от вас хотел?

– Хотел выяснить, что в Чертовом Городище ищутгубернаторские мальчики.

– А вы знаете?

– Нет. Я с ними частенько пересекался в последний год, но,сами понимаете, не горел желание завязывать знакомство и задавать вопросы. Побольшому счету, мне было плевать, что они тут ищут. Все, кто приходит извнешнего мира, здесь что-то ищут. К чему лезть в чужие дела? Если кто-то начнетсовать нос в мои, я тоже отреагирую специфически...

– Вот, кстати... «В последний год»? А сколько вы здесьвремени... проживать изволите?

– Четыре года.

– Безвылазно?

– Нет, с короткими редкими перерывами.

– Вообще-то это вас с хорошей стороны характеризует, –сказала Марина. – Четыре года тут болтаетесь – и живы до сих пор. Значит,не растяпа.

– Смею думать…

– Итак... – продолжала Марина. – Чемгубернаторские тут занимаются, вы тоже не знали... Что было дальше?

– Он собирался вместе со мной устроить вылазку, когда вследующий раз тут объявится кто-нибудь из них. Аккуратненько проследить… Но вусловленное время не появился. Судя по вашему омраченному челу, с ним случилосьчто-то плохое...

Марина молча кивнула, глядя в сторону.

– Он был хваткий парень... Жалко.

– Случается, – сказала Марина сухо. – Никто незастрахован. В общем, давайте работать. Никаких письменных договоров заключатьне будем, конечно – мы с вами взрослые люди, да и откуда в здешних местахбумага? Вы мне поможете – из кожи вон вывернетесь, если ситуация потребует, ая, соответственно, замолвлю за вас словечко где следует...

– Заметано, – кивнул он. – Будем верить друг другуна слово.

Марина ему нисколечко не верила. Точнее, верить емуследовало до определенного момента. Предположим, губернаторские ребята и всамом деле откопали в мертвом городе что-то чертовски ценное, и далеко не все,судя по недавним событиям, успели отсюда перетащить... А значит, возникаетинтересная психологическая коллизия, в общем-то, стандартная: Шайтан, какмногие до него, оказавшиеся перед подобным выбором, может поддаться соблазнуобойти всех конкурентов, в том числе и ее, чтобы захапать себе все до последнеймелочи. Бывают клады, которые содержимым своим сводят с ума и толкают на самыеpeшительные поступки. Особенно если учесть, что он прекрасно знает теперь: унее нет связи с Центром, никто так, собственно говоря, и не подозревает, чтоона познакомилась с Шайтаном, вообще не знает, где она. Пока она всовершеннейшей безопасности – а вот когда настанет момент... Придется нешуточноизвратиться, чтобы не получить нож в спину или пулю в затылок...

– Ну ладно, – сказала она, вставая. – Пойдуработать. Поговорю с трофеем по душам...

– Эй! – окликнул Шайтан с неподдельной надеждой вголосе. – А вы всерьез говорили, что я смогу поучаствовать?

– Я вас непременно позову, – сказала Марина, взявшисьза ручку двери и ухмыляясь во весь рот. – Я ж не эгоистка...

Марина пересекла захламленную комнату, присела на корточкинад Викой, задумчиво оглядела с головы до ног. Светловолосая добыча лежаланеподвижно, меряя ее злым взглядом, в котором страха практически не было, а вотупрямства и гордой несгибаемости хватало с избытком. Вечная беда, подумалаМарина, доставая сигареты. Вобьют себе в голову, что давным-давно сталисуперменами, изволь потом ломать их вдумчиво и старательно, семь потовсойдет...

– Ну? – спросила она спокойно.

– Что – ну? – настороженно отозвалась Вика все с той жестроптивостью.

– Не придуривайся, – сказала Марина. – Не думаешьже ты, что я тебя брала в плен и тащила на такое расстояние исключительно изромантических побуждений? Они присутствуют, конечно. Признаюсь по секрету, естьу меня нездоровая слабость к полностью загорелым спортивным блондинкам, носейчас это – дело десятое. Дураку ясно, что первым делом следует тебяпоспрошать, как следует, и направление вопросов тебе должно быть понятно. Чтовы там такое нашли, в Чертовом Городище, что за клад разрабатываете? В то, чтоты не посвящена в эти тонкости, ни за что не поверю. Кошке ясно: ты, лапочка,занимаешь немаленькое положение в этой вашей подпольной иерархии...

– Иди ты! – выкрикнула Вика, будто плюнула.

– Буду мучить, – сказала Марина безмятежно. –Умело, старательно и без всяких моральных препонов. Если есть что-то самоенесовместимое со мной на этом свете, так это этика, мораль и прочие сантименты.Ты мне веришь, сердце подсказывает: у тебя лоб вспотел, в глазах появилосьчто-то этакое... Так что, будем по-хорошему? Ты пойми, глупенькая, любого можнов два счета разговорить. При некотором умении.

– Иди ты!

Марина закурила, сделала несколько затяжек и, когда насигарете появился длинный столбик пепла, стряхнула его на полоску загорелогоживота, видневшуюся меж задравшейся майкой и суперменскими камуфляжнымиштанами. Усмехнулась, когда Вика увернулась, поднесла огонек совсем близко кзагорелой коже возле пупка. Пытливо присмотрелась.

Вике было больно, конечно – зрачки расширились – но онастоически держалась, прикусив губу, с упрямым и ожесточенным лицом.

Шайтан сказал за спиной:

– Вообще-то можно и по-другому...

Марина гибко взмыла на ноги и сказала с расстановочкой:

– Друг мой, у меня к вам одна маленькая просьба: никогдабольше не заходите тихонечко со спины. Ладно? Это не прихоть, а устоявшаясяпривычка – не допускать посторонних за спину. Я могу отреагироватьрезко...

– Заметано, – проворчал он без особогораздражения. – Я просто помочь хотел...

– Сама справлюсь, – отрезала Марина. – Будьте такдобры, побудьте в соседнем апартаменте, идет? Я вас обязательно позову, когдапотребуется консультация или содействие...

Пожав плечами, он вышел. Марина вновь присела над пленницей,сказала задушевно:

– Видела дурня? Я и без него сумею тебя превратить в кусокмяса... Но мне возиться не хочется, вот ведь что. Будут вопли, сопли, да ещезапах прибавь – от моих задушевных бесед люди сплошь и рядом обделываются...Может, все же договоримся по-хорошему?

– Пошла ты!

– Грубиянка, – сказала Марина беззлобно. – Я ктебе всей душой готова на неприкрытую нежность и доброту... Женскую любовьникогда не пробовала? – пригляделась к брезгливой усмешке на лице пленницыи улыбнулась, вполне довольная. – Ага. Не просто не пробовала, акатегорически не переносишь... Это просто прекрасно, золото мое...

Она встала, отрезала от мотка веревки приличный кусок, в двасчета сделала петлю, набросила Вике на шею и укрепила свободный конец должнымобразом за ножку неподъемного стола.