Громче меча 3 - RedDetonator

Должно работать хорошо, потому что у кровососов жёсткая аллергия на серебро, но скоро узнаем…

— Сара, прикрой нас сзади, — попросил я ящера.

Ящер-мечник молча покивал и перехватил свой фламберг половинным хватом, чтобы наносить колющие удары — в этом тоннеле двуручным мечом особо не размашешься.

Двигаемся по грязному и зловонному тоннелю на восток. В западном направлении тел нет, поэтому я предположил, что они тащат их из восточной части, двигаясь на запад по мере наполнения тоннеля.

И трупов тут просто дохрена. Приходится наступать на полуистлевшие и покрытые странной бурой плесенью мумии людей, ставших жертвами ёбаных кровососов.

«А я ещё думаю — чего это в Юнцзине так мало признаков их деятельности?» — размышлял я по пути. — «А вот в чём дело — они орудуют под ним».

Но тут что-то нечисто…

Скидывать тела в канализацию — это слишком тупо даже для кровососов. Рано или поздно, но канализация забьётся и трупная вонь станет слишком заметной. Да и трупов тут слишком мало — недостаточно, чтобы свидетельствовать о многовековом кормлении юнцзинских кровосовов. Тут что-то другое.

Стены канализационного тоннеля покрыты этой характерной бурой плесенью, по которой ползают какие-то слизкие червячки. Сюда надо было с огнемётом, блядь…

— П-с-ст… — остановился я. — Впереди…

А спереди до нас доносилось какое-то непонятное копошение.

Вокруг кромешная тьма, не видно ни зги, но зато слышно абсолютно всё.

Раздалось недовольное шипение, а затем что-то начало стремительно приближаться к нам — я понял это по стуку когтей по склизким камням.

— Жги! — выкрикнул я и выпустил вперёд небольшой огненный шар.

Пламя осветило тоннель, и я сразу же увидел высокую гуманоидную тварь, явно, занимавшуюся кроссфитом.

Насаживаю суку на кинжал, и она сразу же начинает корчиться и царапать меня когтями по бокам, в надежде разорвать в клочья. Удачи, блядь…

Несмотря на то, что ему 100% пизда из-за острого отравления серебром, этот упырь продолжает яростно вопить и царапаться, не проявляя никаких иных эмоций, типа страха или отчаянья.

Маркус подпалил факел и бросил его вперёд, а затем присоединился к замесу и вбил кинжал в висок ублюдку. Ублюдок сразу же «потух» и обмяк.

Судя по тому, что на нас никто больше не напал, тварь была тут одна.

— Что это за срань? — спросил Маркус, выдёргивая свой кинжал из черепа жертвы.

— Если бы я знал, — пожал я плечами и выдернул кинжал из тушки кровососа. — Впервые вижу такого уродца.

Это точно кровосос, потому что я вижу в нём кое-какие общие признаки с обычным носферату.

— Уши длинные, как у носферату, — произнёс Маркус, присевший перед телом и повернувший к себе его голову. — И клыки бладсакерские. Это точно кровосос.

— Думаю, какая-то новая разновидность, — предположил я. — Или он с детства ел памповую кашу и пропадал в качалке от рассвета до заката…

Новый кровосос, действительно, был очень здоровым — пусть и уступает в объёме мускулатуры нам с Маркусом, но его мышечные объёмы близки к ящеру-мечнику, которого нельзя назвать слабаком.

Вообще, «протеже» Сары при жизни был элитным воином, служившим в личной гнездовой страже королевы ящеров, то есть, явно, выделялся среди остальных силой, скоростью и мастерством.

Сара, когда мы обсуждали её «зверушек», сказала, что этот ящер почитается среди нынешних ящеров как герой из давнего прошлого, сражавшийся против каких-то гигантских пауков.

Он сделал на этом карьеру и стал личным стражем королевского гнезда, что стало бы для него хеппи-эндом, если бы не гнездовой переворот, жертвой которого стала королева и все её гнездовые стражи.

Несмотря на свои выдающиеся данные и навыки, защитить свою королеву ящер не смог, но погиб, пытаясь. Сара говорит, что он очень гордится тем, что убил семьдесят восемь отборных воинов мятежников и погиб, как настоящий воин, в бою, до последнего сжимая сломанную глотку врага.

Ну и важно понимать, что ящер служит Саре не из-за страха, а потому что это честь для него — защищать свою королеву. Он выбрал её своей королевой, потому что без этого он не может — такой уж у него тип личности.

И судя по тому, как он сражается, его нынешний образ жизни для него что-то вроде Валгаллы для викинга.

— Вперёд… — шепнул я и двинулся дальше.

Тоннель не особо менялся — всё те же трупы, всё та же плесень и всё та же неприятная и, несомненно, болезнетворная слизь на полу и стенах.

— Т-с-с-с… — остановился я. — Впереди…

Стук когтей по камню свидетельствует о множестве врагов. Невозможно определить, сколько точно, но никак не меньше семи-восьми.

И все они, разом, остановились. Похоже, нас заметили.

— Огонь! — скомандовал я и выпустил небольшой шар пламени вперёд.

Маркус тоже выпустил шар пламени, а затем подпалил факел.

Мой шар попал в грудь кровососа, вооружённого длинным лодочным веслом, после раздался многоголосый рёв ярости. Наверное, это кровососовский аналог «Наших бьют!»

Я почти угадал — их тут девять. И все эти мрази, вооружённые подручными средствами, кинулись на нас.

— Сара, нужна поддержка! — выкрикнул я, приготовившись встречать врага.

Принимаю удар кузнечного молота на баклер и втыкаю кинжал в лицо кровососу. Тот сразу же валится на спину и начинается кататься в агонии.

Если серебро для них как СПИД, то я вызвал СПИД прямо у него в черепушке.

Делаю резкий рывок и вонзаю кинжал в область его сердца.

Это был наш промах, что мы не препарировали того кровососа в режиме экспресс — сейчас бы уже знали, что почём. Но это сказывается наш малый опыт в ремесле юся — откуда бы нам его взять?

В меня врезается кровосос с веслом, мы падаем, но я быстро перехватываю инициативу и оказываюсь сверху. Слишком слаб он, чтобы перебороть юся за «Опаловыми вратами»…

Наношу четыре колющих удара ему в область сердца, а затем получаю мощный удар по затылку. Ощущаю, что слегка «плыву», но, без промедления, резко переворачиваюсь и подставляю под второй удар дубиной баклер, а кинжалом протыкаю левое бедро кровососа.

Кровосос не устоял на повреждённой ноге, видимо, из-за серебра в кинжале, и припал на колено, а я проткнул ему подбородок и отбросил от себя баклером.

Оглядываюсь по сторонам — остался последний кровосос.

Маркус своих уже уработал, а вот ящер-мечник до сих пор возится с последним. Но не успели мы вмешаться, как он мастерским движением подрубил