Восточный фронт - Василий Сахаров

Полки имперцев, прорываясь сквозь дымящиеся развалины и баррикады, спешили к городской набережной. Пехотинцы связали боем не успевшие отойти войска эльфов и тогда трехсотлетний принц, не самый старый представитель королевской семьи Эмин, бежал. Он не собирался умирать от руки варваров, не признающих силу нового бога и сумевших разгромить его корпус. Как и всякий разумный дари, принц хотел жить, и когда авангард штурмовых имперских колонн занял порт, его личный корабль уже покидал тихую гавань, разворачивал белоснежные паруса и уходил в открытый океан.

— Ушел, остроухий гад, — сказал Марк Анхо, когда вместе с Ферро Канимом он вышел к морю.

— Да, — согласился великий герцог и добавил: — А вместе с ним сбежали почти все эльфийские чародеи и патрульные боевые корабли.

— Сколько?

Каним оглядел прикрытый дымом порт и ответил:

— Почти все. Наверное, восемьдесят галер.

— А Ратина, как считаешь, где он?

— Среди мертвецов его не обнаружили. Так что возможно он сгорел. Или сбежал. Или до сих пор скрывается в городе и готовится подороже продать свою никчемную жизнь.

— Если он еще здесь, я хочу, чтобы его взяли живым. –

Само собой.

Император и великий герцог замолчали. Остверы наблюдали за вражеским флагманом, который имперские чародеи пытались потопить боевыми заклинаниями. Но оба понимали, что принца не достать.

Спустя пару часов, в сумерках, императору доложили, что город под полным контролем остверской пехоты, очаги сопротивления подавлены, а пожары окончательно потушены. Потери имперской армии всего три тысячи убитых и вдвое больше раненых. Противник потерял около двадцати тысяч убитыми. В плен взято семнадцать тысяч вражеских воинов, из которых почти четыре тысячи эльфы. Остальные враги сгорели. В трофеях много оружия и припасов, казна самозваного короля и его канцелярия с личной перепиской, а так же больше полусотни относительно целых кораблей.

Это была великая победа, которая могла изменить ход всей войны, но император не радовался. Государь пока еще не до конца осознавал, что произошло, и тогда командир Синей Свиты, полковник Инча Чигораш, спросил его:

— Ваше Величество, с вами все в порядке?

Марк Анхо мог отделаться от гвардейца простым ответом, но ему хотелось выговориться. И, оставив шатер, он оглядел имперский лагерь, кинул на полковника косой взгляд и сказал:

— Знаешь, Чигораш, я постоянно ждал какого-то подвоха.

— Какого?

— Не знаю. Так сложилось, что люди привыкли воспринимать эльфов, как серьезного противника, а первая же битва показала, что мы сильнее. Ты понимаешь, о чем я?

— Да, повелитель. Они долго живут и у них весьма серьезная репутация, в основном за счет сказок и древних преданий. Все это внушает уважение, а порой сеет страх, ибо страшно убить того, кто по возрасту в десять раз старше тебя.

— Правильно. Так и есть. А на деле они оказались такими же, как и мы. Вражеские маги не смогли ничем удивить наших чародеев. Эльфийские воины, несмотря на красивую униформу и доспехи, боевым мастерством «простых смертных» не превзошли. А принц Филотиэль, когда его положение ухудшилось, бросил воинов и сбежал. Хотя вместе с магами он мог сдержать наш натиск и вызвать боевые галеры, где в каждом экипаже минимум полсотни воинов.

— В общем, Ваше Величество, вы рады и в то же самое время немного разочарованы?

— Пожалуй, что так, полковник.

— Я вас понимаю, государь. Мне это знакомо.

Император кивнул и направился в сторону солдатских костров:

— Пойдем, полковник, пройдемся.

Чигораш и еще несколько синих гвардейцев последовали за Марком, и начался обход лагеря. Император хотел услышать мнение простых воинов о сегодняшней победе, и он его услышал. Все без исключения, солдаты и рыцари, маги и жрецы, славили молодого государя, и ему это нравилось. А затем произошло то, чего он никак не ожидал.

Возле костра служителей Сигманта Теневика, он увидел своего великого предка Иллира Анхо. Первый император остверов сидел рядом с Алаем Грачом и как ни в чем ни бывало с ним беседовал. А затем основатель династии Анхо поднял взгляд, улыбнулся и махнул своему потомку рукой:

— Марк, иди к нам.

«Что такое? — пронеслась в голове Марка мысль. — Как такое возможно?»

Марк посмотрел на Чигораша и мотнул головой в сторону костра:

— Ты видишь то же самое, что и я?

— О чем вы, государь? — полковник его не понял.

— Смотри. Разве ты не узнаешь того, кто находится рядом с Грачом?

— Там никого нет, Ваше Величество, — гвардеец пожал плечами. — Алай Грач один.

— Ты уверен?

— Да.

— Тогда оставь меня. Я немного побуду здесь. Вместе с Алаем.

— Мы не можем оставить вас, государь.

— Хорошо. Будьте неподалеку. Окружите место и никого не подпускайте. Понял?

— Так точно.

Гвардейцы Синей Свиты разошлись, а Марк, не понимая, почему его предок Иллир находится здесь, направился к огню.

* * *

Получив приказ создать потайное убежище, где богиня могла бы восстановиться после бегства из дольнего мира, Иллир Анхо не медлил. Он принялся за дело и отправился в путешествие.

Для начала ему требовалось найти укромную долину в труднодоступном месте, где нет магии. При этом наиболее интересные варианты, Агней и Маир, отпадали, ибо находились в зоне боевых действий. Но были еще горы Аста-Малаш на севере Эранги, и эти края имели один очень большой плюс — близость к землям нанхасов и владениям будущего паладина Уркварта Ройхо.

Первый император не сомневался и не колебался. Менее чем за седьмицу он излазил хребет Аста-Малаш вдоль и поперек, забрался туда, где не ступала нога человека и, в конце концов, нашел то, что искал.

В самом центре горного массива находилась небольшая долина, которая не имела связи с внешним миром. Со всех сторон ее окружали теснины и единственными обитателями этого места были голубые архары. А самое главное, благодаря природной аномалии долина не имела устойчивой связи с миром мертвых. И, решив, что храм-убежище будет именно здесь, Иллир Анхо представил его себе.

Ради постройки большого храма придется прокладывать дороги и привлекать бригады строителей. Это невозможно, да и не нужно. Богине, если ей придется бежать, все равно, насколько велико святилище, ибо она будет спать. Значит, постройка должна быть небольшой. Непосредственно само строение, наверное, из дикого камня, которого вокруг в изобилии, и внутри несколько помещений. Пара жилых комнат и хранилище с припасами. Затем целла — внутреннее святилище для посвященных. За ней адитон — особо защищенное и освященное помещение. И уже в нем каменный алтарь-байтил, внутри которого станет покоиться и восстанавливаться дух божества.