Авиатор - Макс Мах

– Надо отдать тебе должное, Лиза, материшься ты просто виртуозно!

– Ну да! – кивнула Лиза в ответ на комплимент первого трюмного инженера. – Неповторимый себерский стиль. А ты что, «по-русски разумеешь», или как?

– Нет, откуда! – рассмеялась Рейчел. – Я только мат знаю, но зато «от и до». Удивлена? Не стоит! У нас на верфях в Питтсбурге, да и здесь в машинном отделении, полно русских. От них и научилась.

– Вот только честно, – вздохнула Лиза, смиряясь с неизбежным, – какому долбаному мудаку пришло в голову вывести мой канал в общую трансляцию?

Как оказалось, во время боя ее слушал весь экипаж. Узнав об этом, Лиза почувствовала себя крайне неловко. Все-таки некоторые из использованных ею оборотов в устах женщины звучат неуместно.

– Этот мудак я! – виновато улыбнулась навигатор Варзугина.

– Но зачем? – возмущение Лизы легко трансформировалось в оторопь, и теперь она просто недоумевала.

– Народ должен знать своих героев, – пожала плечами Анфиса. – Мы вели бой! Ты была… – навигатор покрутила над головой пальцами, по-видимому, обозначая этим абстрактное «где-то там». – Одна, и бодалась на стареньком штурмовике с целым корветом. Всякое могло случиться!

И ведь не придерешься! В той ситуации Фиса поступила правильно. Подняла боевой дух команды и отдала должное Лизе, оставшейся один на один с сильным противником. Но скоротечная схватка над песчаным эргом осталась позади, и теперь Лизе приходилось краснеть как минимум за некоторые из тех идиоматических выражений, которые с необыкновенной легкостью срывались во время боя с ее языка.

– Глупо получилось… – вот и все, что она могла сказать по этому поводу.

– Да ладно тебе! – вмешался молчавший до этого момента Райт. – Хватит дурью маяться! Сказала и сказала! Был бой, а под огнем люди и не такое несут!

– Поддерживаю! – кивнула Рейчел. – Мало ли какие ассоциации во время боя в голову придут!

– Точно! – прыснула в кулак навигатор Варзугина. – Особенно мне понравилось про «догоню и раком поставлю»!

– Дура ты, Варза! – покачала головой Лиза, к которой вернулось ставшее уже привычным самообладание. – Я же в бою не женщина! И реакции у меня «пацанские». Как в Академии приобрела мужскую манеру боя, так на всю жизнь и осталось. Я же не в девичьем кружке вышиванию училась, а с парнями с полной выкладкой марш-броски делала, и они меня не слишком-то и стеснялись!

И в самом деле, не стеснялись. Как обвыкли, так сразу и приняли в компанию «как своего парня». Разве что деликатно отворачивались, когда она раздевалась, чтобы натянуть летный комбинезон.

«Смешные!» – усмехнулась Лиза мысленно и вдруг с ужасом поняла, что и в самом деле вспоминает училище, себя «молодую» и курсантов, с которыми вместе училась. Воспоминания были смутными, полустертыми, словно бы подернутыми туманом, но они были, хотя принадлежать ей никак не могли. И более того! Сейчас Лиза, наконец, сообразила, что и ругаться так она никогда не умела. Ведь знать «некоторые слова и выражения» и уметь их употреблять – разные вещи. Да и не возникали у нее раньше такие ассоциации! Тут Рейчел не права. Это ведь чисто мужское, если подумать, кобелиное, но никак не женское – «догнать и нагнуть». Однако Елизавета, похоже, так подумать могла. В горячке боя, на нерве, но все-таки могла, а вот Лиза – нет!

Она достала папиросу и поспешила закурить, чтобы скрыть от других свою растерянность. А Лиза растерялась, если честно. Да еще как! Ведь то, что произошло сегодня во время боя, то, что происходило с ней все последнее время, можно было назвать только одним словом – слияние. Она уже думала об этом раньше, но, похоже, окончательно и бесповоротно слилась с Елизаветой только сейчас. Вот, например, хороший вопрос: кто вел сегодня воздушный бой? Елизавета? Но сознание-то по-любому принадлежало Лизе. А кто охотился ночью на леопарда? Лиза? Но и это неправда, точно так же, как и предположение, что это была Елизавета. Из них двоих, судя по всему, получился кто-то третий, и к этому необходимо было привыкнуть, это следовало принять, потому что Лизе здесь жить. В этом образе, в этой шкуре.

«Это не симбиоз, – поняла она. – Это действительно слияние! И я уже не я, но и Елизаветой от этого не стала!»

– Может быть, оставим меня молодую и красивую в покое и займемся разбором полетов? – спросила она вслух, пододвигая свой стакан ближе к Райту. Шкипер как раз взялся разливать «по второй».