Опричник - Антон Демченко

– Здесь? Сейчас? – Я огляделся по сторонам, и под моим взглядом снующие вокруг стенда для перетяжки ЛТК техники засуетились с удвоенной силой.

– Н-нет, думаю, в нашем модуле будет удобнее… но сейчас было бы лучше всего, – качнув головой, произнесла невеста.

– Что ж, идем, – кивнул я.

Оказавшись в спальне, Ольга тут же усадила меня в кресло, а сама устроилась на его подлокотнике, и, обняв меня, очевидно, чтобы не сбежал, заговорила:

– Ты нервный в последние дни.

– У меня были для этого все поводы, знаешь ли, – улыбнулся я. Ну кто бы сомневался, что невеста учует мое настроение! – Неприятности с ЦС, атака на базу, сбежавшие соглядатаи, проблемы с лояльностью «Пардусов»…

– Корибут-Вишневецкие, – тем же тоном продолжила Оля.

Я вздохнул.

– Близняшки рассказали? – осведомился я, уже уверенный в ответе. Невеста, как и следовало ожидать, кивнула.

– Почему ты мне ничего не сказал? – спросила она. Без укора и обиды. Просто вопрос… хм.

– Ты же и сама все понимаешь. Если наши предположения верны, то дело прежде всего касается именно Громовых, а потом уже нашего отряда в целом.

– Но… ладно. Возможно, ты прав, – медленно проговорила Оля и, обняв меня еще крепче, пробормотала: – И что ты намерен делать?

– Пока не знаю. – Я попытался пожать плечами. Не вышло. Крепкая хватка у моей невесты. – Понимаешь, я очень не хочу влезать в разборки Громовых и бывшего Томилина. С одной стороны, война между родами давно закончена, и ворошить прошлое у меня нет никакого желания… с другой же, оставить близняшек без помощи, если они решат укоротить своего обидчика на голову, я не имею права. Как учитель. Кроме того, есть еще один фактор, который меня беспокоит. Если за Добужским стояли те же люди, что в свое время курировали вывоз девчонок из Москвы во время мятежа, то дело принимает совершенно другой оборот. Это уже не месть и не разборки пары рассорившихся бояр. Не тот уровень. И, отправившись на охоту за Авдеем Томилиным, мы можем спутать карты родне тех боярышень… и государю. Именно поэтому я пока удерживаю близняшек от каких-либо действий.

– Ждешь информацию от Вербицкого, – понимающе кивнула Оля.

Я уже говорил, что у меня очень умная невеста?

– И от твоего батюшки, – подтвердил я ее выводы. – Именно его люди взяли Добужского… почти сразу после нашего с ним расставания.

– Дела-а, – протянула Ольга. – А что там с лояльностью «Пардусов»? Неужто Ведьма решила показать зубки?

– Надеюсь все же, что это не так, – вздохнул я. – Не хотелось бы ссориться с одним из самых уважаемых отрядов Рахова.

– Думаешь, это инициатива Олега Стенича? – скривилась Ольга. Ну да, не любит она Стеничей, точнее, одну конкретную даму из этой семьи, возглавляющую сейчас отряд «Пардусов». Ревнует.

– Хотелось бы верить, – кивнул я. – Но узнать это наверняка можно будет только при личной встрече. А на это у меня сейчас совершенно нет времени. Ну что, ты узнала все, что хотела?

– Пожалуй, да, – согласилась Оля. – А что?

– Тогда расскажи, будь добра, как обстоят дела с подготовкой к приему техники.

До Рогова я добрался только после обеда. Но, к моему удивлению, поспорить с ним о деталях разработанного плана доставки груза мне не удалось. Георгий все же прислушался к писку здравого смысла и отказался от идеи перевозки тактиков воздухом. Более того, он уже даже заказал необходимую для транспортировки машину, и теперь бил копытом в ожидании генеральной репетиции. Все же одно дело – протащить через окно куцую боевую платформу, что я уже неоднократно проделал на найденном все тем же Георгием, подходящем для нашей цели отрезке шоссе, и совсем другое – провести через него тяжелый длинномер.

В принципе первое испытание, проведенное нами, показало, что переброска даже такой тяжести на расстояние в триста метров для меня не так уж и тяжела. Конечно, с фурой было чуть сложнее, но ненамного. Разница была практически не ощутима. А так… кровавыми слезами по завершении генеральной репетиции не плакал и в кому впасть не торопился. Ну а то, что потом пластом лежал не час, а полтора – так это рабочий момент, и только… что бы по этому поводу ни думали Елизавета с Ольгой. Если бы они еще с этим согласны были… Эх!

Тем не менее возражать против исполнения нашего плана ни штатный медик отряда, ни моя невеста не стали. Так что ранним утром следующего дня восстановленные в прежнем виде после боя ворота базы разъехались в стороны и на дорогу выползла куцая колонна из трех машин. Впереди шла моя некогда радостно-оранжевая спасплатформа, теперь внушающая уважение своей сурово серой расцветкой, за ней тянулся приведенный техниками в полный порядок «Аргус», забитый бойцами Толстого, а замыкал колонну управляемый мною континентальник. СБТ есть СБТ, и таскать по тамошним дорогам грузы без достойного охранения есть глупость или прямое предложение всем желающим халявы. А таковых в тех местах – до черта!

Добравшись до съезда на трассу, я притормозил фуру и, дождавшись, пока платформы скроются за поворотом к Рахову, двинул машину прямо. В отличие от остальной команды знакомство с пограничным и таможенным постами мне было ни к чему. Именно поэтому, добравшись до реки, я свернул на северо-запад и, двигаясь по узкой, но довольно приличной дороге, довел фуру до нужного места как раз в тот момент, когда Георгий и Гиз сообщили, что миновали границу СБТ.

А сорок минут спустя, получив еще одно сообщение от них, я открыл окно и скомандовал сменившей меня за рулем Миле двигать вперед. Картинка передо мной дернулась, а в следующую секунду Громова уже восторженно смотрела на сменившийся пейзаж вокруг… и на втягивающийся в пустоту хвост фуры, видимый по ту сторону реки. Убедившись, что машина миновала окно, я медленно его отпустил.

– Тормози, – прохрипел я, отвлекая Милу от любования окрестностями.

Она бросила на меня короткий взгляд и, мгновенно посерьезнев, нажала на тормоз. Тяжелый длинномер со свистом вздохнул и замер посреди пустой дороги. Впрочем, если глаза меня не обманывают, то в зеркале заднего вида сейчас видны приближающиеся машины охранения. Все. Можно расслабиться.

Как Мила закидывала мое безвольное тело на спальную полку, я уже не помню. Отрубился еще в тот момент, когда она ухватила меня за плечо. А вот проснулся я, когда наша фура уже вползала в маленький городок.

– Выжица, Кирилл. Приехали, – невесть как почуяв, что я проснулся, произнесла Мила, сосредоточенно крутя руль. Размеры здешних улиц, как оказалось, не особо-то рассчитаны на то, что по ним будут пробираться такие махины, как наш континентальник. Узковаты улочки, прямо скажем.

– Это ж сколько я проспал? – удивился я.

– Два с половиной часа. Ты так мило сопел, что я не стала тебя будить…

– Эй, не приставай к моему жениху, вертихвостка! – Голос Ольги, донесшийся до нас из динамика радиостанции, заставил меня улыбнуться.