Симбионты - Олег Дивов

К счастью, рядом с Дашей еще с детского сада была Мария, девочка прагматичная едва не до неприличия. И по какой-то загадочной причине общаться с ней отец не запрещал. Ну и лучшая в городе школа, куда Дашу устроили по протекции Деда, тоже оказалась неплохим противовесом домашнему безумию.

А потом Даша просто выросла достаточно, чтобы с помощью Интернета и школьного факультатива по психологии найти ответы на большинство своих вопросов. Это было очень болезненно — понять и, главное, принять такие вещи. В вере она не разочаровалась — слава богу, а то бы ей грозил полный крах мировоззрения, за которым недалеко до суицида, — но провела четкую границу между православием и православнутостью родителей. И начала потихоньку, шаг за шагом, отвоевывать возможность иметь личное мнение.

«Это для нее подвиг, — говорил Принц про обещание надеть мини-юбку на танцы, — нам и не понять, какой». Вам, мальчики, действительно не понять, на что приходилось Даше идти и как в первую очередь себя переламывать, сражаясь за право быть собой.

У нее оставалось мало времени, чтобы встать на ноги и научиться защищать себя. Отец уже намекнул, что паспорта ей не видать: ни к чему бабе документ. Бабе, собственно, и образование ни к чему. Даша поделилась своими опасениями с батюшкой, тот сильно удивился — считал их семью образцовой — и обещал спросить отца, что он думает о будущем дочери. Спросил. Потом соседи вызывали милицию, и Даша несколько дней не ходила в школу: отец наказывал ее так, чтобы не было следов, а тут потерял над собой контроль. Милиционерам Иоанн Нанокреститель ласково объяснил, что дочь у него блядь, а соседи кляузники, перевел разговор на спасение души и так заморочил головы, что стражи порядка трусливо бежали. Бабушки во дворе изругали их за малодушие, но те руками развели: случай психиатрический, чего мы тут можем? Вот если бы он нас костылем перекрестил, тогда да. Или пусть дочка «снимет побои» в травмопункте и напишет заявление. Или — но это строго между нами — разберитесь своими силами! Переломайте ему последние руки и скажите, что так и было!

На работу отец Дашу отпускать, естественно, не хотел, но когда раздалось слово «Нанотех», внезапно дал слабину. К институту наладчик микросборочных комплексов Решетников относился до того сложно — не угадаешь. С одной стороны, именно в «яме» Господь его прихлопнул за то, что жил грешно, и Дарью во грехе зачал, по сию пору не отмолил, вот и растет дочь потаскухой… С другой — там был Дед, светлый человек, который озлобленного и перепуганного инвалида вернул своим участием к жизни. Господь, бывает, так устраивает: присылает тонну железа тебе на голову, чтобы ты осознал, а следом — земного покровителя, чтобы ты опять-таки осознал, насколько все тут в Его власти.

Даша покорно выслушала эту ахинею и получила благословение пойти работать. Через неделю, сообразив, что любимый объект дрессировки мало времени проводит дома, отец передумал, но было поздно, а отнять у дочери пропуск он не смог физически. Пугаясь собственной решимости, Даша рискнула пойти на шантаж — сказала, что Мария, которая устроила ее в Нанотех, очень расстроится. И угодила в болевую точку: грозный родитель призадумался. Даша давно заметила, что у папы какое-то особое отношение к семье ее подруги. И только на днях Мария намекнула ей, в чем дело.

Папа чувствовал себя обязанным. И еще не настолько сбрендил, чтобы кусать руку дающую. Он твердо знал, что рука эта одаривает его за праведную жизнь. Что руку эту Господь послал. Такая вот закавыка.

Или, говоря по-взрослому, когнитивный диссонанс.

Даша знала этот термин.

В Нанотехе так обзывали ситуацию, когда смотришь в микроскоп и видишь, что получилась у тебя вместо нанотехнологии чистая нанопорнография в реальном времени, прямо жаль, что «нано», без прибора не разглядишь. И ты втыкаешь в это дело как баран в новые ворота, и готов уже орать «спасайся кто может!», потому что сейчас эти сперматозоиды хреновы расплодятся вопреки законам физики и химии, а главное, вопреки запрету в прошивке, — и начнется полная серая слизь на весь этаж. И разгребать ее тебе.

Что-то похожее чувствовала Даша.

Правда, она уже начала разгребать. Но не была уверена, что делает это правильно.

* * *

У Лехи не было когнитивного диссонанса. Он точно знал, куда сейчас отправится и зачем. Ему просто было по пути, и он не упустил случая заглянуть к Деду.

Кладбище густо заросло деревьями, Даша увидела Леху в самый последний момент. Она сразу остановилась, хотела шагнуть назад, и тут Леха повернул голову.

— Ух ты, — сказал он.

— Здравствуй… — тихонько сказала Даша.

— Привет. Какая ты…

Леха уставился на Дашу такими глазами, будто видел ее впервые.

Собственно, так и было — роскошная пшеничная грива, чуть растрепанная, изменила облик девушки разительно. Даша неспроста чувствовала себя уверенней. Она была совсем другая теперь.

— А ты зачем тут?.. — спросил Леха наконец.

— Я иногда прихожу сюда.

— Сюда? — Леха ткнул пальцем в землю. — Ты знала моего деда?

— Конечно. Он нашей семье помогал. Он очень добрый был.

— Надо же…

— Когда папа инвалидность получил, твой дедушка нам квартиру выбил. И потом еще много хорошего сделать успел чисто по-человечески. Пока не умер.

— Естественно, — Леха кивнул. — Я должен был догадаться. Он своих не бросал.

— Сейчас ему было бы стыдно, — хмуро сообщила Даша.

— Только не за тебя, — сказал Леха, пожирая ее глазами.

Черт побери, какие же они разные, эти две подруги, пронеслось у него в голове. И Машка, конечно, чудо как хороша, но… Признайся себе, она — лучший выбор в классе. В самый раз для тебя. Гулять с ней не только приятно, но и престижно. Это твой уровень. Это подходящая для тебя подруга. И ты будешь дико счастлив и горд, если что-то у вас получится.

И даже свозишь ее потом в Монте-Карло.

Но просто обнять, прижать к груди, шепнуть на ухо ласковое слово и не хотеть ничего взамен — вот оно. Стоит перед тобой, все такое золотое.

Ту ты любишь головой, а к этой тянешься сердцем.

Стоп-стоп-стоп. Остынь, местный казанова. Даже хорошо, что у Дашки отец свихнулся, это повод не давать воли чувствам. Не нужен мне такой геморрой. Пускай с больной семейкой Принц разбирается, у него дедушка людоед.

Кстати, интересно, что с красавицей стряслось — прямо не узнать ее. Не иначе наконец-то забила костыль в задницу своему несусветному папаше. Молодец, Дарья, так держать. Мне бы взять с тебя пример и перестать бояться мамы.

— Молодец, Дарья.

Даша посмотрела ему в глаза и не стала переспрашивать, что он имел в виду, просто едва заметно кивнула.

— Леш, я тебе сказать хотела… Только ты спокойно меня выслушай, ладно?