Кукла 8 - Мир

— Не доделан. — как ни в чем не бывало пожал плечами мальчуган, а Иф напряг извилины, пытаясь понять, что там могло быть не доделано.

Не понял, и решил даже не заморачиватс этим вопросом. Тем более что обратно выехали колонной все уезжавшие машины. И водили стали делится впечатлениями, что «Представляешь, вываливаешь, а в се как в бездну падет! Я поначалу струхнул, подумал, вдруг там яма! Вышел, пощупал — твердо! А потом по тому месту Колька, кореш, на своей проехал, и она не провалилось! А тушки тварей, выгружаемые из его пыхтовоза, тоже падали сквозь камень как в бездну!». Но Павел слушать все это не стал, быстренько свернул эмоциональную «беседу» и отправил свободных гулять за новой партией, а груженных — разгружаться! Сам же, повинившись пред детишками, оставив одного из своих за старшего наблюдать, был вынужден покинуть это место — дела! Они, увы, не ждут.

Глава 17

Раздав распоряжение своим людям, Павел благополучно свалил. Машинки с тушками пахучих тварей покатились к нам в двор колоннами, и нам, наверное, тоже тут ни к чему сидеть и наблюдать за процессом, восседая на перилах набережной и болтая в воздухе ножками.

Перенос туш существ, что сыпят нам на мостовую внутреннего дворика, в тайник осуществляется автоматически, чисто по магическому признаку. Не думаю, что кто-то тут из работяг таскает на себе часы с камнем маны внутри и додумается их уронить, а то, что колеса чистятся от налипших на них грязи, содержащей в себе кровь и ману монстров так это даже неплохо.

Сортировкой и переработкой тел, мы тоже можем заниматься удаленно, особо не напрягаясь и не отвлекаясь, а вот физически… физически нам надо быть в замке! Доделывать фундамент, пока с ним опять что не приключилось! Это можем сделать только мы, а здесь мужики и без нас справятся!

Тут ведь даже дорожная полиция вон подкатила прямо на набережную, прикатив пару светофоров на колёсиках и организовав регулирование движения на мосту по всем правилам и порядкам потока. Пропуская сначала колонну туда, потом еще одну, а потом большую колонну оттуда, ограничив нагрузку на мост определенной массой.

Правда, как-то неясно почему они решили, что именно вес десяти груженных машин, вес шерстиста тонн, может выдержать наш мостик на себе без проблем и потерь, ну да неважно, мост и правду может это выдержать, а мужики-полицейские… могут вообще не за мост переживать, а за набережную, внимательно отслеживая состояние покрытия тротуара в месте нагрузки моста на него.

Их силами так же была учинена на набережной накопительная площадка для грузовичков, что бы те не толкались не пойми где по газонам, с риском там и застрять в грязи, а стояли дружной кучкой на плитке тротуара. Это конечно плохо, что тротуар так топчут такой техников, да с такими грязными колесами, что моются только в нашем замке, но… им всем видимо всем очень-очень-очень сильно хочется наконец избавить город от этих вонючих трупиков, в которой маны ни на грош, и с трудом хватает, чтобы окупить их перенос в наш тайник в Хаосе. И уже не хватает, что бы эти тушки не начинали гнить — итак уже сколько времени на открытом воздухе валяются!

— Брат, тебе не кажется, что мы очищаем город от мусора, при этом еще и должны остаемся? — шепнула мне сестра, и у оставленного следить за разгрузкой Павлом человека, задвигались уши, хотя он к нам так и не повернулся, и вообще никак более не выдал своё интерес к началу этой болтовни меж маленькими нами на перилах резной оградки небрежной.

А председатель нам походу оставил слухача! Профессионального… подслушивателя! С ооочень острым слухом! Ну и пусть слушает, не жалко.

— Кажется, — тихо шепнул я. — мы… мусор переработчики!

— И сортировщики, и утилизаторы… — прошептала сестра, тихонько кивая головой, — только не предложи никому провести к нам всю городскую канализацию! А то… знаю я твой альтруизм.

— Ну почему же сразу альтруизм? — даже слегка обиделся я. — Вдруг кто что ценное в унитаз спустит?

Сестренка в ответ посмотрела на меня как на дурака. Глазами стрельнула себе на чёлку, намекнув — вот что ценное спускают в унитаз! То, что было совсем недавно на моей голове! Принюхалась, забавно пошевелив носиком, прошептала:

— Мне никогда не отмыться…

И мы пошли в замок, спрыгнув с перил — дела не ждут!

Потопали ножками по мосту, взобравшись на его бортик, и расставив ручки в стороны, начали делать вид, будто бы нам тяжело держатся на гребне. Напугали водителей большегрузов! И даже непонятно чем, но сильно — одна из машин, столь сильно от нас шуганулась в сторону, что чуть было не слетела с моста! Благо, была пустой, и скорость не была большой, и повиснувшее в воздухе одно из колес за бортом моста… просто висела, пока машина лежала на бортике моста днищем.

— Мы еще и домкраты. — прокомментировала ситуацию сестренка, осмотрела образовавшийся из-за пугливого водителя затор, и, вздохнув, пошла работать!

И мы в четыре руки, да поднапрягшись, да призвав в помощь копья из тайника, приподняли грузовичок, ставя в опору копья из тайника, на мост и под балку машины. И переставляя опоры, высовывающиеся из наших тел, забравшихся под машину, переставили тяжеловозик, вернув бедолагу на дорогу.

Погрозили напуганному шоферу за баранкой кулачком, и потопали дальше, изображать самолетик на бортике. Помахали все так же стоящей посреди моста машине рукой, погрозили ногой, и драндулет наконец тронулся с места, продолжив своё движение с горки моста.

Вот только не успели мы протопать ножками и половины дороги до замка, а на мост въехать новой колонны с новой партией вонючек, как на набережную прикатил какой-то толстый сумм, в составе кортежа из трех машин, из его «величества» и его охраны, и преградил дорогу своими точилами грузовикам, грубо предрезав их почти у самого моста, устроив затор, граничащей с аварией — большенгрузы двигались медленно, так что успели становится. Ну и вышедший…. Выпавший! Из машины красный рак… красный гражданин! Как давай орать на всю округу:

— Что вы здесь делает⁈ Что за произвол⁈ Всех по увольняю, нафиг! Чтобы духу вашего тут через миг не было!

Ну и все в таком же духе и ключе. Чтобы мигом, мигом, быро, быро, всё убрали и все убирались оттуда. Это его земля, его территория, его трава, асфальт и ковер! И моста тут быть недолжно! От возмущения он