Краш - Павел Барсов

— Знаешь, меня все-таки немного мучает совесть в отношении него. Я по-своему его люблю, но…

— Перестань. Два хороших человека могут сделать друг друга счастливыми, даже если между ними всего лишь взаимная симпатия. А у вас еще и Лика.

Она потянулась рукой к моей голове, разлохматила волосы.

— И вы с Энжи. Кстати, я сначала подумала про другую новость. — Она засмеялась.

— Ты шутишь?

— Нет. Я серьёзно приготовилась услышать, что вы с Энжи ждете ребенка.

— Мама Оля, не торопись, ты слишком молода для бабушки. А главное, Энжи самой еще расти и расти. Мы успеем.

Ольга подперла рукой подбородок.

— Да, Энжи еще сама во многом ребенок. А вот когда ты успел так измениться?

— За этот год. Благодаря Энжи, тебе, многим другим.

— А знаешь, чем в первую очередь ты поразил своего отца?

— Интересно.

— Мыслью, что ему нужно было выставить тебя из дома на пару лет раньше. Он никогда бы не смог этого сделать даже ради твоего блага. Он сказал, что ты в чем-то стал даже сильнее его. Кстати, посмотри на двух своих красавиц.

К нам в кухню вошла Энжи с Ликой на руках. Я полюбовался на них и засмеялся.

— Вот теперь все мои красотки рядом со мной. — Я обнял Энжи и Ольгу, а Лика попыталась меня ухватить ручкой за футболку.

Зазвонил телефон, Ольга вышла из кухни. Энжи аккуратно подвинула ко мне сестру. Ребенок заулыбался мне и запищал, когда я бережно подхватил маленькое тельце. Я посмотрел на любимую, ее громадные сапфиры глаз сияли ярче обычного.

— А может…

— Не может. — Я улыбнулся. — Мне пока тебя хватает. И воспитывать и на руках носить.

— Ладно. — Она тяжело вздохнула. — Я и сама еще хочу, чтоб меня на руках носили. А так место будет занято.

Она успела забрать Лику с моих рук, когда мы услышали сдавленный крик Ольги, а затем какой-то шум. Я вбежал в комнату. Оля сидела на полу под стеной с лицом, искаженным невыносимой болью. Она беззвучно плакала, скорее, рыдала, её лицо было смертельно бледным, подбородок дрожал, а из глаз непрерывно бежали слезы.

— Он… умер. — Простонала она.

Услышав шмыганье и шорох за спиной, я оглянулся. Ира, сидевшая в это время в комнате, закрыла ладошкой рот, а второй размазывала по лицу слезы. Я бросился к Ольге.

— Отец?

— Да. — Ольга явно прилагала все силы, чтобы успокоиться. — Инфаркт.

— У него не могло быть инфаркта. — Я поднял ее и помог дойти до диванчика. — У него абсолютно здоровое сердце.

На пороге комнаты также беззвучно плакала Энжи. Лишь маленькая Лика продолжала улыбаться.

Спустя двадцать минут, убедившись, что девушки немного успокоились, я рискнул их оставить, чтобы съездить в колонию. Фельдшер, тот самый дядька, на чьи смены я попадал чаще всего, мне сказал:

— Все хорошо было. А потом поспорил с типом, что приехал к нему вскоре после того, как ты ушел. Только со стороны больше было похоже, что того сейчас кондратий схватит.

Я втягиваю носом воздух, мне точно не показалось – в воздухе палаты до сих пор стоит знакомый запах трав.

— Фамилии посетителей есть на КПП?

— Разумеется.

Обвожу взглядом палату, не вижу ожидаемого. Выхожу и проверяю мусорку на входе с тем же результатом. Когда я начинаю рыться в мусорке у КПП, на меня накидывается солдат, но его останавливает знакомый старлей. Аккуратно за край горлышка достаю маленькую бутылку.

— Вот это нужно проверить на отпечатки и на содержимое. У отца не могло быть инфаркта. И на суде он собирался дать показания против Тяпина.

— Ты даже знаешь, кто это был. — Подтвердил старлей. — сейчас организуем. Ты только не вздумай лезть сам к этому типу. Где-то с час понадобится на экспертизу. А если что найдут, его ОМОН возьмет.

— Час? Он уже может быть в аэропорту.

— И об этом позаботимся. — Старлей положил на мое плечо руку. — Держись и не делай глупости. Тебе еще много дел предстоит.

За следующий час я съездил проверить состояние Ольги и остальных. Энжи с Иркой до сих пор шмыгали носами и сидели с красными глазами. Ольгу же выдавали лишь внезапно прорезавшиеся морщины вокруг глаз да заострившиеся скулы. Всего за час она стала выглядеть на десяток лет старше. Посидев с ними минут пятнадцать, я уехал. Обратный свой путь к колонии я проложил мимо дома Тяпиных. Там все говорило о том, что Тяпа рассчитывает остаться безнаказанным по закону, а от моего возмездия собирается прикрыться толпой наемников. Через час я был возле КПП. Старлей поднялся мне навстречу.

— Ты был прав, в бутылке препарат, который имитирует инфаркт и быстро разлагается. Только при вскрытии все равно нашли следы этой дряни. Группа уже собирается.

— Там в доме куча бандитов-охранников и разных защит во дворе. Я могу вашим рассказать или показать.

— Сейчас подъедет командир спецгруппы, ему и расскажешь.

Через пару минут подъехал черный микроавтобус, с него вышел коренастый мужик в камуфляже, подошел к нам, внимательно выслушал.

— Если все так, как ты говоришь, то нужно подкрепление вызывать. Еще ждать придется часа два.

— Я могу помочь, если не сдадите меня потом.

— Да чем ты поможешь? — Он скептически скривился.

— Вот этим. — На моей руке зажегся огненный шар. — И не только. А еще я этот дом знаю, как свои пять пальцев.

Спецназовец пристально смотрел на затухающий огонь в моей руке.

— Если твои действия всплывут на камерах, а они всплывут обязательно, все, что я смогу сделать, это сказать, что не знаю, не ведаю, что это было и кто это был. Мои люди скажут тоже самое.

— Мне этого достаточно. Дадите мне минут пятнадцать перед своим выходом.

— Да хоть час, нам только что-то оставь. — Он зло ухмыльнулся. — Пожарку сразу вызывать?

— Как пойдет. Тебе сказали, что у меня это личное? — Он кивнул. — Не переживай, оставлю. В лучшем виде.