Я - гнев - Джен Робертс

— Пусть уходит, — покачала головой Ариес. — Не думаю, что она вернется.

Клементина подошла к Ариес и крепко ее обняла.

— Я такая дура, — прошептала она. — Ты сможешь меня простить?

— Нет, — ответила Ариес. — Не смогу. И себя тоже не прощу. Но нам все равно надо жить дальше.

Клементина кивнула.

— Прежде всего надо найти остальных, — сказала Ариес. — И поискать маленькую дочку Грэхема. Здесь ее нет. Ее забрали загонщики. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ее вернуть. Ради Грэхема. И ради Натана.

— Ну, найти ее не так-то сложно, — заметила Клементина. — Мы знаем, где сейчас Мейсон. И я готова спорить, что и девочка там же.

Ариес удивленно вытаращила глаза:

— Ты знаешь, где сейчас Мейсон? Откуда?

Клементина показала на мертвого загонщика, лежащего на полу:

— Благодаря ему. Помнишь, когда она наставил на тебя ружье, он сказал, что знает твое имя?

— И что? — Ариес нахмурилась.

— А потом сказал, что не убьет тебя, а отведет туда, где ты воссоединишься с друзьями. Это может значить только одно: Мейсон в плену во Дворце наций. Может быть, он под пытками назвал им твое имя. А может, они как-то еще его узнали. Давай спасем его и сами все выясним. Теперь-то мы знаем, что делать.

— Ну что, ребятки, организуем побег из тюрьмы? — Радж улыбнулся.

Клементина подняла электрошокер:

— Как говорил мой папа, в яблочко!

Они отнесли тело Натана назад в убежище.

— Если нужно, я сама вырою ему могилу, — сказала Ариес. — Я хочу похоронить его в саду, там, где растут цветы.

— Я тебе помогу, — отозвалась Клементина. — Думаю, в гараже есть какие-нибудь лопаты. А если нет, я сбегаю в строймагазин и принесу.

— Мы все тебе поможем, — подтвердил Радж.

Раджа даже не пришлось ни о чем просить — он поднял тело Натана и нес его всю дорогу до дома. Ариес и Клементина хотели сначала поговорить с Евой, прежде чем показывать ей погибшего брата.

К счастью, когда они осторожно вошли в дом через заднюю дверь, Евы на кухне не было.

К ним тут же подбежала Джой.

— О боже, — выдохнула она.

— Помоги нам, — попросила Клементина. — Давай отнесем его в спальню. Мы пока не хотим, чтобы остальные видели.

Они отнесли тело на верхний этаж и положили на кровать. Радж тут же направился в гараж за лопатами.

— Что мы скажем Еве? — спросила Джой. Слезы струились у нее по щекам и капали с подбородка.

— Что-нибудь придумаем, — ответила Клементина.

Ариес хотела было что-то сказать, но тут в комнату вошел Колин со странным выражением на лице. В руках он по-прежнему держал свою невыносимую приставку. Мелодия из «Супер Марио» эхом отдавалась от стен.

— Минус один, — негромко сказал Колин. — Твой фан-клуб редеет, Ариес.

Клементина выступила вперед, стиснув кулаки, но тут у нее из-за спины вылетела Джой и помчалась к дверям, где стоял Колин. Тот сжался и выронил приставку, пытаясь закрыть лицо руками.

Но Джой пронеслась мимо него и вбежала в ванную, хлопнув дверью.

— Знаешь что? — сказала Клементина. — Ты просто омерзителен. И не стоишь моего времени.

Она тоже прошла мимо, толкнув Колина плечом. Из-за двери ванной доносились резкие звуки — Джой тошнило. Клементина надеялась, что ее рвало в мусорную корзину, а не в унитаз, — слив больше не работал.

Ариес сообщила Еве печальную новость, и Клементина рассердилась сама на себя, когда почувствовала облегчение от того, что ей не пришлось в этом участвовать. Она вышла во двор и стала помогать Раджу рыть могилу. Это было непросто — уже через несколько минут Клементине начало казаться, что у нее сейчас переломится спина. Но отказывалась себя жалеть и трудилась еще усерднее, ощущая, как на руках вспухают мозоли.

Они копали молча.

Это дало Клементине время подумать. Подготовиться к тому, что ее ждет. Эвакуация отошла на второй план — сначала надо было спасти Мейсона. Если загонщики его пытают, рано или поздно он расскажет им про убежище. Поскольку монстры еще не ломились в дверь, Клементина предположила, что Мейсон пока не раскололся. Но кто знает, как долго он продержится? Вызволить Мейсона — задача не из легких; здесь нужен четкий план.

Что касается Майкла, то Клементина запретила себе переживать за него. Она снова и снова говорила себе, что он в безопасности. Потом, когда они спасут Мейсона и дочку Грэхема, Клементина отправится в университет и прочешет всю территорию, но найдет Майкла. Даже если ей придется идти одной.

— Нам понадобится оружие, и не только оно, — сказала она Раджу, когда яма достигла в глубину метра с небольшим. Этого должно было хватить — все равно сил у них больше не оставалось. Они обернут Натана в одеяла; может быть, удастся нарвать в саду цветов.

— Можем взять лопаты, — предложил Радж.

— Тебе не обязательно идти, — сказала Клементина. — Ты ведь даже не знаешь Мейсона. Ты не должен ради него рисковать жизнью. Если что, тебя все поймут.

Радж хмыкнул:

— Похоже, ты совсем меня не знаешь, детка. В груди у этого тощего студента-химика бьется сердце героя. И к тому же я вам понадоблюсь. Я могу делать кое-что, чего никто из вас не умеет.

— И что же?

Радж ухмыльнулся:

— Я умею взрывать.

Ничто

Она танцует в ночи. При каждом шаге в глазах у нее, подобно бриллиантам, сверкают молнии и слышатся раскаты грома, что звучат как стук влюбленного сердца. По легкости и грациозности ей нет равных. Там, куда она ступила, распускаются цветы и устремляют к ней свои нежные лепестки. Все, что только есть в этом мире доброго и прекрасного, тянется к ее теплу.

Я сижу и смотрю, как она танцует. Ее свет недосягаемо ярок. Ее красота слепит мне глаза, но я не могу отвести взгляд.

Она — забытая песня, которую я не могу вспомнить, как ни стараюсь. Стоит мне уловить ритм, как мелодия улетучивается из головы. Она — последняя страница в книге, которую я потерял, не успев дочитать до конца. Она — средоточие всего прекрасного, с каждой секундой мне хочется любить ее все сильнее и сильнее, и это уже невыносимо.

Она богиня.

Но излечить меня она не может.

Я вижу ее во сне, но сны эти туманны, и мне никогда не удается ее коснуться. Я пытаюсь найти ее, но вокруг слишком много деревьев, и я теряю дорогу. Я стою под дождем, в моих кроссовках хлюпает вода, а она танцует в солнечном свете, и лучи золотят ее волосы и прекрасное лицо.

Она никогда не будет моей.

Моя тьма бессильна перед ее чарами. Мне надо собраться с силами и держаться от нее подальше. Я не хочу, чтобы она увяла от моего прикосновения.