Громче меча 3 - RedDetonator

потому что, как бы, и ежу понятно, что на 8 марта цветы покупать будут, как и фейерверки на Новый Год, но вот всякие мудаки, «льющие трафик» онлайн-казино, занимающиеся «дроповодством», «кардингом», «фишингом» и прочей хуйнёй — эти, рано или поздно, оказываются на нарах. Да, им может казаться, что вот с ними-то такого точно не случится, они ведь особенные, не такие, как все, но это опасная иллюзия. Тут проблема ведь даже не в роде «деятельности», а в модели поведения. Один раз прокатило с дроповодством, два раза крутануло с кардингом, а потом захочется навариться пожирнее и побыстрее, поэтому следующая «темка» обязательно станет ещё сомнительнее. Почему? А потому что почему бы и нет? Предыдущий опыт показывает темщику, что он фартовый, непобедимый и неуловимый, поэтому он просто обязан охуеть. И тогда его возьмут за жопу на чём-то крупном и тухлом.

2 — Бастард — тут речь о полуторном мече, также называемым полутораручным — в момент своего появления (XIII-й век) такой тип мечей называли просто «меч», с XIV-го века их называли «большими мечами», а с XVI-го века начали называть меч-бастард. Полуторными или полутораручными их начали называть только с XIX-го века, когда они попали в руки коллекционеров, у которых появилась потребность как-то отличать мечи между собой — порешили, что надо различать их по хвату. Двуручный — это тот, которым можно орудовать только двуручным хватом, а полутораручный — это тот, которым можно орудовать двуручным хватом, но допустимо и одноручным, хоть это и будет тяжеловато для обычного человека. А своё название этот меч получил за то, что является продуктом нечестивого соития между одноручным и двуручным мечами, из-за чего занимает промежуточное место между ними.

3 — Баклер — англ. buckler — от старофранцузского bocle — «шишка» — тип щита, отличающийся малым размером и изготавливавшийся, чаще всего, цельнометаллическим. Немцы называли его кулачным щитом (нем. Faustschild — «кулачный щит»), что лучше всего характеризует его назначение. Диаметром баклеры были 20–40 сантиметров, что делает их малоэффективными для защиты от метательных снарядов, но зато они отлично подходили в качестве вспомогательного оружия, которое позволяло не только отразить вражеский удар, но и от души пиздануть по башке зазевавшегося врага.

Глава шестнадцатая

Дельта Оскар Папа Ромео Оскар Сиэра

*882-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, старая и плесневелая канализация*

Всё произошло молниеносно — двое кровососов были безжалостно обезглавлены, а ещё двое были схвачены, отхуячены и озадачены.

— Говори, сука! — потребовал я и хрястнул ладонью по лысой башке кровососа, подвешенного на место убитого им невинного человека.

— Вы ничего не узнаете, выродки! — заверил меня он.

— Это мы ещё посмотрим! — усмехнулся я. — Отвечай на вопрос, пока я не разозлился! Что здесь происходит, блядь⁈

— Ты ничего не узнаешь от меня, уродливая мразь! — выкрикнул кровосос.

— Маркус, как там у тебя? — спросил я.

Второй кровосос, носящий роскошную чёрную шевелюру, висел аналогично, вверх ногами.

— Молчит, сучоныш! — ответил мой чёрный брат. — Будем делать спа?

— Другого варианта я не вижу, — вздохнул я. — С влажными полотенчиками и масочками из свежих огурчиков…

— Тащим их домой? — предложил Маркус.

— Бля-я-я… — посмотрел я на своего «подопечного». — Да, спа лучше действует в уютной домашней обстановке…

— А с этим что будем делать? — Маркус постучал по стоячему стальному гробу.

Изнутри раздался звук царапанья металла чем-то твёрдым. Думаю, это когти.

На этом гробу есть отверстие аккурат под руку — полагаю, её нужно туда сунуть и получить в ответ акции «МММ» или что-то вроде того.

— Вскроем и ёбнем то, что там находится, — пожал я плечами.

— Не надо! — взмолился мой «подопечный».

— Тебе что, жалко? — спросил я удивлённо.

— Он убьёт вас, а потом нас! — выкрикнул кровосос.

— А кто там находится? — поинтересовался я.

— Владыка ночи пятого колена… — ответил он.

— Видишь? — ободряюще улыбнулся я. — Можешь ведь сотрудничать! Что за колени?

— Иди нахуй, юся!!! — опомнился этот кровососущий пидарас.

— Но крючочек-то уже зацепился, дорогуша, — усмехнулся я. — Контакт установлен, поэтому мне надо лишь немного дожать тебя. Но лучшей для тебя тактикой будет замолкнуть и вообще никак не реагировать на мои слова — это должна быть первая мысль, которая пришла тебе в голову. О, да-да, это помогает — поверь моему опыту…

— Вскрываем? — спросил Маркус.

— Да, — кивнул я. — Сара — прикрой нас.

— А это ещё кто, а⁈ — выпучил глаза «мой» кровосос.

Он уставил свой испуганный взгляд на полуматериального духа-ящера, облизывающего свой фламберг, как пломбир в стаканчике.

— Сара, не делай этого при людях! — попросил я. — Это неприлично! Фу! Фу!

Ящер тряхнул головой и, кажется, стыдливо отстранил от себя меч.

— Он слова понимает?.. — прошептал кровосос.

— Да, — улыбнулся я. — Когда не лижет свой… кхм-кхм, меч…

Ящер поднял левую руку и сжал кулак с выставленным средним пальцем. У него их пять, как у человека, но средний палец развит даже лучше большого, а ещё он оснащён длинным и острым когтем с крутым изгибом.

— Я тоже тебя люблю, Сара, — усмехнулся я и показал ей средний палец в ответ.

— Открываю, — предупредил Маркус и двумя ударами кулака разбил замки.

Несколько секунд ничего не происходило, а затем дверь с грохотом распахнулась и, почему-то, на меня, а не на Маркуса, налетел какой-то голый хер, отдалённо напоминающий человека.

Защищаю шею от ударов длинными и бритвенно-острыми когтями, а затем уёбка срывает с меня Маркус.

Он сразу же овладевает верхней позицией и прижимает его к склизкому полу канализации, а дальше на него запрыгиваю я и фиксирую его руки.

— Руби, Сара! — выкрикнул я.

Ящер-воин не подкачал и воткнул фламберг прямо в череп аномально сильного кровососа.

Провернув лезвие, он снова поднял меч и начал слизывать с него кровь.

Хватаюсь за башку кровососа и начинаю её откручивать. Против «физика» помогает, почему не может помочь против кровососа?

Через четыре оборота раздался характерный хруст и голова отделилась от тела.

— Чудовища… — прошептал «мой» кровосос.

— Не разговаривай с ними! — рявкнул его собрат по несчастью.

— А кто это у нас голос подал? — заулыбался я, рассматривая оторванную