Хозяин леса - Сергей Александрович Плотников

— Крылан! — вдруг сообразил Элсин. — Глинка!

— Блин! — Влад, похоже, не знал, срываться ему на поиски зверька или уже поздно.

— Если вы о летучей мыши, то я выставила клетку с ней на задний двор, — хмуро сказала Глерви. — Я не живодерка. И попугая я твоего пальцем трогать не хотела! Откуда я знала, что вы его где-то прячете⁈ И… что тут вообще происходит⁈ Как⁈ Откуда огонь⁈ Вилад — чем ты лечишь Печеньку⁈

Ага, то есть это Глерви подучила студентов так звать Зурро?

— Магией Жизни, — сказал Влад. — Видишь ли, я идеальный маг Огня. Что на сдачу дает мне слабый дар Жизни и слабый дар Смерти. Да, сказочка. Да, не хочешь — не верь.

С этими словами языки огня вокруг Глерви взвились примерно до ее талии — и тут же снова опали по колено.

Старая подруга Элсина изумленно приоткрыла рот — и тут же начала дико хохотать.

* * *

Не ожидая, пока у Глерви кончится ее истерика, я сказал Бьеру… нет, уже точно Элсину, даже про себя, чтобы не путаться с этими парными фамилиями:

— Занеси Игнис, положи на диван, что ли. Я не стал ее будить, сейчас закончу с Печ… с Зурро то есть — и займусь.

— Хорошая идея, — кивнул некромант.

Игнис он внес в комнату так бережно, как будто она была фарфоровой.

— Сколько тебе еще нужно времени на Зурро?

— Минут пять, — пожал я плечами.

— Тогда пойду поищу Амундсов и горничную, заодно Глинку проверю.

Глерви уже отхохоталась и с интересом прислушивалась к нашему разговору.

— Слуги в кухне, я их сидя на лавке пристроила, — сказала она. — Это «пудра Коллантаса», даже в их возрасте проблем быть не должно.

— Да, она довольно щадящая, — кивнул Элсин. И добавил специально для меня: — Не совсем тот токсин, который мы используем для студентов, но «пудра Коллантаса» входит в его состав. Глерви действительно постаралась.

— Значит, хорошо, что ты не оторвал ей голову, — заметил я.

— Как оторвал бы, так и пришил бы, — пожал плечами Элсин. — А вот где ей стоит радоваться, что я ее сразу примерно наполовину узнал. Иначе попытался бы не оторвать ей голову, а размозжить.

— У тебя не получилось бы, малыш, — хмыкнула Глерви.

— Да? — приятным, полным интереса тоном спросил Элсин. — Ты уверена?

И я как-то сразу понял, что вполне могло бы и получиться. И Глерви, кажется, тоже как-то сразу это поняла.

— Откуда ж я знала, что ты успел жениться на Метелице! — воскликнула она. — И что ты… так покровительственно относишься к Виладу! Я, признаться, думала, что это он тебя контролирует!

— Что он как-то заставил меня нарушить Кодекс и не самоуничтожиться? — ухмыльнулся Элсин. — Например, умудрился переписать мои закладки. У меня мелькнула мысль, что ты могла так подумать.

— Именно! Откуда же я знала, что он идеальный маг Огня! Конечно же, ты и за обычных своих учеников горой, а уж за такого — мертвой хваткой… прошу прощения за каламбур.

Я невольно ощутил в Глерви родственную душу.

Элсин покачал головой.

— Ладно, пойду все-таки проверю стариков. Объясняйтесь. Ройга, не знаю как, но тебе придется убедить Влада, что ты нас не выдашь. Или порежем тебя на кусочки, положим в ящик и отправим королевской почтой в Академию. Когда вскроют, тогда вскроют.

Глерви картинно надула губы — шикарные, между прочим, губы, покрытые блестящей алой помадой, которую она как-то умудрилась не смазать — и пожаловалась:

— А такой был милый мальчик! Но связался с дурной компанией — и где вся твоя вежливость?

— Не люблю, когда травят мою семью, — довольно холодно проговорил Элсин. — Или отправляют моего друга в вольер с воронами, где он медленно погибал от истощения! Вместо того, чтобы позволить ему спокойно жить в привычной клетке в привычном кабинете.

— Что⁈ — воскликнула Глерви. — Ты про этого красно-синего ублюдка? С чего ты взял⁈ Найни сказал, там ему лучше! Сказал, он стайная птица, ему нужна компания! И что я его слишком раскормила, пока он жил у меня, ему, мол, похудеть надо! Его служители должны были отдельно кормить!

— Вот как, — сказал Элсин.

— Да! Я его, между прочим, навещала каждый день! Печеньки контрабандой проносила!

К счастью, в этот момент попугай под непрерывным потоком Жизни, направленным на его голову, все-таки вышел из коматозного состояния и встрепенулся у меня в руках. Повертел головой — и, игнорируя Элсина, перепорхнул из моих рук прямо на плечо к Глерви, потерся головой о ее щеку.

— Ройга? Печенька? — льстивым тоном спросил попугай.

Элсин ощутимо расслабился. Покачал головой, полез было в карман, но вовремя вспомнил, что все печенье мы скормили его птицу во время внеплановых кормежек.

— Сейчас я все-таки на кухню, — сказал он. — И заодно что-нибудь вкусненькое…

Но Глерви уже вытащила из карманы галету и протянула попугаю. Тот благодарно клюнул сухое тесто.

Я мог только закрыться фейспалмом.

— Ну вот и твой поручитель, Глерви, — фыркнул я. — Ладно. Сейчас уберу огонь, но не пытайся бежать — сожгу. Спокойно садись в кресло — и давай поболтаем. В ногах правды нет.

— Смотря в чьих, — Глерви улыбнулась мне неожиданно соблазнительной улыбкой — и подмигнула.

Ого.

Это она что, тоже все еще помнит то предложение трехлетней давности — которое я очень хотел, но не смог принять?

* * *

Глерви сидела в кресле, потирая запястья, и многословно жаловалась на Элсина.

— Так жестоко дрался! Совсем не ожидала от него! Дважды чуть руку не оторвал!

— Ты меня реально пытаешься на жалость пробить? — усмехнулся я. — Ты же не чувствуешь боли!

— А вот и нет, — возразила Глерви. — Малыш Эл тебе разве не рассказывал? Большинство немертвых не отключает себе болевые рецепторы до конца — так можно какой-нибудь важной части тела лишиться и не заметить. Не говоря уже о том, что где боль, там и удовольствие… — она снова многозначительно мне улыбнулась.

— К удовольствию вернемся потом, — сказал я. — Или не вернемся. Давай по порядку. Как ты выследила Элсина и зачем?

— Ну, зачем — очевидно, — она приподняла брови. — Пришла навестить Печеньку перед занятиями, — она кивнула на попугая, все еще сидящего у нее на плече. — Его в вольере не оказалось. Я встревожилась. Спросила Найни. Он ничего не знал. Тогда я отменила пары и отправилась на поиски.

— Серьезно? — хмыкнул я. — Из-за попугая, который даже не твой?

— Интуиция, — пожала плечами Глерви. — Я сразу подумала: кому, кроме моей нежной фиалочки, была нужна эта птица? Да никому, даже