Дракон и раб - Тимоти Зан

Лицо Неверлина не дрогнуло. Зато лицо Газена дрогнуло. Еще как.

– Я думал, вы сказали – он вас не знает, – сказал Газен, испепелив Неверлина взглядом.

– Я сказал, что он никогда раньше меня не видел, – поправил Неверлин. – Но мы в некотором роде уже встречались.

– Конечно встречались, – сердечно отозвался Джек, хотя на самом деле никакой сердечности не испытывал.

Вот она, связь, которую они с Дрейкосом искали все это время: Артур Неверлин, семья Чукок и «Малисон Ринг», чертова компания, связавшаяся с валагуа.

– Он вам разве не рассказывал, панжан Газен? – сказал Джек. – Он пытался убить Корнелиуса Бракстона и завладеть компанией «Бракстон Юниверсис». Вот почему он теперь в бегах и его преследует сам Бракстон и почти все правоохранительные агенты Рукава Ориона.

Как видите, он тоже купился на ложь, которую рассказывает обо мне Бракстон, – сказал Неверлин, приподняв бровь и глядя на Джека. – Вряд ли Бракстон счел нужным упомянуть, что я был его специальным уполномоченным по улаживанию конфликтов больше двадцати лет. И что я вытаски вал «Бракстон Юниверсис» из беды больше раз, чем вы смогли бы сосчитать, а он – припомнить.

Неверлин обвиняющим жестом указал на Джека.

– И пока я трудился как раб, управляя империей Бракстона, сам Бракстон проводил время, поигрывая в благотворительность и фотографируясь с политиканами Интерноса! Это благодаря мне компания не прогорела! Я, и никто другой, проворачивал там всю работу! Так почему мне не должен был принадлежать титул ее главы и вся власть?

– Ха, вот уж не знаю, – ответил Джек. – Может, потому что они вам и не принадлежат?

– Рад услышать это от профессионального вора, – пренебрежительно бросил Неверлин. – Ты должен еще многому научиться, чтобы понять, какие законы правят этим миром.

Джек скорчил гримасу.

– Вы говорите совсем как мой дядя Вирдж.

– Не сомневаюсь. – Неверлин повернулся к Газену. – Кстати, о дяде Вирдже – вы сказали, что он сейчас в корабле в космопорте Понокк?

– Во всяком случае, его корабль там, – язвительно отозвался Газен, мрачно взглянув на Джека. – Я знал, что во всем этом есть какой-то подвох. Как вы думаете, что они затевают?

– Понятия не имею, – ответил Неверлин. – Но мы еще успеем выяснить. А пока нам предстоит нелегкое дело – сцапать этого человека. Он увертливей, чем смазанный жиром лед.

– Почему бы мне не послать туда бруммг, а в качестве подкрепления – несколько «Джиннов-90»? – предложил Газен. – Или он сдастся по-хорошему, или его корабль превратится в кучку елочной мишуры.

Неверлин покачал головой.

– Он мне нужен живым и невредимым, а не рассыпанным по ландшафту Брум-а-дума.

– Он сдастся, – настаивал Газен. – Разве у него будет другой выход?

– Не знаю, – ответил Неверлин. – Но не следует недооценивать Вирджила Моргана. К сожалению, я совершил такую ошибку пару месяцев назад.

Он пожал плечами.

– И все-таки игра продолжается. И у нас есть неплохой залог. Вы сказали, что уже угостили его?

Газен посмотрел на Джека.

– Вообще-то мы не уверены, – осторожно проговорил он. – Э-э...

– Если вы имеете в виду отравленную еду, то можете ответить отрицательно, – сказал Джек. – Я ее не ел.

Газен прищурился, но Неверлин только улыбнулся.

– Я же сказал – он скользкий. Они оба такие. Он поднял палец, и один из бруммг шагнул вперед.

– Но время хитростей прошло, – продолжал Неверлин. – Мы вольем эту штуку ему в глотку, а потом выйдем на связь с его дядей и немножко с ним поболтаем.

– Подождите секунду, – торопливо проговорил Джек, когда телохранитель крепко схватил его за плечо и вздернул на ноги. – Вам не обязательно это делать. Позвольте мне связаться с дядей Вирджем и рассказать ему о ваших планах. Уверен, он будет счастлив с вами поговорить.

Неверлин тонко улыбнулся.

– Спасибо за любезное предложение, но я уже видел, что бывает, когда тебе позволяют выдвигать условия игры.

По его жесту телохранитель зашагал к двери, волоча за собой Джека.

– Нет, ты похож на невыдрессированного щенка, который лучше всего ведет себя на крепком поводке, – добавил Неверлин.

Второй телохранитель отворил дверь, и Газен, указав на Джека и телохранителя двум бруммгам, ожидавшим снаружи, сказал:

– Эти двое пойдут в медкабинет. Проводите их. Я позвоню доктору и дам ему инструкции.

– А когда он будет готов, доставьте его на мой челнок, – добавил Неверлин.

– Минутку! – Газен поднял руку. – Простите, мистер Неверлин, но вы не можете так поступить.

– Морган не сложит лапки и не сдастся, – терпеливо проговорил Неверлин. – Он попытается спасти своего племянника или выкинуть еще какую– нибудь безумную штучку. Мы не хотим, чтобы он знал, где именно мы держим мальчика.

– Мы спрячем его где-нибудь здесь, на планете, – твердо ответил Газен. – Он все еще собственность семьи Чукок.

– Прекрасно, – с отвращением сказал Неверлин. – Тогда я просто его куплю. Идет?

– Простите, но этого я тоже не могу допустить. – Голос Газена звучал по-прежнему твердо, хотя ему явно было не по себе. – Мы выставили его на продажу и попросили покупателей назначить цену. Я не могу продать его вам – или кому-то другому, – не дав равных шансов всем, кто хочет поторговаться. Такова незыблемая политика семьи Чукок.

Значит, семье Чукок придется сделать небольшое исключение, – медленно проговорил Неверлин. Он говорил тихо, но в его голосе слышалась темная угроза, напоминавшая об акуле, скользящей в темных водах. – Или вы забыли, что поставлено на кон?

– Может, он просто размышляет, разумно ли вообще что-либо ставить на кон, играя на вашей стороне, – пробормотал Джек.

Неверлин одарил его натянутой улыбкой.

– Как мало ты знаешь, – мягко сказал он. – Но ты еще поймешь, что к чему. Так же как и весь Рукав Ориона. – Он снова взглянул на Газена. – Напомните вашим хозяевам о могуществе, которое им обещано. А потом я заберу мальчика отсюда.

Губы Газена дрогнули.

– Я передам им ваши слова, – сказал он. – Но это все, что я могу сделать.

Неверлин фыркнул.

– Мелкая сошка, – презрительно проговорил он. – Прекрасно, я сам с ними потолкую. Проведите меня к ним.

– Как хотите. – Газен мрачно посмотрел на бруммг. – Чего вы ждете? Я дал распоряжение. Так выполняйте!

– Да, панжан Газен, – сказал один из бруммг. – Пойдемте, люди.