Дорога смертников - Денис Агеев

— По-моему, пора принять антирадин, — сказал я.

— Да, у меня тоже вылезло предупреждение, — подтвердил Нойс.

— Похоже, где-то рядом находится источник радиации, — предположил Утмар.

— Да вся эта локация — гребаный источник! — воскликнул Ролдан и кашлянул в кулак.

Я достал ампулу с мутной жидкостью, мельком прочитал описание, из которого было ясно, что препарат выводит радиоактивные элементы из организма и ненадолго дает защиту от нового облучения, откупорил иголку и вонзил себе в руку. Автоматический дозатор медленно выдавил жидкость мне в вену.

Моему примеру последовали и остальные.

Издалека донеслись крики и утробный рев. Мы со спутниками переглянулись, но никто ничего не сказал.

— На самом деле все это чушь, — произнес спустя пару минут Утмар.

— Ты о чем? — не понял Нойс.

— Все эти грызуны со сверхскоростью, гигантские пауки и ревущие монстры. Радиация хоть и ускоряет мутации в организме, но редко когда доводит до более-менее приемлемого результата. В девяноста девяти случаях из ста она просто убивает или калечит.

— Да и столько почти целых построек после взрыва ядерной бомбы остаться никак не может, — добавил Ролдан. — Локсы перемудрили с правдоподобностью.

— Ну почему же не может? — не согласился с ним Нойс. — Никто же не говорит, что взрыв произошел где-то рядом. Возможно, он был в паре сотен километров отсюда, а радиацию ветром принесло. Такое ведь могло случиться, Утмар?

Спутник поморщился и покрутил ладонью, как бы говоря «и да, и нет».

— Не забывайте, что все вокруг — не более чем шоу. Правдоподобный постядерный мир никому не понравится, — вставил я.

Снова раздался полный страдания и страха крик, а потом — ожесточенный рев.

— Может, проверим, что там? — предложил Нойс, хотя по глазам было видно, что он не особенно этого хочет.

— А почему нет, — пожал плечами я. — Может, кого-нибудь спасем.

— Не помню, чтобы мы в гребаные спасатели записывались, — вставил Ролдан. — Да и рев какой-то слишком уж неприятный. Не хотел бы я столкнуться с его обладателем.

— Не забывай: чем сильнее противники, тем больше награды за их убийство, — сказал Утмар, которого, судя по всему, идея сразиться с новой тварью воодушевила.

— А ты чего такой резвый стал? Совсем недавно одной ногой в могиле стоял. Снова захотелось?

— Теперь я буду осторожнее.

— Стойте, мужики, — одернул Нойс. — Слышите?

Мы остановились. Замерли, как истуканы. Снова раздавался тот утробный рев, но теперь он шел как будто бы из-под земли под нами. Я сосредоточился, сжал камень Эффо в ладони и закрыл глаза. Картинка, возникшая передо мной, как и прежде была смазанной, но недалеко от нас я увидел нечто темное и огромное. Это были не кайтуны и не мутировавшие насекомые, а нечто очень крупное и… агрессивное. А еще неподалеку я «заметил» угасающее человеческое излучение.

— Оно рядом, — оповестил я спутников.

— Что за «оно»? — поинтересовался Ролдан.

— Не знаю. Что-то крупное. Интуиция подсказывает, что лучше с ним нам не связываться.

— Тогда давайте свалим к чертовой матери, — предложил Нойс.

Мы двинулись дальше. И вскоре вышли к невысокому полуразвалившемуся помещению. Прямо у входа на животе лежал человек. Я узнал его. Имени не помнил, но он был одним из здоровяков тяжелой пехоты. Лайсон и Гигеон тоже состояли в его роте.

— Сучья наша жизнь! — воскликнул Ролдан и схватился за рукоять «ятагана».

— Мужики… — прохрипел раненый. — Мужики…

Мы медленно подошли. Картина, которую мы увидели, оказавшись вблизи, заставила содрогнуться. Оби ноги заключенного были оторваны по колено, везде разбрызгана кровь. Из спины у него торчал огромный клык, глядя на который сложно было вообразить, что за тварь могла его оставить.

— Тише, тише, — произнес я, присев на корточки рядом и подняв забрало шлема.

— Нет, все кончено… — прохрипел он вновь. — Не ходите туда… там сам дьявол… Не надо. — Он покачал головой, поморщился от боли. По широкому бледному лицу была размазана грязь и кровь. Раненый сплюнул густую красную слюну и натянуто улыбнулся. — Но я ранил его… немного.

— Давай вколю тебе обезболивающее, — предложил я, скинул рюкзак и полез за препаратом.

— Нет, не стоит… Лекарства нужны живым… а не мертвым. — Он снова поморщился и приподнялся на руках. Прямо под грудью у него лежало два блестящих цилиндра. — Вот, забирайте… Не зря же я спускался за ними в сам ад.

— Черт возьми, друг, давай все же я тебе вколю…

— Нет, — оборвал он. — У меня два ранга увеличенного болевого порога… Иначе давно бы издох… У меня еще дырка… в животе, да и радиацией неплохо так поджарило.

— Мне жаль… — вздохнул я. Смотреть на него было действительно больно.

— Не стоит. Лучше добейте меня… Так вы окажите неоценимую услугу.

Я оглянулся на спутников. У всех троих на лицах застыло каменное выражение.

— Мужики… прошу вас. Это улучшение сыграло со мной… злую шутку. Давно бы помер… если б не оно. С детства боялся боли… думал, так будет… лучше.

Он закряхтел, пытаясь отодвинуть элементы питания от себя. Я помог ему, вытащив один. Ролдан забрал второй.

— Мужики, только не оставляйте меня живым… Эта тварь может вернуться. Да и подыхать… медленно и мучительно не охота. Пожалуйста.

Я поглядел на Ролдана, надеясь, что он хоть как-то отреагирует, но тот понурил голову. Убить кайтуна — одно дело, а вот лишить жизни человека, который пусть и не был тебе приятелем, но нес ту же ношу, что и ты, — совершенно другое. Утмар с Нойсом потащили энергоблоки к тележке, не обращая на меня внимания.

Черт!.. Черт, черт, черт!!! Гребаные локсы!

— Утмар! — окликнул я спутника. — Дай сюда нож.

Напарник быстро поставил элемент питания на землю, засуетился, выхватил из-за пояса нож и чуть ли не подбежал ко мне.

— Воины сраные! — бросил я, принимая оружие.

Ролдан опустил голову. Нойс что-то забубнил под нос. Утмар тоже отвернулся.

Я подошел к раненому, встал перед ним на колени.

— Как тебя зовут? — спросил я его.

— Эникс Моррисон. Двадцать четвертый дивизион, тяжелая пехота. Я верно служил своему государству.

— Я знаю, друг, — сдавленно произнес я, рот словно наполнился сухим песком. Поднес клинок к его горлу.

— Только сделай это… быстро. Не тяни, — произнес он сквозь сжатые зубы.

— Спасибо за службу, солдат. И за энергоблоки, — сказал я и резко полоснул ножом по горлу. Отвел взгляд. Услышал, как Эникс выдохнул, захлебываясь кровью, а потом его голова тихо опустилась на землю.