Обреченные - Шелли Крейн

Папа глупо ухмыльнулся. У меня глаза на лоб вылезли. Что? Ведь мой папа никогда не ухмыляется.

– Все хорошо. Мэгги рассказывала о том, что произошло у них с Калебом, когда они запечатлелись. Я понимаю. Немного странно быть объектом общего внимания, но все в порядке. – Тут он взглянул на меня и, похоже, вспомнил, что я здесь. – Ох, извини. Мэгги, это Фиона. Фиона… это моя дочь, Мэгги.

– Да, – сказала она, – Провидица, я знаю. Так приятно по-настоящему познакомиться с тобой, – она запнулась. – Жаль, что мы не познакомились до этих обстоятельств. Честно говоря, я понятия не имею, как себя с тобой вести. Должна ли я поклониться? Должна ли поцеловать твои пальцы? Или должна так и стоять здесь в смущении и надеяться, что ты не покараешь меня за то, что я запечатлелась с твоим отцом?

Калеб и папа молчали. Я сжала губы. Это не помогло. Я рассмеялась и попыталась прикрыть рот рукой, но было бесполезно. Папа рассмеялся вслед за мной. Фиона присоединилась последней, но как-то неуверенно, словно не зная, смеемся ли мы над ней или вместе с ней. Так что я подошла к ней и обняла ее. Она же будет моей мачехой, черт возьми!

– Фиона, я не собираюсь карать тебя, – шутливо сообщила я, а потом обняла папу. – Папа, я… так счастлива за тебя.

– Я тоже, – ответил он. – Мне казалось, я буду жить в тени твоей мамы всю оставшуюся жизнь.

– Папа, – простонала я. – Это самая грустная вещь, которую я когда-либо слышала.

– Все в прошлом, – заверил он. – И я в порядке. Не волнуйся о своем старике.

– Я все еще не могу поверить в то, что это случилось. Ты понимаешь, что ты – единственный сорокалетний мужчина, который когда-либо запечатлялся?

– Эй! – воскликнул он и засмеялся. – Ты бы могла сохранить эту цифру между нами.

– Ох, все хорошо, – нежно произнесла Фиона. – Вино и мужчины лучше зрелые.

Меня все еще качало. Я решила впустить шум комнаты, чтобы чувствовать настроение. Я хотела узнать, что чувствуют Асы, готовы ли они к изменениям, если получат то, что хотят взамен, – запечатления.

Настроение комнаты обрушилось на меня, и я сдержала улыбку. Да, была зависть, да, было страстное желание, да, было даже немного гнева, но общее мнение сводилось к тому, что Джейкобсоны, а сейчас и моя семья все делают правильно. И Асы были готовы отвергнуть рутину, если запечатления вернутся.

В мыслях отца наконец появилось понимание. Он понял мою безумную потребность в Калебе и больше не считал ее игрой гормонов в подростковом возрасте. Фиона внешне была скромна, а внутри ликовала. Она мечтала поскорее увести моего отца и остаться с ним наедине, почувствовать по-настоящему, каково иметь суженого, без сотни сторонних наблюдателей.

– Послушайте, мы собираемся ложиться спать, – сказала я, так как папа, похоже, ждал меня, прежде чем что-то предпринимать. – Я очень устала. Сегодня столько всего произошло, и думаю, вы тоже готовы покинуть это общество. – Отец с Фионой кивнули и хитро посмотрели друг на друга. – Но, м-м… в моей комнате Биш и Джен.

Папа моргнул:

– Биш и Джен в твоей комнате… что?

– Спят, – ответила я лукаво. Он облегченно выдохнул. – Они уснули на диване, и мы оставили их там, так что…

– Ну хорошо. – Отец не знал, куда идти или что сказать, чтобы не выглядеть бесцеремонным.

– Моя комната на втором этаже, – предложила Фиона и улыбнулась. – Мы сможем преодолеть неловкость, я полагаю. Если мы не ляжем спать вместе, то утром будем жалеть.

– Да, я знаю. – Он щелкнул языком. – Ладно, пошли. Спокойной ночи, Мэгги. Я… увидимся утром.

– Спокойной ночи, папа, – изумленно ответила я.

– Вот это да! – сказал Калеб, наклонившись ко мне.

– Да уж, – откликнулась я, зевая.

– Пошли. У меня есть идеальное место. – Он быстро сходил на кухню, затем к Рэйчел – сообщить, что Джен заснула в моей комнате, и спросить, не могла бы она оставить у себя Марию на ночь. Рэйчел, конечно, с радостью согласилась. Мы не рассказывали про Биша, потому что никто не знал ни о них, ни о моем видении с их участием.

– Мы спим в твоей комнате? – допытывалась я, пока он тянул меня по коридору.

– Скорее всего, моя комната тоже зачарована, – ответил он и прислонил меня к стене возле моей комнаты. – Стой.

Я зевнула еще раз, а он вошел внутрь и вернулся с подушкой и одеялом.

– Мы устраиваем кемпинг? – пошутила я.

– Ага, – кивнул он и ухмыльнулся на ходу.

Когда мы достигли лестницы, я уже точно знала, куда он ведет меня. Я улыбалась, пока мы взбирались наверх. Оказавшись на балконе, где сегодня произошли два неприятных инцидента, я заметила, что Калеб пошел немного быстрее.

Он взял меня за руку, помогая перешагивать через коньки крыши. Когда мы дошли до оранжереи, он сразу же начал обустраиваться – открыл окно, положил одеяло и подушку, а затем поманил меня к себе. Я легла рядом с ним, наслаждаясь его теплом.

– Мы могли бы просто поспать в твоей комнате, – сказала я, когда он натянул на нас одеяло.

– Я не стану оставаться на ночь там, где тебе будет больно к утру. – Калеб поцеловал меня в лоб. – Это противоречит моей природе.

Я согласно кивнула:

– А что если на комнату Фионы наложены чары?

– Не-а, – отозвался он и вытащил из наволочки что-то хрустящее. – Думаю, Родриго заставили зачаровать не все комнаты, а лишь те, в которых, по мнению Совета, могут быть проблемы.

– Проблемы, – усмехнулась я насмешливо и устроилась поближе, улыбаясь его находке. Пакет печенья «Орео». Калеб вынул одну печенюшку и протянул мне, чтобы я слизнула глазурь. Я засмеялась, делая это, и затем он запихнул половину мне в рот, касаясь пальцами губ. Я прожевала, и он протянул мне еще одну. Я слизала глазурь, а он доел печенье, аппетитно похрустывая.

– А ты больше ничего не делал во время побега? Только встречал моего отца? – поинтересовалась я.

Калеб закрыл разум и хлопнул рукой по одеялу, стараясь шлепнуть меня.

– Перестань допытываться, купил ли я уже тебе дом.

– Даже не пыталась, – с невинной улыбкой парировала я. – Просто любопытно. Тебя так долго не было.

– Действительно тяжело строить планы и искать дом, когда нет телефонов, Интернета и мобильной связи, – признался он. – Но не волнуйся. У меня есть план, который сработает.

– Даже ни намека?

– Даже ни намека, – ответил он, забавляясь.

– А как насчет свадьбы? – Сердце Калеба подпрыгнуло в груди, и я закусила губу. – Ты теперь лидер, кто же будет проводить церемонию?

– Ох… – Он уже почти забыл, что стал главой клана. – Думаю, все-таки папа. Не знаю точно, каков протокол в подобной ситуации, но буду добиваться, чтобы папа все провел. Он хочет. Я знаю.