Вторичка - Эра Думер

«Ян, а все же, – с грустью подумалось мне, – кто я для тебя? И кто ты для меня?»

– Ну, – равнодушно сказала я. – На безрыбье и рак – щука.

Напарник не успел отреагировать, как мы услышали приглушенный крик Дианы и, подорвавшись, бросились на помощь.

С заносами на поворотах, не поспевая за ретивым спутником, я успела передумать все, что угодно. Ди нашлась в зале ожидания, где мы провели первые несколько часов. Она показывала на табло ARRIVALS, которое загорелось и показывало:

FLIGHT ??? – 99:99 – THIRD – CANCELLED

Макет сказала, что у «прибытия» та же структура, что и у «вылета». Громкоговоритель не нарушал зловещую тишину – что странно, ведь он всегда объявлял о любых изменениях в рейсах отлета, а про включение «прибытия» вдруг умолчал.

– Ди, ты напугала, блин, – нахмурилась я. – Не вижу ничего страшного в том, что появился «прилет». В конце концов, мы в аэропорте. Сюда садятся самолеты.

– Послушайте, ребят, – девушка потерла свои плечи, – у меня от этой фигни мурашки. Если с «вылетом» все ясно – мы перейдем на следующий Этаж, то что это за «прилет» такой?

Впрочем, я согласилась с макетом: все это подозрительно походило на проказы Консьержа. Но я в упор не видела, в чем дело. Система, связывающая показатели, ускользала от меня.

– Ничего, – ответила я. – Обмозгуем еще. Время есть, взгляните на таймер. Ян сказал, что у тебя болит живот. Ты как?

Диана улыбнулась, и ее длинные черные ресницы превратились в еловые веточки.

– У тебя язык – помело помелом, – процедила она сквозь зубы, пихнув Яна локтем в бок. – Ничего серьезного уже. Я до аптеки дошла. Кстати, по дороге нашла классный ресторанчик, предлагаю отобедать.

«Только что сладкого объелась до обострения, а уже на обед ломится, – подумала я, переглянувшись с напарником. – Два чуда в перьях».

* * *

Я накинулась на еду как голодный берсерк. Опустошила тарелку с пастой, оставленную в окошке выдачи заказов, догналась картошкой фри и на десерт слопала целую вазочку мороженого. Мои напарники от меня не отставали: Ди уплетала салат «Цезарь» – только в путь, и я немного побеспокоилась за состояние ее, пусть и искусственного, желудка. Умник и вовсе набрал несколько пакетиков с жареными каштанами и захламил круглый столик шелухой.

Мозг плохо соображал от однообразия Третьего этажа и нервной обстановки. Я тщетно пыталась разложить пред мысленным взором имеющиеся улики против незримого Консьержа. То, что аэропорт «живет и дышит» посетителями автономно от их присутствия, было ясно как день, но мало относилось к делу. Табло вызывали куда больший интерес. Вот уже часа два не происходило ровным счетом ничего – и как прикажете выявить взаимосвязь и отыскать чертов ключ?

– Давайте секретничать, – предложила Диана. – Вдруг аэропорт слышит нас? Когда мы откровенны, он приближает вылет!

Я закатила глаза со вздохом. Пока не найдется адекватное объяснение происходящему, макет продолжит верить в белиберду. С другой стороны ее предложение выходило мне на руку. Метнула взор на Яна, который не спешил поддерживать идею – он с расслабленной улыбкой, подперев щеку, переводил взгляд с нее на меня.

«Рано радуешься, что откажусь. Я умею удивлять».

– Я – за. Друзья мы или нет? – Увидев, как Ян приподнял в удивлении брови, я улыбнулась ему. – Мастер командообразующих игр примет участие или продолжит держаться особняком? Будто и не лидер вовсе.

Ди состроила щенячью мордочку и покрутила кулачками-лапками около щек. Небожитель раскинул руками, мол, ничего не поделать, и спросил подругу:

– Какие правила?

– Ну… Мы просто… Э-э… – макет потеребила губы в раздумьях.

Надо было спасать ситуацию. Я оглядела стол и, подхватив пустую стеклянную бутылку из-под газировки, вынула соломинку, стряхнула капли и, переставив поднос с тарелками на соседний столик, положила импровизированную стрелку циферблата посередине.

– Мы играем в «бутылочку», – сказала я и раскрутила ее.

– На поцелуй? – воодушевилась Диана.

– Нет, на правду, – ответила я, холодно посмотрев на спутника. Он сидел смирно, притих. Вцепился в свои секретики, как жадный дракон. – Ди, ты должна ответить на вопрос Яна. – Я проследила за «горлышком», которое указывало на нее со стороны бога. – Это должны быть честные, злободневные вопросы. Без ерунды, а только действительно тайное и скрытое. Тот, на кого не выпало, модерирует процесс.

Девушка хлопнула в ладоши:

– Я готова! Могу чего-то не припомнить, постараюсь быть честной. Все-таки Третий этаж реагирует на наши эмоции!

Я не сводила глаз с Яна. Он спросил:

– Чем ты жила до апокалипсиса?

Диана покачалась на стуле, раздумывая над ответом.

– Заканчивала девятый класс, планировала поступать в театральное училище. Вообще, я с раннего детства ходила на курсы актерского мастерства. Родители поддерживали, и так я попала в детский театр. Играла во всяких постановках в небольшом драмтеатре и была счастлива. – Макет покрутила большим пальцем кольцо на мизинце. – Пятого мая две тысячи первого, как сейчас помню, переоделась на физкультуру, побежала кросс. Вдруг – бац! – девушка стукнула кулаком по столешнице, едва не свернув бутылку, – землетрясение. Фрагмент вспышки, ну как в кино! И все продолжили бег. Я подбежала к учителю, спросила, что случилось, а Петр Васильич мне: «Землетрясение? Какое, Савицкая? А ну не сочиняй. Еще три круга тебе для пробуждения!» – Ди здорово пародировала голос физрука, и я вдруг испытала приятное чувство ностальгии по майскому спортзалу, залитому янтарным утренним светом. – Одноклассники тоже не поверили. Ну и придурки! Но я уже знала, что мы ненастоящие. У макетов башка как соломой набита, ничегошеньки они не понимают. Манекены. Очнулась я на Этаже, только не помню, при каких обстоятельствах туда попала.

– Откуда такая уверенность, что ты – марионетка? – спросила я.

– Ну, – почесала щеку Диана, – дело в том, что не знаю. Я сама по себе уверена, что макет, я знаю это слово – «макет» – и знаю, что конец света наступил несколько лет назад. Знаю, что должно явиться божество, которое, объединившись с человеком, здесь наведет порядок, а потом придут настоящие хозяева Земли.

– Кто эти хозяева?

– Осади коней, модератор Иголочка, – Ян накрыл мою ладонь своей. – Не твоя очередь.

Я бы и возразила, но смогла лишь мысленно подложить на судейские весы немного перьев не в пользу напарника. Правилам игры и теплоте его руки я все же уступила. Судьи в первую очередь подчиняются своей совести, что прибавляло уверенности в собственных силах – я докопаюсь до правды. Руку убрали.

Ди раскрутила бутылку. Горлышко вращалось, гипнотизируемое игроками, и завершило оборот на