Шестой сон - Бернард Вербер

Оба Жака некоторое время в молчании брели по розовому песку.

– Давай зададимся вопросом: что движет Киамбангом? – продолжил Ж.К.48.

– Деньги?

– Деньги – это расхожий аргумент. Что больше всего беспокоит Киамбанга?

– Не знаю. Вероятно то, что мы продадим остров иностранной девелоперской компании и он упустит прибыль.

– Получается, все дело только в борьбе интересов застройщиков, которые хотели бы использовать остров в туристических целях?

– Не понимаю, Ж.К.48, к чему вы ведете?

– Знаешь, что говорят специалисты по боевым искусствам? Они советуют не блокировать удар противника, но попробовать отвести его в сторону, обратив силу удара противника против самого нападающего. То есть нужно предложить приобрести остров одной из иностранных девелоперских компаний, и таким образом будет выставлена защита от местных конкурентов.

– А если те, то купит остров, разворотят его? Если вывезут племя?

– В этом-то и будет состоять задача. Ты должен предложить остров компании с хорошей репутацией и на определенных условиях. Не удивляйся, но такие компании есть.

– И как она называется?

– Никаких точных сведений. Только понимание сути. Теперь тебе, бездельник, остается найти что-нибудь подходящее. Не забудь, что в ваших руках оказались компьютеры с корабля Киамбанга. Пришло время задуматься об установлении связи с внешним миром.

– Но сила сеноев состояла именно в том, что они вели обособленный образ жизни.

– Теперь все по-другому. То, что в одной ситуации приносило положительные результаты, в другой может погубить племя. Хочешь не хочешь, но придется приспосабливаться к реальным условиям. Когда о существовании острова и племени, на нем живущем, станет известно всему миру, наемникам будет труднее высадиться и все разрушить. Интернет дает возможность распространять фотографии острова и его обитателей. Местные власти более не смогут скрывать от общественности свои попытки устрашения.

– То, что вы мне советуете, в корне противоречит маминым ценностям. Она была открытым человеком, а вы: скрытность, отчужденность, секретность.

– Мамины ценности прекрасны, но мир таков, что в нем безнаказанно совершаются убийства, похищения людей, грабежи… Ты что, забыл, как тебя самого похитили?

Ж.К.28 сел в кресло-качалку и принялся медленно раскачиваться.

– Выходит, вы советуете мне построить отель…

– Небольшой отель, и цены должны быть высоки. Но, потеряв в количестве, вы выиграете в качестве.

Ж.К.28 неспешно потягивал коктейль, он и не помнил, как он оказался в его руках.

– А я? Чем мне еще заниматься, помимо этого?

– Ты? Ну, ты будешь учиться и наслаждаться жизнью.

– И какой будет следующая засада на моем пути?

Ж.К.48 таинственно улыбнулся и тоже стал наслаждаться несуществующей пина-коладой.

Теперь Жак Кляйн смотрел на «будущего себя» другими глазами. После первоначального недоверия и даже раздражения он испытывал почти что симпатию к человеку, которым станет через двадцать лет. Вероятно, это заметил его визави.

– Полагаю, Ж.К.28, ты никогда до сего времени и помыслить не мог, что мы будем друзьями. Потрясающая головоломка: ты хочешь быть другом человека, которым станешь, а я хочу быть другом человека, которым был? – Он подмигнул ему и протянул руку.

51

Темные волны набегали на скалы со звуком бьющегося хрусталя. Крабы, казалось, вальсировали в такт приливам и отливам. Над тропическим лесом летали яркие попугаи ара. Похожие на гномов обезьяны носачи оглядывали окрестности. Крикнула птица калао – обладательница сдвоенного клюва. Туда-сюда сновали белки. Порхали бабочки. В траве прятались змеи, ящерицы, пауки и лягушки. В этом месте биологическое разнообразие еще не было нарушено, и все жили в гармонии с окружающей средой.

На рассвете в спящую деревню проник павлин. Он распушил хвост и издал короткий крик, разбудивший петуха, и тот так громко прокукарекал в ответ, что сорвал голосовые связки. Небо залилось розовым цветом, сменившимся оранжевым. Петушиное «кукареку» наперегонки подхватили постояльцы курятника, спровоцировав выброс в кровь кортизола – гормона бодрствования – у обитателей деревни. Начался массовый подъем на поверхность из глубин сна. Пятая стадия, четвертая, третья, вторая и, наконец, первая. Веки вздрогнули и открылись. Рты зачмокали, кулаки принялись тереть глаза. Младенцы заплакали, дети засмеялись. Начался концерт из птичьих криков, шума листвы, визга обезьян, перелетающих с ветки на ветку.

Жак Кляйн, хотя и любил все эти звуки, спал с берушами в ушах. Пока деревня пробуждалась, он продолжал спать. И спал до тех пор, пока на лоб ему не сел комар. А тут еще луч солнца угодил прямо в глаз, проникнув сквозь дыру в стене.

От дельта-ритма глубокого сна его мозг перешел в состояние тета-ритма, характерного для полного расслабления, затем – к альфа-ритму, который наблюдается при спокойном бодрствовании, и, наконец, к бета-ритму, свойственному активному бодрствованию.

Едва проснувшись, Жак сразу схватил смартфон, который зарядил с помощью солнечной батареи, обнаруженной на корабле Киамбанга, и стал рассматривать свою гипнограмму: четыре полных цикла с мастерски выполненными погружениями в парадоксальный сон. Более двадцати минут сновидений. Оценка: восемьдесят восемь процентов. Что ж, ночь удалась.

Он записал в блокнот сновидения, стараясь припомнить как можно больше подробностей и нестыковок, затем освежился в резервуаре с теплой водой, почистил зубы, оделся и вышел на улицу.

К моменту его появления все жители деревни уже сидели у очага и оживленно беседовали. Шамбайя указала Жаку на свободное место рядом с собой.

– Сегодня мы впервые за последнее время собрались на церемонию обсуждения ночных сновидений, – объяснила она. – В силу не самых приятных событий над нашим разумом довлела реальность. Теперь же мы возвращаемся к привычному для нас действу.

Жак обратил внимание на двух угрюмого вида мужчин, о чем-то говоривших.

– Тот, что справа, видел во сне, как спал с женой того, что слева, и теперь хочет принести дар в качестве извинения, – прокомментировала Шамбайя.

– Дар?

– Да. Песню. Благодаря этой песне он сможет подключиться к духу, который придет ему на помощь в непростой ситуации.

Действительно, мужчина справа стал напевать, и все подхватили мелодию в знак поддержки. Затем «провинившийся» передал «пострадавшему» лист бумаги с написанными на нем словами.

– Для нас подарить песню значит то же, что подарить ключ от ящика, внутри которого заключена волшебная сила, – объяснила Шамбайя.

У этих двоих проблема была решена. Но у других – нет.

– Вот этому мужчине приснилось, что он ранил соседа во время битвы. Он должен извиниться и сделать подарок.