Псионикум - So..The End

— Тцк… Ладно.

Очередное утро обещало быть скучнее некуда: криминальное чтиво, очередные звонки по всяким инстанциям и бесконечные разговоры, как нам сообщили об ещё одной находке, которой требуется наше внимание. И мы, не успев собрать материалы своего первого дела, сразу приступили к совсем другому. Как и ожидалось, одновременное введение сразу нескольких дел — самое обычное и, к сожалению, частое явление, что не идет на пользу раскрытию.

Оперативно собрав всю необходимую компанию, включая нашего старшего и судмедэксперта, мы незамедлительно выехали на место происшествия на своих машинах. Промышленный район Нью-Эдема, где-то между железнодорожными путями и складами грузоперевозочного кооператива, что недалеко от южного пригорода, всегда стоял особняком отдельно от центра. Сообщалось, что там в контейнере нашли метровый подозрительный черный свёрток, обмотанный толстой полиэтиленовой плёнкой и хорошо замотанный скотчем, также замазанный машинным маслом с кровавыми отпечатками снаружи.

Нашедшими оказались парочка местных бродяг, которые рыскали там чем-нибудь поживиться в отходах кооператива. Они собственно и обитали в рядом расположенном центре социальной помощи и не раз обращались в правоохранительные ведомства взамен на некоторую материальную помощь за подобные сведения. Они не всегда полезные, но патруль проверила их наводку и подтвердила наличие состава преступления. Ещё бы, не каждый день видишь расфасованные части тел человека.

За время поездки утренние свинцовые тучи полностью заполонили небо, обещая в скором времени настоящий ливень.

— Супер…

— Че, жалко свои кроссы?

— Не то слово, Кэс. А где мы вообще?

Вроде бы я неплохо знала свой родной город, но как только покинули центральные районы, сразу ничего знакомого за окном.

— Автострада над железнодорожными путями, а вон там Саузенд-Ойл.

— Это возле кладбища мёртвых машин который?

— Тот самый.

— Юг, значит… Из одного конца города в другой. По-моему, только на поездки мы тратим львиную долю рабочего времени.

— И сжигаем бензин. Так, нам вроде сюда, — выпустив последнюю струю дыма, Кэс закрыла окно и свернула где-то за внутрь территории кооператива. Их арка с баннером недвусмысленно намекала на точное название предприятия.

Оставив пропускной пункт депо в зеркале заднего вида, мы подъехали к месту происшествия последними. Винсент уже разговаривал офицерами, которые и приняли вызов. Они успели оцепить место и ждали остальные службы.

Промышленный район… Никому не захочется здесь жить. Если ты не слепой и не глухой, конечно. Кругом наблюдалась самая что ни есть угнетающая обстановка, так подходящая для идеального преступления — куда ни глянь везде грузовые контейнеры, а за заграждением всё заслоняют целые горы металлолома. Людей, естественно, мало, а о камерах видеонаблюдения и вовсе заикаться не стоит. Даже воздух здесь был насквозь пропитан железом и ржавчиной, который ощущался даже во рту. Это несмотря на то, что здесь постоянно сжигают отходы.

— Что-то я ничего потустороннего не ощущаю, кроме весьма паршивой экологической обстановки.

Ну, да. Мир выглядел обычным, ну в псионическом понимании.

— Гм… Есть такое, — согласилась я с Кэс. И правда дурно пахнет.

До места обнаружения кровавой находки пришлось преодолеть несколько десяток метров коридора сквозь контейнеры, где каждый мой шаг и удар трости раздавался хлюпаньем по мокрой земле или щебню. На месте преступления пока было относительно малолюдно: наша группа, парочка патрульных местного департамента полиции и охранник территории. Чарльз уже успел составить протокол и ждал лишь нас, чтобы распаковать находку. И уже при нас отточенными движениями профессионала аккуратно развернул свёрток и, найдя сухое место, поочередно разложил все находки перед нами, попутно делая заметки и фото.

— Если ливанёт, на дальнейшие поиски можно будет не надеяться, — разговаривали рядом патрульные, попивая кофе, и посматривая на серое небо.

В свёртке оказались части человеческого тела, не целые: одна кисть, правая ступня, часть таза и голова. Судя по отсутствию какой-либо реакции у окружающих, находка являлась самой обыденной. Ну, не удивительно, да? Издержки профессии, как-никак. Я бы согласилась с этим, но знаете, если немного вдуматься, в этой картине происходящего была какая-то дикость, если такое в порядке вещей и никого особо не волнует. Это на экране подобное воспринималось как часть какого-то представления, нереального представления далёкого от тебя, но в реальности-то, когда сам находишься рядом с таким, было немного иначе. В общем, весьма неоднозначное чувство. Нет. Не гадкое, не омерзительное, не шокирующее, просто непривычное. Впрочем, думаю, это дело времени.

— А остальное где? Не нашли? — спросила Кэс.

— Нет. Обнаружен пока только один свёрток, но вполне могут быть и другие, да. Хотя, их могли растаскать бродячие собаки.

Это точно. Их лай время от времени накатывался издали.

— Блеск…

Предчувствую скорые поиски по всей свалке или по району.

— Кинологи уже в пути.

— И кто у нас здесь?

— Женщина, приблизительно 40–45 лет…

— Как вы это поняли по частям? — невольно вырвалось у меня. — Гм… Извините, продолжайте.

Видя голову, я бы не дала ей больше тридцати.

— Смерть наступила не менее 10–12 часов назад. На шее имеется часть странгуляционной борозды, след удавления веревкой. Также в пакете присутствуют синтетические ворсинки. Конкретнее выяснится в лаборатории. Но скорее всего это обычная бельевая веревка.

— Ээм, Винсент? — обратилась я к нашему старшему. — Кажется, это дело отдела особо тяжких преступлений. Почему вызвали нас? В чем тут псионичность?

— Ничего не ощутили, мисс Рейн?

— Ну, я не «вижу» никаких следов псионического воздействия. А отпечаток смерти остался, как у любой свежей насильственной смерти.

— Я согласен с вами. Скорее всего, мы передадим это дело им. Но пока решение не принято, продолжим. Что ещё скажете, мистер Доккинг?

— Разрезы весьма неаккуратные. Похоже, сделаны ручной пилой, не на станке или техникой — это точно. Пила или ножовка не особо острая, но тот, кто это сделал, явно был не слаб на руку.

— А подобные находки уже были?

— Имеете в виду недавно, агент Уильям?

— Да.

— Насколько я знаю, нет.

— А пропавшие?

— По заявлениям за месяц в Саузенд-Ойле пропало где-то сто тридцать человек. Женщин среди них сорок семь. Устанавливается их возрастная категория. Возможно одна из них перед нами.

— Или сразу несколько.

— Что? — спросил мистер Доккинг.

— Может это останки от разных людей.

— А, ну, да. Может быть. Хотя, судя по коже на всех обнаруженных частях, маловероятно.

— Значит, предположить, что это единичный случай бытового насилия — нельзя? И тут что-то другое, просто хотели скрыть следы расправы?

— Скорее всего, мисс Уильям.

Винсент, как мог, старался не смотреть на останки, чтобы сохранить невозмутимое лицо. Получалось у него не очень.

— Так, с внешним освидетельствованием всё. Теперь попытаем удачу, — сделав все заметки, с помощью портативного дактилоскопа судмедэксперт пробил её пальцы по базам. — Как же плохо здесь ловит.