Сын леса - Тимофей Иванов

Вернувшись на площадь, я застал Лизя, выводящего на снегу очередной иероглиф. В чём-то волку повезло с местной письменностью, писать слова буквами было бы дольше, да и каждый иероглиф олицетворял целое понятие, а порой не одно, как собственно и мыслеобразы. Сейчас же брат недоумённо писал, что представления людей о небесных животных в корне ошибочны и скорее всего составлены со слов тех презренных двуногих, которые приходят в лес пошакалить на чужой территории и быстро сбежать с добычей.

— Вижу вы уже нашли общий язык — произнёс я, подходя и внутренне радуясь, что проинструктировал брата о том, что некоторые вещи стоит держать в тайне. И вообще всё что происходит в Смертолесье, остаётся в Смертолесье — Эфрим, все готовы?

— Да, поднялись даже пораньше — усмехнулся полусотник, следя за диалогом монаха и волка. Выглядело действительно забавно — Осталось услышать твоё слово и выступаем.

Тут зубы пришлось сцепить. В теории про речёвки командиров перед походами я знал, в рассказах о своих походах бывшие ополченцы их упоминали. Но вскользь, про сами битвы было интереснее и рассказывать и слушать. Так что это дело благополучно вылетело из моей дурной головы.

— Пленных ночью допррашивал? — задал я вопрос, стремясь выиграть время, чтобы хоть что-то придумать.

— Да. У нас младший брат тэна Квэсва со своим отрядом и люди тэна Хэфа, вторая тройка с водником. По их силам наши гости всё сказали верно, но вот гости с юга неприятные — хмыкнул старый вояка, похоже заодно вспомнив, что местные для волка южане, но для них самих таковыми являются уже жители центральных провинций. Фэлкас и Адрэст его не слышали, стоя в общей толпе — Там как минимум две семёрки, остальные пятеро вроде как на шестой ступени. Первые ветровик и землекоп, послабже три водника и два огневика.

— Как-то многовато лекаррей и лучников — проговорил я.

— Может кого из родственников нашли, того и отправили местных подбить на нападение — пожал Эфрим плечами, глядя на подходящего к нам монаха.

— Ромул, я желаю отправиться с вами. Вы не откажете мне в этой просьбе? — без обиняков проговорил брат Вэй.

— Разве ваш орден не придерживается нейтралитета? — поднял я бровь.

— Так и есть — кивнул он — Но я думаю не будет беды, если я просто окажу помощь раненым после битвы.

— Нужно быть глупцом, чтобы отказываться от такого целителя — признательно кивнул я, заодно определяясь, что говорить людям. А ещё радуясь, что со мной Лизь, который монаха явно не на шутку заинтересовал, что и послужило причиной такого решения. Впрочем встреть я в прошлой жизни пса или кота, что умеет писать связные предложения лапой, тоже бы был готов за ним бежать куда угодно, хотя никаким учёным не был. Просто это заставило бы меня слишком сильно офигеть, чтобы я смог пройти мимо.

— Рад это слышать — степенно кивнул мне член ордена.

Я же с не меньшим степенством вновь кивнул ему, подражая местному обычаю, но не сгибая спины. А потом повернулся к людям, отправил волку мыслеобраз, набрал в грудь побольше воздуха и отдал команду:

— Становись! — бывалые вояки тут же собрали строй, к которому присоединились двое гостей, а я продолжил, стоя перед ними со странной «свитой» из Эфрима, брата Вэя и Лизя– Воины, вам известно куда мы идём и почему. Какие-то урроды приехали в северную марку и золотом с посулами склонили двух тэнов напасть на своего добррого соседа, чтобы убить гостящую у него женщину и рребёнка. Когда тот отправил своих детей в безопасное место, а сам, согласно законам чести, остался защищать до конца тех, кто нашёл у него прриют, напавшие выслали погоню. Она закончилась тем, что они попытались убить меня на нашей общей земле, когда гостепрриимство беглецам оказал уже я. Их поступки и действия полны подлости со злобой, они не вызывают ничего крроме поррицания и пррезрения к людям, которые смогли опуститься так низко! Глубина их падения такова, что ни мы, ни тэны, что живут ррядом с нами, ни смиренный монах монастыря Небесного Водопада, ни даже зверрь из Смертолесья не можем остаться в стороне. Мы идём воздать за зло и восстановить спрраведливость в северрной марке, делаем то, что само Небо заповедало делать благорродным воинам, а не презренным трусам или бандитам. А потому нас не ждёт ничего, крроме победы. А теперь нааа прраво! И за мной к воротам!

Приказ был выполнен с энтузиазмом и вскоре мы покинули Речнолеску через открывшиеся ворота, начав длинный забег по дороге. Речь на мой вкус получилась длинноватой, от чего я несколько досадовал, как и на рычащие «Р», которые опять стали слишком часто прорываться от волнения. Впрочем если послушать ополченцев, то я наоборот был лаконичен, как спартанцы, которые на слова царя Филипа о том, что если ему придётся начать штурм и если город будет взят, то все его жители будут уничтожены, а значит им лучше просто сдаться, ответили лишь одним словом «Если». Тут-то полководцы бывают и по пол часа, и по часу мыслью по древу растекаются.

Тэна Лэному, а так же его коллег Дэрода и Сэхана мы встретили на южной дороге. Большими дружинами магов довольно бедные аристократы с самой окраины королевства похвастаться не могли. У Рэвиса была в наличии одна боевая тройка, где на четвёртой ступени стоял он сам и его сенешаль-огневик, у остальных четвёрками были только сами владетельные дворяне, остальные остались охранять замки. Но всё равно девять магов есть девять магов. Тем не менее тридцать пять наших бойцов, два воина из Сэгонда, монах и дружинники тэнов вместе давали число в почти пол сотни магов, плюс волк. Который опять вызвал бурную реакцию, которую наши союзники попытались всеми силами скрыть. Всё таки все наши на