Предатель в красном - Эш Хейсс

– Ничего. Совсем ничего! – Она пыталась подавить смех.

– Тогда?..

– Все в порядке, – звонкое хохотание наконец стало угасать. – Я буду ждать, когда ты сможешь разобраться с тем, что чувствуешь. Ночнорожденным вроде это сложнее, чем живым.

– Что за чепуха. А если это займет много времени?

– Не страшно. – Губы Элен тронула теплая улыбка – Ты можешь сказать об этом, когда разберешься. Возможно, не сегодня и не завтра. Но тебе определенно нужно это понять, информатор.

Мы предавались насыщенной беседе до глубокой ночи. Каждый из нас делился чем-то невероятным из жизни. Находясь в компании Элен, я чувствовал, как часть меня стремительно наполнялась чем-то светлым.

В какую бы передрягу ее ни закидывала жизнь, неугомонный эфилеан всегда находила силы выбраться и продолжить сложный путь к мечте: перестать видеть вокруг врагов, желая окружить себя близкими. Такая мечта была поистине чистой. И осознав это, я наконец понял, что за крючок задел что-то живое в мертвом.

Однако оставалось загадкой, как исполнение мечты – стать принятой – поможет Элен увидеть брата. Но расспрашивать обо всех деталях я не стал. Не в этот раз.

Кафе стремительно опустело, и мы остались совершенно одни. Уставший персонал в фартуках пускал в нас недовольные взгляды, как острые стрелы, пока я любовался картиной перед собой: Элен боролась с сонливостью, ковыряя недоеденный салат. Но джапар она съела! Весь! О том, что вечер был на исходе, Элен не заводила речи. Стеснялась? А может, как и я, просто не хотела, чтобы этот момент заканчивался.

«Сегодня я узнал о тебе много нового. Позволь информатору и в следующий раз выведать что-нибудь еще, потомок огня».

№ 19. «И имя ее: Истина»

Территория: Кампус

К каждой встрече с наставником Мартин готовился как чему-то торжественному. Он несколько раз проверял, не было ли мятых складок на белоснежном костюме, хорошо ли блестели золотые вставки на пиджаке и не осталось ли капель крови, которая постоянно хлестала из носа.

Убедившись, что находится в идеальном порядке, сенсор уверенно постучал в дверь кабинета Дона и, услышав приглашение войти, переступил порог.

Старец сидел за огромным деревянным столом, задумчиво потирая длинную бороду. Он не отрывал взгляда от горы рукописных свитков, с которых еще не были сорваны печати.

– Добрый день, наставник, – обратился Мартин к Дону, глубоко поклонившись.

Старец мазнул взглядом по сенсору, тут же заметив:

– Почему ты такой бледный в последнее время?

– Много работы в штабе, – неуверенно соврал Мартин. – Освобождаюсь лишь под вечер, солнца днями не вижу. Но у меня прекрасные отчеты! Все сдаю по расписанию.

– Я знаю, – коротко ответил Дон. – На самом деле, я пригласил тебя не по работе штаба.

Мартин напрягся, подозревая, о чем пойдет разговор.

– Ведьмы доложили, что ты приходил в их штабной архив и просил доступ к старинным писаниям. Не один раз. Насколько я знаю, в твоем расписании не было тренировок, связанных с ведьминским ремеслом. В твоих рабочих бумагах тоже нет ни одного дела, связанного с ведьмами. Поэтому я решил спросить напрямую, что ты там искал.

У Мартина похолодели руки, когда он понял, что поиски ответов про Багрянник попали под прицел Дона.

– Но что меня удивило еще больше, – продолжал старец, – так это то, что после ведьминского архива ты заходил в архив главного штаба, в отдел с записями о научно-исследовательской деятельности приближенных к Высшему совету на Солис-ден.

Мартин сглотнул тугой ком, понимая, что его полностью раскрыли. Он, как и Дон, был родом из Солис-ден и являлся приближенным к знати, поэтому с ранних лет знал, что единственный эфилеанский орган власти промышлял устрашающими исследованиями. Но суть самих исследований Мартин так и не выяснил. А после того как стал видеть больного эфилеана в колбе и дерево человеческой святости, заподозрил, что странные картины могли быть связаны, и отправился искать ответы. Однако Мартин не учел, что его любопытство попадет под взор наставника.

– Последнее время я вижу не совсем обычные сны, поэтому решил покопаться в архивах ведьм. Древние записи есть только у гнили.

– Тогда зачем ты ходил в архив главного штаба?

– Вы ведь знаете, что в лабораториях власти создаются… невиданные вещи, потому я решил посмотреть доступные исследования, оставшиеся в писаниях. Хотел найти… способ избавиться от снов, так как в архиве ведьм ничего толкового не нашел.

Дон с минуту помолчал, пристально вглядываясь в преемника. Он догадался о настоящих мотивах сенсора, но не стал вмешиваться в его поиски ответов про Истину, реликвии и про то, что сидело в его голове.

Воле Истины нельзя противостоять, так что Дон просто наблюдал за тем, какой ход она сделает и как сам Мартин примет этот ход.

– Я не стану запрещать искать ответы, но у меня есть просьба, – Дон поставил руки на стол, положил на них подбородок и, как никогда, грозно добавил: – Не верь всему, что увидишь там. Часть будет ложью, но другая часть окажется той самой… правдой.

Мартин поклонился и удалился. Всю дорогу до дома его трясло, как испуганную овцу перед эфилеанским волком.

Оказавшись в своей квартире, он даже не взялся за вечернюю проверку бумаг. Не мог найти себе места и нервно ходил по комнате со сложенными руками за спиной, бормоча под нос:

– И что это, Солис его, значит? Я должен искать ответы и… не верить всему, что увижу? Так, значит, он догадался о видениях с Багрянником и колбой… Или нет?! – Мартин перевернул стул и сбросил все, что лежало на столе. Метнувшись на кухню, он сварил себе ведьминский успокоительный отвар. Трясущейся рукой поднес стакан к губам, но тотчас скривился и уронил его, разбив об пол.

Неведение мучило сильнее болезненной правды. В результате, не выдержав, Мартин все-таки пригласил ведьмака спиритического ремесла к себе домой на прием, невзирая на отвращение к гнили.

Книги ведьм не дали ответов о Багряннике, в записях об опытах Высшего совета не имелось ни одной строчки об экспериментальных образцах в колбах, так что единственной надеждой оставался шаман.

* * *

Как только эфилеан леса оказался на пороге квартиры, Мартин скривился.

– Преемник Дона, а кривишься от ведьм. Если поймают на подвидовой неприязни, тебе каюк, – злостно усмехнулся ведьмак, расставляя свечи по углам и вдоль стен. Затем он принялся доставать из огромной сумки банки с разноцветными порошками, свертки сухоцветов и посудины с тертыми травами.

Лохматый рыжий ведьмак был в разы старше Мартина. Но вот его статус в городе оказался намного ниже, однако при виде преемника Дона почестей ведьмак не выказал, не обращался в