Крабоид - Юрий Никитин

И дьявол всегда дает то, что обещал. Это человек старается его обмануть, но так как любой человек как бы для местных свой, даже если мерзавец, то ему все можно, а вот дьявол, пусть даже он Князь Лжи, должен быть честен и точен.

Я не слепой исполнитель воли Вселенной! Я сам приму решение и вынесу приговор как человечеству, так и вообще биологической жизни.

Марианна явилась часа через два, бросила в прихожей сумочку, скинула с задних конечностей туфли, я слышал и даже видел сквозь стену как прошлепала босыми ступнями на кухню, где я сижу за столом и где на тарелочках свежеиспеченные булочки, а кофейный агрегат трещит размалываемыми зернами.

– Ого, – сказала она с огромным облегчением, – ты не только добрался без приключений, но еще и кофе делаешь?

– Какой ты любишь, – уточнил я. – Движение твоих пальцев запомнил, это вот как делать латте, а это экспрессо…

Она сказала весело:

– После трудового дня предпочитаю двойной эспрессо!

– Уже, – сказал я и поставил перед нею чашку с парующим кофе. – Двойной, я запомнил. Мой руки и начинай…

Она хихикнула:

– Да ты уже совсем восстановился!.. Ладно, я быстро.

Я сказал вдогонку:

– Кстати, сегодня в час ночи в порт прибудет судно с грузом героина.

Она застыла на полдороге к ванной комнате, развернулась, глаза распахнулись во всю ширь.

– Что-что?

– Груз героина, – повторил я. – Ты говорила, героин нарушает закон и порядок…

– Это люди нарушают, – уточнила она. – Героин даже законопослушных заставляет делать противоправные и незаконные вещи!.. Потому героин – зло, его нужно изымать и уничтожать. Ладно, мне в самом деле нужно в туалет.

Вернулась она в самом деле быстро, я поинтересовался:

– Героин изымать… а людей?

– Которые употребляют, – сказала она, – лечить, а кто продает им такое – изымать из общества. Хотя я бы и тех, кто употребляет, перебила бы с огромным удовольствием, но нельзя, это во мне говорит пещерный человек, а мы, служители закона, как раз из тех, кто первыми слез с деревьев и, взяв дубины побольше, сразу начали наводить закон и порядок среди тех, кто слезал позже.

Она опустилась на стул, ухватила обеими руками чашку, пальцы длинные и тонкие, такие называют почему-то музыкальными, хотя никакой музыки я из пальцев еще ни разу не слышал.

– Изымать, – перепросил я, – как?

Она сделала первый глоток, длинный и жадный, на миг прикрыла в наслаждении веки, но потом пояснила очень обстоятельно, как делают только послушные и правильные дети:

– Чтобы суд их наказал по всей строгости нашего дурацки гуманного закона!.. Погоди-погоди, только сейчас дошло… Откуда ты взял такое?

– Птичка на хвосте принесла, – ответил я ей поговоркой Шерлока, хотя и не представляю, как это птичка приносит такое на хвостике. – Что будешь делать?

– Скажу капитану, – начала она и тут же запнулась. – Ну да, а он спросит, откуда у меня такие данные… Что отвечу? Нет-нет, на тебя ссылаться пока нельзя. Да и сам ты от кого узнал? Кроме птички?

Она даже опустила чашку на стол и уставилась в меня требовательным взглядом.

– Один из преступников сообщил, – ответил я честно.

Она продолжала смотреть мне в лицо испытующе и строго.

– Ладно, только не говори, как именно узнал. Я полиция, а не спецслужба, у нас зачитывают права и в обязательном порядке дают адвоката. Но все равно, хоть я тебе почти верю, но как объясню капитану, что прибывает груз с героином?

– Кофе остывает, – напомнил я и указал взглядом на ее чашку. – И пирожки… Твоя печь делает их мастерски. Другие значки пока не понял… А если капитану просто взять и сказать?

Она послушно взяла пирожок, но не откусила, а сказала обстоятельно:

– Нельзя! Нужно обязательно знать, от кого поступила информация. Может быть, это ловушка или провокация. Может, подстава. Да много еще чего может!

Я сказал неторопливо, как делает это Шерлок, он называет это рассудительностью:

– А если посоветоваться с Шерлоком?

Она раскрыла глаза шире.

– С ума сошел? Шерлок давно нарывается, чтобы уволили. Раньше воевал где-то в Африке, где пыль-пыль-пыль из-под шагающих сапог, ему в полиции скучно…

– Но ты его уважаешь, – напомнил я. – Сама говорила.

– Говорила, – согласилась она. – И уважаю. Он хорош, но все не может устроиться в этой сложной для него жизни. Почти, как и ты. Только он все помнит, но его память о сражениях в Африке здесь ну совсем ни к чему. Как и твои знания о звездах… Ладно, допивай свой кофе и поехали!

– Куда? – спросил я.

Она ответила удивленно:

– К Шерлоку, конечно.