Лишенное формы - Марк дель Франко

— И где тебя носило?

— Был занят. — В следующее мгновение его голос прозвучал уже ближе. — Около часа назад получил полудохлого светляка.

Я снова открыл глаза. Стинкворт порхал в футе от моей головы.

— Знаешь, мне есть что сказать, но не хочу начинать утро с крика.

Он пожал плечами.

— Ну так не кричи. Шевелись, вставай. Солнце всходит.

Я спустил ноги с кровати. Стинкворт сбросил тунику, и она спикировала на кофейный столик. Расправив крылья и раскинув руки, он подлетел к окну. Я поднялся и быстро сложил постель. Солнце прорезало линию горизонта, и мы вместе начали приветственный ритуал. Флит летал надо мной, выполняя сложные фигуры и время от времени касаясь моей кожи кончиком крыла. Вскоре мы уже двигались в едином ритме, вбирая солнечную энергию и отражая ее друг на друга. Приятный резонанс соединил наши тела, углубляя амплитуду движений. Чувственность без сексуальности. Вместе с расслабленностью пришли новые ощущения. Тело сделалось гибким и текучим, более восприимчивым к мелодии ритуала и пластичным, а крылья у Стинкворта вспыхнули белым сиянием. Растворившись в кружащем свете, я остановился, и в тот же миг поднявшееся полностью солнце вспыхнуло в моих глазах, наполняя все мое естество ощущением восторга.

Мы еще долго молчали. Чувствуя себя одновременно выжатым и полным сил, я отправился в ванну, а когда вышел, Стинкворт уже сидел на кофейном столике.

— Что это было?

Он потянулся.

— Теперь ты знаешь, почему флиты предпочитают приветствовать солнце вместе.

— Невероятно! Мне уже давно не было так хорошо. Даже голова не болит. — Голова действительно не болела. Затемнение постоянно напоминало о себе ноющей болью, степенью которой я и измерял свое самочувствие.

— Флиты это умеют. Мы можем управлять потоками чужой сущности. Когда клан флитов собирается вместе, мы способны генерировать огромную силу. Дананн Сидхе тоже это умеют, но у них ведь даже двое никогда не сговорятся. А вы, друиды, не летаете.

Говоря это, он сгибал и разгибал пальцы и разминал левую руку. Отчетливый белый шрам на предплечье ясно показывал извилистый путь ножа.

— Как твоя рука?

Стинкворт пошевелил пальцами.

— По утрам немного немеет, и прежней силы в ней я уже не чувствую. А вот правую Бриаллен сделала сильнее. Я воспринимаю это как знак того, что левая навсегда останется слабой.

— Тебе не стоило драться с ним в одиночку.

Стинкворт отлетел к окну, опустился на подоконник и выглянул на улицу.

— Не хочу об этом говорить. А что с твоим глазом?

— Так, ерунда. Досталось немного. Где ты был?

— Искал этого ползучего сарфа.

— И что?

— Ничего. Я предупредил всех наших, но его никто не чувствует. Где бы он ни спрятался, защита у него сильная. Что нового у тебя?

— Выкрал файлы из базы данных Гильдии.

Стинкворт посмотрел на меня довольно равнодушно.

— И все?

— Это полный провал, Джо. Я запрещал себе делать что-либо подобное, потому что такой шаг — это жест отчаяния. Это означает, что я уже никогда не обрету былых возможностей. Я украл, потому что иных средств решения проблемы у меня больше нет.

Он по-прежнему смотрел в окно, за которым не было ничего, кроме серых доков.

— И вот ты украл файлы. И что тут такого?

— Что такого? Я опустился на самое дно. Я ни на что больше не способен.

Стинкворт задумчиво постучал себя по подбородку.

— Чушь.

— Только не жалей меня, Джо. И не делай вид, что ничего не случилось. Будь я прежним, давно бы поймал того ублюдка. Заглянул бы в магический кристалл и все понял. Проследил бы его путь от места первого убийства. Да и в последний раз взял бы мерзавца голыми руками. Будь я прежним, Танси осталась бы жива.

Джо сел на подоконник и сложил руки на груди.

— Коннор, я прожил слишком долгую жизнь, чтобы играть в эту игру. Ты сам знаешь, что это бессмысленно. Каждый пользуется тем, что имеет. Будь не так, все флиты сделались бы фейри.

Я невольно улыбнулся. Поговорку эту вспоминали разве что старушки. Подразумевалось, конечно, что все, особенно флиты, мечтают быть фейри. Ни от одного флита ничего подобного мне слышать не доводилось. Взглянув на Стинкворта, я успел заметить на его губах кривую ухмылку. Среди людей можно найти таких, кто хотел бы стать кем-то еще, но никто из сородичей Джо не завидовал фейри.

— Мне от этого не легче.

Стинкворт вспорхнул с подоконника.

— Все, Коннор. Мне пора.

— Думаю, я знаю, какой кровавый ритуал он использует. — Джо замер и оглянулся через плечо. Я устроился поудобнее. — Дело в том, что мне повезло найти одно очень сильное заклинание. Для приведения заклинания в действие требуется кровь. Кровь козы. Полагаю, кровь фейри дает больший эффект.

— Коннор, прекрати!

— Заклинание временное, но действительно способствует усилению сущности заклинателя. Что не совсем понятно, так это замена рекомендуемого камня, кровавика, на селенит. Последний больше используется в лунных ритуалах, которые, как нам теперь известно, тоже играют здесь некоторую роль. Думаю, селенит просто сильнее кровавика.

— Коннор…

Я не собирался умолкать.

— Главная проблема — временная природа заклятия. Осмелюсь предположить, что он умирает и пытается спастись через ритуал крови. Все остальные дети-ска умерли. Он понимает, что не может постоянно убивать фейри. Вероятно, ему удалось отыскать способ сохранения украденной сущности. Но согласно тем данным, что у меня есть, для запуска заклинания требуется огромная сила. Будь она у него, не пришлось бы и убивать. Вероятнее всего это как-то связано с селенитом. А ты что думаешь?

— Думаю, ты совсем рехнулся. С кровавыми ритуалами не шутят. И эксперименты с ними до добра не доведут. А у меня слишком много других дел, чтобы еще и за тобой присматривать.

— Расскажи, что ты знаешь о них.

— Поверь, Коннор, ты не в том состоянии, чтобы связываться с такими опасными обрядами. Если что-то пойдет не так, шишками не отделаешься. Спроси леди Бриаллен. Она знает.

— Я уже спрашивал. Она отказала.

Стинкворт развел руками.

— Вот видишь. Если уж она отказала, то я тем более слова не скажу. Успокойся, Коннор. Отступись. Держись подальше от этого дела. Пусть им занимается Гильдия.

— Послушай, Джо. Я не собираюсь сам исполнять ритуал. Я лишь хочу понять, что он собой представляет.

— Хочешь понять, подходи к вопросу разумно. Мы оба в ту ночь уловили его запах. Помоги мне отыскать след.