Чинди - Джек Макдевит

В таком случае, кто охотник, а кто добыча?

Эллай Ресмассен. Большой дозор. 2167

На исходе третьего дня «Мемфис» выскользнул из трансмерных туманов и, двигаясь по инерции, вновь вошел в субсветовое пространство. От желтого местного солнца — маленькой желто-оранжевой звезды — их отделяло приличное расстояние.

Хатч, как положено, доложила об их прибытии, отправив сообщение на станцию «Аутпост». Примерно в то же время она узнала, что в точку «B» отправлена исследовательская яхта «Джон Р. Сентинасио». Там будут регистрировать и записывать все возможное касательно Тихой Гавани, лунной базы и спутников. Когда на «Сентинасио» завершат наблюдения, яхта сможет отправиться вслед за «Мемфисом», если на то будет соответствующая причина.

Закончив дежурство на мостике, Хатч отправилась в отсек управления экспедицией, где Пит пытался в очередной раз объяснить Джорджу и остальным, что планетная система занимает достаточно обширное пространство и для поиска в нем взаимодействующих миров может потребоваться значительное время. По-видимому, все согласились с этим, но все равно казалось, что они по-прежнему считали: Хатч, несомненно, в силах сотворить чудо и здесь. Для чего же тогда все эти сверхтехнологии, верно? Но на таких гигантских пространствах даже планеты не так-то легко отыскать. Так что первый день начал клониться к вечеру, а затем настал следующий, тоже не принесший результатов, и нетерпение ее пассажиров начало возрастать.

Они не знали даже, как выглядит эта система. Прежде здесь никто не бывал. Билл дал оценку биозоны как лежащую в пределах от 75 до 160 миллионов километров. Это пространство и стало зоной их поисков. Первым идентифицированным ими после солнца объектом стала устремившаяся сюда комета с неимоверно длинным хвостом.

Пока длилось ожидание, они играли в шахматы, в бридж и охотились в Затерянном Храме за Короной Мапура. И еще ворчали на Билла, который с легкостью вмешивался во все их занятия.

— А вот с этого момента будет или успех, или промах. Необходимо лишь набраться терпения .

Джордж жаловался на навязчивое добродушие ИИ и интересовался, не может ли Хатч хотя бы чуть-чуть уменьшить его активность.

— Эта проклятая штука болтает черт знает о чем и сводит меня с ума, — сказал он.

Билл, который наверняка подслушивал, никак не отреагировал. Позже, когда Хатч пыталась успокоить и подбодрить его, он объявил, что теперь ему все ясно с людьми. Развивать свою мысль он не стал, а она не стала «нажимать» с расспросами.

— Есть объект, — сообщил он к исходу второй ночи, имея в виду, что обнаружил планету в биозоне. — На внутренней границе зоны .

Контактеры потратили еще полтора дня, выходя на позицию для «перехвата». Тем временем Билл пытался отыскать вторую возможную цель. Но это уже не имело значения: как только «Мемфис» «скользнул вдоль линии» между найденной на внутреннем краю биозоны планетой и точкой «B», динамики радиосвязи ожили.

KM 449397-2 была маленькой планетой, не больше Марса. Но здесь синели обширные океаны, зеленели континенты и полнился кучевыми облаками небосвод. Цветущая планета. Планета, сверкающая в солнечных лучах, как алмаз. Хатч с трудом смогла заставить себя поверить в это. Почти все виденные ею небесные тела были бесплодны. На их поверхность мог поступать солнечный свет, там могли плескаться океаны, но неизбежно оказывалось, что никто не ходит и не ползает по поверхности, никто не населяет водные просторы. Ошеломляющее большинство планет было абсолютно безмолвным и пустым. Однако здесь, уже во второй раз за время экспедиции, земляне сталкивались с жизнью . И не с такой незначительной, что уцелела на планете Тихая Гавань (которую следовало бы назвать Скудная).

Джордж, заложив руки за спину, словно Нельсон на Ниле, сиял, наблюдая изображения на экране.

Билл сообщил о наличии спутника-невидимки.

— Начинаю сканировать пространство в поисках остальных. Полагаю, должны быть еще два .

В самых разных местах поднимались горные цепи. Вдоль побережья внутреннего моря дымились вулканы. Сушу пересекали могучие реки. Были видны и штормы, и грозы, и полярные шапки, а со стороны северного полюса пытались прокладывать путь на юг бури и метели. Были отчетливо видны два купающихся в солнечных лучах континента.

— Тем не менее не похоже, что здесь кто-то живет, — заметил Герман. — Я не вижу никаких признаков городов.

— Мы все еще очень далеко, — сказал Пит.

Час спустя Хатч вывела корабль на низкую орбиту, и он на предельной высоте вошел прямо в «ночную зону».

Куда они попали! Ни одной из многочисленных рек света, которые они надеялись здесь увидеть. Ни Лондона, ни Парижа. Но все же отдельные огни кое-где виднелись. Они были разбросаны по поверхности планеты самым случайным образом. Тусклые и редкие, они подрагивали и мерцали .

Бивачные костры. Может быть, масляные лампы. Факелы. Но совершенно точно никаких движущихся фонарей-прожекторов. Никаких освещенных крыш-ресторанов.

И все же это были огни.

Отряд остался в отсеке управления экспедицией, упиваясь удачей, наслаждаясь теплыми ощущениями успеха. Наконец-то и Хатч забыла про мрачные мысли, которые угнетали ее с момента гибели «Кондора». Она вращалась среди пассажиров, похлопывала их по спине, обменивалась тостами и объятиями и была вполне довольна собой. В какой-то миг она, заметив, что Тор бросает в ее сторону жадные взгляды, подумала: «Вот подходящий момент» и, перехватив инициативу, поцеловала его.

«Мемфис» вернулся в «дневную зону» и летел над континентами и несколькими цепочками островов.

Хатч навела телескопические камеры на поверхность, а Билл выводил результаты обзора на экран. Чаще всего там попадались леса и горные вершины. Вблизи экватора располагались джунгли. К северу на обоих континентах тянулись широкие равнины. На плоских местах виднелись стада животных, а вблизи рек бродили одиночные звери.

— Вот, — сказала Аликс.

Строения! Разглядеть подробности было очень трудно. Казалось, эти постройки сосуществуют с лесами и степями, скорее наполовину скрытые ландшафтом, чем выступая над ним.