Наследник судьбы - Алексей Бессонов

– Приготовились, – негромко проронил Ровольт, – это здесь.

Королев остановил фургон в полудесятке метров от узкого перекрестка, довольно ярко освещенного переливающейся вывеской крохотного бара. На тротуаре перед входом курили несколько основательно поддавших тинэйджеров, рядом с ними скучающе позевывала пара размалеванных проституток. Машин на перекрестке не было, лишь древний полуразвалившийся рыдван с открытым кузовом стоял на тротуаре, упершись тупой мордой в поваленную ржавую урну. Единственное окно заведения было зашторено, но свет в зале горел.

Энджи сдвинула боковую дверь фургона, не дожидаясь команды, – и следом за ней на щербатый тротуар быстро спрыгнули остальные земляне.

– С Богом, – хрипло прошептал Ровольт, снимая свой «нокк» с предохранителя.

Четверка в щеголеватых темных плащах неторопливо перешла улицу. Энджи, заметно дурачась, отпустила Шрайверу легкий подзатыльник и весело рассмеялась. Юнцы у входа покосились на вновь прибывшую компанию, но задираться им явно не хотелось – трое парней, сопровождавших смешливую девушку, выглядели несколько странно, а любой чужак мог оказаться опасным – это они знали хорошо.

Торвард чуть сдвинул на себя рукоять акселератора и, вывернув до упора руль, рывком развернул фургон, поставив его в двух метрах от дверей салуна. Проститутки переглянулись, потом одна шепнула что-то своей подруге, и они хрипло заржали, косясь в сторону грузовичка.

Досмеяться они не успели: в салуне сухой скороговоркой ударили очереди автоматов. С шипящим хлопком вылетело оконное остекление – пластиковые панели брызнули во все стороны, осколки нервно затанцевали по тротуару. Сумрачные тинэйджеры пришли в себя быстрее проституток, они с места рванули вдоль по улице, исчезнув в темноте раньше, чем утих гром в зальчике салуна. Проститутки же заметались: одна из них побежала вслед за убегающими парнями, вторая с истошным визгом метнулась к перекрестку и вдруг подскочила, едва не перевернувшись в воздухе, упала на спину, засучила ногами, нечеловечески крича от боли, – кто-то из стрелявших в салуне ударил в сторону окна.

Выстрелы смолкли.

– Десять секунд, – ровно произнес Королев. – Черт…

В зале щелкнул одиночный выстрел, и на тротуар, сжимая в руках опустевший «АК», выбежал Хоффман, следом за ним, едва не столкнувшись в дверном проеме, выскочили Шрайвор и Романов. Энджи вышла – именно вышла, с размаху пнув ногой вращающуюся стеклянную дверь.

– Кончено, – холодно сообщила она, запрыгивая в кузов фургона.

Торвард рванул акселератор – истошно взвыв двигателем, машина прыгнула вперед.

– Их было семеро, – сказала Энджи все тем же ровным неживым голосом, – и двое охранников.

– Лорд Слейтон? – быстро спросил Ровольт.

– Да. Я его узнала. Его трудно с кем-то спутать.

Королев шумно выдохнул, отбрасывая с лица мешающий локон. Фургон мчался по городу, с воем вписываясь в повороты, – мозг Торварда работал сейчас как точная, хорошо смазанная машина, стремительно воссоздавая маршрут пройденного пути: он отлично понимал, что блуждание может означать смерть. Внешняя охрана мафиози уже наверняка успела прийти в себя, и стоит им замешкаться, заблудиться в спящем чужом городе, как рыскающие в лабиринте темных улочек волки найдут свою добычу.

Грузовик на полном ходу пролетел пустой мост, помчался в сторону мрачных предместий, и Торвард чуть отпустил вожжи – операцию можно было считать завершенной.

– Зачем вы путану-то грохнули? – спросил Ровольт. – Чья работа?

– Один из клиентов стоял перед окном, – ответила Энджи.

– И ты?..

– Во-первых, я ее не видела. А во-вторых, – я делала свою работу…

Ровольт едва заметно дернул плечом.

– Мне не нравится этот разговор, – буркнул Торвард, притормаживая перед последним поворотом, – нашли что обсуждать…

Фургон проехал темной щербатой аллеей и замер перед высоченными металлическими воротами имения Ривкина. Пискнул индикатор системы опознания, и ворота бесшумно расползлись, спрятавшись в невидимых оградных нишах. Грузовик медленно въехал на территорию усадьбы: в свете фар мелькнула серая фигура Ривкина, он запрыгнул в кузов и махнул рукой в сторону сверкавших за густым старым садом прожекторов взлетного комплекса.

– Все в порядке, я полагаю? – быстро спросил он.

– Конечно, – ответил Королев, – конечно, в порядке. А вы ожидали неприятностей?

Ривкин не ответил. Цепляясь за низко висящие ветки, машина осторожно пробралась через сад и остановилась в пяти метрах от пятки с яхтой.

– Одежду вы можете оставить себе, – уголки губ хозяина усадьбы чуть дернулись, – она, кажется, вам нравится?..

– Спасибо, господин Ривкин, – Торвард протянул ему руку и улыбнулся:

– Я надеюсь, у вас тоже все будет в порядке.

– У меня всегда все в порядке. А вот вам нужно быть чуть проворней, милорд. Впрочем, жизнь сама вас научит. Спешите!

– Странный тип, – сказал Ровольт, запуская двигатели яхты.

– Он-то? Наверное… Хотя мне почему-то кажется, что он не столько странный, сколько умный, – Торвард завалил за собой дверь атмосферного створа и плюхнулся в правое пилотское кресло, – и очень опытный.

Ровольт молча рванул штурвал. Розоватый свет ВПК провалился вниз, яхта стрелой рванулась в бархатистое черное небо, под полом рубки визгливо запищали гравитационные компенсаторы, сражающиеся с перегрузкой.

Торвард протянул руку к правой консоли, вытряхнул из лежащей там пачки короткую коричневую сигарету, клацнул зажигалкой и обернулся к сидящим сзади:

– Как настроение, орлы?

– Дерьмовое настроение, милорд, – смешно скривился Курт Хоффман. – Убивать вот так… в лицо… нет.

– Что – нет? – сидящая в кресле штурмана Энджи медленно раскрыла глаза, облизнула пересохшие губы:

– Тебя корежит совесть, Курт? А? Непривычно убивать людей?

– Перестань! – выкрикнул Торвард. – Что ты от него хочешь? Или самой тебе это нравится?

– Мужчины, – в ее голосе металлом звякнуло нескрываемое презрение, – воины, мать вашу!

– Между сражением и расстрелом есть большая разница, – мрачно произнес Шрайвер, – равно как между ремеслом воина и работой палача…

– Слова, – фыркнула в ответ Энджи. – Просто слова, и ничего более. Черт возьми, неужели мое время было самым жестоким? В мою эпоху выживали только те, кто жил по законам джунглей. Или съешь ты – или съедят тебя.

– Господи, да хватит же! – перебил ее Королев. – Что на тебя нашло?

Энджи снова прикрыла глаза и устало откинулась на спинку кресла. Макс Шрайвер поднялся, взял с консоли сигареты и посмотрел на экран.

– Космос всегда будет поражать меня, – негромко произнес он. – Всегда, милорд. Скажите – откуда в пустоте столько величия?